Читаем Секретный фронт. Воспоминания сотрудника политической разведки Третьего рейха. 1938-1945 полностью

Идея эта, однако, так реализована и не была. План нашей секретной службы в отношении Австрии был сорван в результате активной деятельности, развернутой немецким послом при новом итальянском правительстве Раном, который уже давно нащупывал контакты с Даллесом. Для этой цели он использовал человека, который, благодаря своим связям с Гиммлером, мог осуществлять дела, опасные для любого офицера вермахта. Им был генерал СС Вольф, высший эсэсовский и полицейский чин в Италии, бывший долгие годы начальником личного штаба Гиммлера, его другом и соратником.

Вольф не принадлежал к типу человека, упоенного властными амбициями. К тому же он понимал безнадежность положения Германии и был согласен с Раном, что только переговоры с Западом могут внести хоть какую-то надежду избежать полной катастрофы. Контакт с Даллесом был установлен через итальянского промышленника Луиджи Парилли, который сотрудничал с немецкой секретной службой. Парилли был другом швейцарского профессора Хусмана, который поддерживал дружеские отношения с майором Вайбелем, офицером швейцарской секретной службы, являвшимся офицером связи между своим шефом и Алленом Даллесом.

Даллес был опытным разведчиком, относившимся с подозрительностью и недоверием к тому обстоятельству, что ни Вольф, ни его коллеги не имели дипломатического статуса и не занимали официальных должностей, которые давали бы им право на ведение переговоров, в результате чего возникали многочисленные трудности. Тем не менее, первая встреча Даллеса с Вольфом состоялась в начале марта в помещении американского генерального консула в Цюрихе. В доказательство того, что Вольф обладал реальными возможностями и властью для осуществления своих обещаний, Даллес потребовал, чтобы он освободил и переправил в Швейцарию одного из партизанских лидеров, который был схвачен немцами (позднее он стал премьер-министром Италии). Вольф выполнил это требование.

Если у генерала Вольфа и были кое-какие иллюзии в отношении достижения определенных успехов затеваемого им дела до встречи с Даллесом, то они быстро развеялись, поскольку сразу же выяснилось, что Даллес не был заинтересован и не был готов вести переговоры о чем-либо другом, кроме как о капитуляции южной группы немецких войск. В результате проведенной встречи Вольф заявил о готовности осуществить капитуляцию упомянутой группы войск, независимо от указаний и приказов Берлина. Кроме того, он обязался предотвратить любые виды разрушений, подрывов, расстрелов заложников и ведение карательных операций против итальянских партизан. Это соглашение получило кодовое наименование операция «Санрайз»[85].

Визит Вольфа в Швейцарию и его переговоры с Даллесом не остались незамеченными. Кальтенбруннер сразу же понял, что самостоятельные действия Вольфа могут определить и даже сорвать то мероприятие, которое он сам решил поддержать – идею альпийского редута. Если, как он полагал, Вольф согласится на капитуляцию южной группы войск американцам, то вопрос о мифической альпийской обороне отпадет сам собой, освободив союзников от этой кошмарной заботы. Кальтенбруннер договорился с Гиммлером, что Вольф в дальнейшем не должен иметь никаких дел с Даллесом. Гиммлер сообщил Риббентропу о происходящем, и тот, опасаясь, что деятельность его посла может вызвать гнев Гитлера на его собственную голову, решил отозвать Рана. Посол был, однако, своевременно предупрежден и умело использовал знание психологических особенностей Гитлера и Гиммлера, показав свою незаменимость. В этих целях он отправлял фюреру и в министерство иностранных дел пространные и сенсационные докладные записки о Муссолини и его окружении, в которых правда переплеталась с ложью, вследствие чего вопрос о его немедленном отзыве из страны отпал. Вольф также проигнорировал указания Гиммлера и продолжил свои переговоры с Даллесом. Таким образом и попытка Кальтенбруннера сорвать деятельность Вольфа – Рана провалилась.

Когда Кессельринг был назначен командующим западной группой армий, Ран и Вольф лишились своего главного покровителя. Но и его преемник генерал фон Фитингхоф, а также начальник его штаба генерал Рёттингер придерживались взглядов Кессельринга и поддержали его действия. Таким образом, переговоры могли продолжиться, и для их ускорения Даллес вылетел в ставку союзников в Казерту. В результате его действий заместитель начальника штаба 5-й американской армии генерал Лимен-Лемнитцер и британский начальник объединенной военной разведки союзников в Италии генерал-майор Эйри отправились в Швейцарию с фальшивыми документами на встречу с немцами.

Перейти на страницу:

Все книги серии За линией фронта. Мемуары

Похожие книги

100 великих гениев
100 великих гениев

Существует много определений гениальности. Например, Ньютон полагал, что гениальность – это терпение мысли, сосредоточенной в известном направлении. Гёте считал, что отличительная черта гениальности – умение духа распознать, что ему на пользу. Кант говорил, что гениальность – это талант изобретения того, чему нельзя научиться. То есть гению дано открыть нечто неведомое. Автор книги Р.К. Баландин попытался дать свое определение гениальности и составить свой рассказ о наиболее прославленных гениях человечества.Принцип классификации в книге простой – персоналии располагаются по роду занятий (особо выделены универсальные гении). Автор рассматривает достижения великих созидателей, прежде всего, в сфере религии, философии, искусства, литературы и науки, то есть в тех областях духа, где наиболее полно проявились их творческие способности. Раздел «Неведомый гений» призван показать, как много замечательных творцов остаются безымянными и как мало нам известно о них.

Рудольф Константинович Баландин

Биографии и Мемуары
Айвазовский
Айвазовский

Иван Константинович Айвазовский — всемирно известный маринист, представитель «золотого века» отечественной культуры, один из немногих художников России, снискавший громкую мировую славу. Автор около шести тысяч произведений, участник более ста двадцати выставок, кавалер многих российских и иностранных орденов, он находил время и для обширной общественной, просветительской, благотворительной деятельности. Путешествия по странам Западной Европы, поездки в Турцию и на Кавказ стали важными вехами его творческого пути, но все же вдохновение он черпал прежде всего в родной Феодосии. Творческие замыслы, вдохновение, душевный отдых и стремление к новым свершениям даровало ему Черное море, которому он посвятил свой талант. Две стихии — морская и живописная — воспринимались им нераздельно, как неизменный исток творчества, сопутствовали его жизненному пути, его разочарованиям и успехам, бурям и штилям, сопровождая стремление истинного художника — служить Искусству и Отечеству.

Екатерина Александровна Скоробогачева , Екатерина Скоробогачева , Лев Арнольдович Вагнер , Надежда Семеновна Григорович , Юлия Игоревна Андреева

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / Документальное