— Это не так. Реальную угрозу представляют объекты типа Тунгусского метеорита. Малое кометное тело появляется откуда-то, внезапно, мы его не знаем. Оно мчится со скоростью порядка 80 километров в секунду. Хорошо, если оно, как комета Галлея, будет выдавать хвост. Но это вовсе не обязательно. И такое космическое тело может незаметно подлететь к Земле. Мы обнаружим его слишком поздно, сделать ничего уже будет нельзя…
— Мы живем во Вселенной, а потому должны знать о реальных опасностях.
— Есть довольно много испорченных астрономических негативов. Одна или две линии пересекает снимок — это дефекты. А подчас бывает и пять линий! Кое-кто из астрономов даже начал коллекционировать такие фотографии.
— Мне кажется, звездная астрономия несколько «поскучнеет». Работы непочатый край, но пионерских открытий будет меньше.
— Нечто подобное происходит и в астрономии. Вторая половина ХХ века ознаменовалась многими большими открытиями. Мы нашли и нейтронные звезды, и «черные дыры», причем не только как звезды, но и как центры галактик, мы рассматривали космологию. В общим чертах мы сказали, как рождался и развивался мир. Огромные результаты получены при исследовании космического реликтового излучения. Я не хочу сказать, что все задачи решены — их еще очень и очень много, да и теоретики еще что-нибудь откроют, и тем не менее… Непонятно, что было во время Большого взрыва…
— Конечно… Сейчас понимание Природы в общих чертах есть. И не только я это говорю. Уже неоднократно ученые утверждали, что в целом характер Природы определен, осталось, мол, выяснить лишь детали. А потом они убеждались, что ошиблись. Не исключено, что таким пророком и я окажусь. И это будет прекрасно! Но все-таки последние десять лет представление о Мироздании стоит устойчиво, никаких революционных изменений не предвидится.
— А никто этого не знает!
— Ясность приходит с какого-то момента… Считается, что произошел Большой взрыв…
— Проблема простая: когда мы не имеем наблюдений, то есть четкая установка — предполагаемые теории не должны быть внутренне противоречивы. Нельзя говорить на первой странице «белое», а на второй — «красное». Должна быть логика. Каждая хорошая теория должна быть гармоничной, согласованной. Она может никакого отношения не иметь к действительности, то есть теоретическая модель может и не реализоваться, но внутри она не должна сама себе противоречить. Только в этом случае теория живет… И потом она может подтверждаться наблюдениями. Но когда мы говорим о Большом взрыве, то наблюдений нет. И тут в дело вступают не астрономы, а физики-ядерщики, специалисты по элементарным частицам. Они рассуждают о кварках. Мол, до Большого взрыва не было частиц, атомов, а были одни кварки… К сожалению, мы ничего о том не знаем! Самые первые наши знания основаны на изучении фонового радиоизлучения…
— Не знаю… До радиоизлучения у нас нет наблюдений.
— Некоторые говорят, что существует Нечто, которое время от времени «выплевывает» Большие взрывы, то есть рождаются новые галактики…
— Мы уже начинаем уходить от наших современных представлений… Наверное, на Земле сегодня есть два-три человека, которые приблизились к пониманию работы этой «печки Вселенной». Когда уже мы приходим к реликтовому излучению, то о дальнейшем развитии Природы уже можно размышлять. Что же было «до», это загадка.
— Не думаю…