Я сглотнула. Вот уж действительно будет сюрприз для мамы, когда она вернется и обнаружит, что на ужин у нас размороженная лазанья. Она просто с ума сойдет и прочитает целую лекцию о вреде подобных продуктов. Это того не стоило. К тому же как быть с романтическим ужином Линды и Питера?
Я в панике посмотрела на Элис, но та лишь мило улыбалась.
– Спасибо большое, Линда, – сказала она. – Вы были так добры к нам, возили нас в город, купили такие милые маечки, что нам бы хотелось тоже что-нибудь сделать. Например, приготовить ужин.
Теперь мне стало по-настоящему стыдно – Элис права, Линда так хорошо к нам относилась, а вместо этого мы собираемся втянуть ее в какое-то сомнительное романтическое приключение. Прежде чем я успела что-нибудь сказать, Линда покачала головой и произнесла:
– Я была уверена, что вы будете счастливы провести вечер не дома, но как хотите. Поедим и здесь.
Элис выразительно посмотрела на меня:
– Именно этого мы и хотим. А теперь мы пойдем, а ты отдыхай.
Линда выглядела озадаченной:
– Интересно, почему это я должна отдохнуть?
Элис вымученно рассмеялась:
– Я хотела сказать, вы должны немного расслабиться, чтобы макияж как следует… закрепился.
Линда посмотрела на Элис как на сумасшедшую, потом произнесла:
– Пойдем, Рози, посмотрим телевизор. Мы смотрели его только три часа сегодня.
– Ураааа! Телик, – с радостным визгом Рози бросилась в гостиную.
Мне двенадцать, но в тот момент я ощутила себя гораздо взрослее. Все-таки жизнь очень проста, если тебе всего четыре года.
Глава семнадцатая
Элис и я провели целую вечность, пытаясь подготовить столовую к ужину. На стол мы постелили белоснежную скатерть и льняные салфетки, которые Элис принесла из дома. Затем достали лучшие мамины тарелки и бокалы, а также серебряные столовые приборы, которые ей подарили на свадьбу, и накрыли стол на двоих. В саду мы нарезали цветов и поставили их в прелестную вазу. Рядом с цветами поместили свечи, которые обычно используем только на Рождество. (Правда, мне тут же пришлось убрать их обратно, когда я вспомнила, что мы сказали Линде, будто мама не разрешает держать их дома.)
Нельзя было допустить, чтобы Линда увидела, что мы делаем, иначе бы она тут же задалась вопросом, почему это стол накрыт на две персоны. Поэтому мы с Элис попросили ее не входить в столовую до начала ужина.
Как раз когда закончили накрывать на стол, вошла Рози. Я думала, что в этом нет ничего страшного, потому что она еще не научилась толком считать (моя сестра говорит один-три-шесть-девять-сто и при этом думает, что очень умная). Но, к сожалению, она тут же заметила, что что-то не так. Она принялась ходить вокруг стола, затем похлопала по одному стулу и сказала «Мэган», похлопала по другому и произнесла «Линда». Пройдя еще круг, Рози озадаченно застыла на месте:
– А где мой стул?
Мы с Элис подумали, что присутствие маленького ребенка не способствует романтической атмосфере, поэтому решили пораньше напоить Рози чаем и отправить в кровать с DVD-плеером и стопкой дисков с мультфильмами, которые Элис предусмотрительно принесла из дома. (В таком случае Рози будет смотреть телевизор семь часов в течение одного дня – абсолютный рекорд для любого члена нашей семьи.)
Элис наклонилась и ласково заговорила с ней:
– Мы с Мэган накормим тебя вкусной кашкой, которую ты съешь на кухне. Договорились?
Рози подпрыгнула от удовольствия:
– Вкусная кашка! Много, много вкусной кашки!
Я вздохнула. Мама бы сказала, что это настоящее преступление – отправлять такого маленького ребенка спать без надлежащего ужина. Если она когда-нибудь об этом узнает – я пропала. Но что мне остается делать?
Романтический ужин еще даже не начался, а уже все вышло из-под контроля.
Когда Рози наелась, мы препроводили ее в спальню вместе с DVD-плеером и занялись салатом. Элис было лень мыть латук, поэтому она сразу же заметила:
– Он из твоего сада, никаких химикатов, полностью безопасно!
Я не стала спорить. Я слишком переживала по поводу предстоящего, поэтому какие-то листья латука меня мало волновали.
Мы положили латук на одну из лучших фарфоровых тарелок, которые нашлись у мамы в шкафу. Листья выглядели довольно сиротливо – слишком маленькая порция, чтобы накормить даже не очень крупного и не очень голодного кролика. Мы проверили холодильник, но я не заметила ничего, что было бы пригодным для салата. Правда, Элис заметила несколько сосисок, которые Линда купила этим утром.
– Прекрасно, – сказала она. – Я однажды видела такой салат по телику. Последний писк моды.
Мне показалось это чрезвычайно странным, но, в конце концов, какое мне дело? Мне же не придется это есть.
Я достала сковородку и принялась поджаривать сосиски. Я решила приготовить их все, потому что умирала с голоду, к тому же надо было как можно скорее избавляться от всей этой вредной еды, пока мама не вернулась и не увидела, что все ее нерушимые правила злостно нарушены.