Нагсен прибыл вовремя в императорской колеснице. Император встречал его у ворот.
— Приветствую тебя, бхикшу Нагсен, — воскликнул он.
Услышав это, монах рассмеялся.
— Я ценю твое гостеприимство как Нагсен, но, пожалуйста, помни, что Нагсена здесь нет.
— Ты говоришь загадками, — удивленно воскликнул император, — если тебя здесь нет, то кто же здесь, кто ценит мое гостеприимство? Кто разговаривает со мной?
Нагсен оглянулся и спросил:
— Меня привезли в этой повозке?
— Да, именно в этой.
— Пожалуйста, распряги лошадей.
Император приказал распрячь лошадей. Указывая на лошадей, монах спросил:
— Это повозка?
Император ответил:
— Как можно называть лошадей повозкой?
По знаку монаха лошадей увели и сняли с повозки дышло, в которое были запряжены лошади.
— А это дышло может быть повозкой?
— Конечно, нет, дышло не может быть повозкой.
Затем с повозки сняли колеса, и Нагсен спросил:
— А колеса — это повозка?
Император ответил:
— Эти колеса не являются повозкой.
Монах продолжал приказывать, и постепенно повозку разобрали по частям. И каждый раз монах спрашивал, а император отвечал: «Нет, это не повозка».
Наконец ничего не осталось.
Монах спросил:
— Где же твоя повозка? Каждый раз, когда убирали часть, ты говорил, что часть — не повозка. Скажи мне, куда она девалась, твоя повозка?
Открытие ошеломило императора. Больше не было никакой повозки, а когда ее разбирали по частям, деталь за деталью, ни один из предметов ею не был.
Монах продолжал:
— Ты понимаешь меня? Повозка была лишь собранием, скопищем определенных вещей. Повозки как таковой не существует, она не может существовать сама по себе, у нее нет эго. Повозка — всего лишь комбинация предметов.
Поищите внутри: где ваше эго? Где прячется ваше «Я»? Вы не найдете никакого «Я». «Я» — это всего лишь комбинация многих энергий, вот и все. Продолжайте поиски, ищите руки и ноги своего «Я», каждый его аспект, но вы ничего не найдете. В конечном итоге останется лишь пустота, «ничто».
Любовь рождается из пустоты — потому что пустота, «ничто» — это не вы, это чистая божественность.
Любовь может родиться только из пустоты, потому что только пустота способна соединиться с другой пустотой, только «ничто» может стать единым с «ничто» другого. Не два человека, а только две пустоты могут встретиться, потому что между ними нет никаких препятствий. Есть лишь «ничто». Вокруг всего остального всегда существуют стены.
Поэтому второе, о чем нужно помнить, это то, что когда личность исчезает, нет никакого «Я». Что остается? Останется целое, а не «Я». Когда это случается, все барьеры, все стены рушатся, и любовный Ганг, все это время скрытый внутри, вырывается на свободу. Он всегда готов, он ждет, когда вы станете «ничем» и позволите ему течь.
Мы копаем колодец. Вода уже под землей, внизу, ее не нужно нести из другого места. Нужно лишь убрать почву и камни. Что же мы делаем, когда копаем колодец? Мы создаем пустоту, чтобы вода, скрытая внизу, могла показаться, проявиться. Она уже внутри, она лишь ждет пространства, чтобы проявиться в нем. Она жаждет пустоты, но никак не может дождаться. Колодец полон песка и камней, поэтому мы убираем песок и камни, и вода устремляется вверх.
Также и любовь уже внутри, глубоко внутри человеческого существа. Все, что ей нужно, — это пространство, пустота Тогда она сможет подняться на поверхность. Но мы полны наших «Я». Все постоянно хвастаются и выпячивают свои «Я». Помните, до тех пор, пока ваше существо кричит «Я», вы полны песка и камней, и поток любви не наполнит ваш колодец, он просто не сможет.
Я читал одну удивительную историю, написанную Шелом Сильверштайном. История называлась «Дающее дерево».
На свете росло древнее магическое дерево. Ветви его раскинулись высоко в небе. Во время его цветения бабочки всех видов, всех расцветок и размеров танцевали вокруг него прекрасный танец. Когда оно плодоносило, птицы из дальних стран прилетали к нему. Ветви были похожи на распростертые на ветру руки, это было так прекрасно.
Каждый день к дереву приходил мальчик и играл в его тени. И большое древнее дерево полюбило маленького мальчика. Большое и старое может полюбить маленькое и молодое, если большое не думает о том, что оно большое. У дерева не было мыслей о том, что оно большое (только люди могут думать об этом), и поэтому оно полюбило мальчика. Эго любит величие. Эго всегда пытается завязать отношения с тем, что больше него самого. Но для любви неважно, большой ты или маленький. Любовь принимает все, что попадает в ее поле.
Поэтому дерево ощутило любовь к маленькому мальчику, который часто играл рядом. Ветви дерева тянулись высоко в небо, но оно опускало их, чтобы мальчик мог вдыхать аромат цветов и срывать плоды. Любовь всегда готова кланяться, а эго не может себе этого позволить. Если вы подойдете к эго, оно вытянется, чтобы стать еще выше, оно сделается натянутым и неподвижным, чтобы вы не смогли задеть его. Тот, кого можно задеть или уязвить, считается маленьким. Тот, кого нельзя задеть, кто восседает на троне власти в главном городе страны, считается большим.