Сегодня возникает логичный вопрос: каков же итог этих 15 лет? Где теперь, после всего, что произошло, Сербия и сербский народ? Что за это время Сербия приобрела, а что потеряла? Как нам кажется, если ответить на эти вопросы одной фразой, получится довольно простой и ошеломляющий вывод: сербский народ за истекшие 15 лет пережил целый ряд драматических политических и военных поражений и общий тяжелый социальный и экономический крах.
Многие авторы искали возможные объяснения происшедшему. В основном эти попытки сводились к рассмотрению трех вопросов: что же действительно произошло, как это вообще могло произойти и почему всего за 15 лет Сербия проделала путь от одного из самых преуспевающих социалистических государств (в качестве части СФРЮ) до государства-изгоя, пользующегося дурной репутацией не только в Европе, но и во всем мире. Принимая во внимание, что это три самых значимых вопроса сербской современности, не лишним будет еще раз над ними задуматься.
Ответы или заблуждения?
В анализах событий последних 15 лет преобладают две версии. Большая часть общественности и интеллигенции, подавляющее большинство политиков склонны без долгих толков всю вину за многочисленные поражения, общественную стагнацию, криминализацию политики, общества и экономики, экономическое разорение и вообще за всю нынешнюю ситуацию приписать лично Слободану Милошевичу и его политике. И для Сербии, и для сербского народа было бы хорошо, если бы было именно так. Но коль скоро проблема заключалась только в одном человеке и его политике, его устранение с политической сцены должно было бы решить почти все накопившиеся вопросы. Проблема же заключается в более длительных и сложных исторических и общественных процессах. Что не означает, что Милошевичу можно простить произошедшее с сербами за последние 15 лет, к чему склоняется другая часть общественности и интеллигенции. Эти люди (близкие бывшему режиму), не рассуждая и не вдаваясь в комплексные проблемы, всю вину сваливают исключительно на «внешний фактор», на некий воображаемый «заговор» или «новый мировой порядок». Ничего подобного! Это лишь два вида самообмана, которые ищут (и находят) крайне упрощенные, черно-белые ответы на сложные вопросы действительности. Тем самым, осознанно или не совсем, отвлекается внимание от настоящих проблем, с которыми сталкивается сербское общество и которые требуют (это императив данного времени) адекватного решения.
В поисках адекватных решений необходимо отталкиваться именно от этих заблуждений, так как в них содержится зачаток комплексных проблем. То есть реальная ответственность самого Слободана Милошевича и политической элиты, которой он руководил, без сомнения огромна. Это ответственность и за поражения, которые сербский народ пережил в конце XX века, и за ситуацию, в которой он оказался в начале века XXI. Но Слободан Милошевич не был захватившим власть узурпатором, появившимся внезапно и из ниоткуда. Появление Милошевича (а точнее, супружеской пары Милошевич – Маркович) на политической сцене Сербии в середине 80-х гг. XX века стало ответом общественной сербской элиты на вызовы эпохи. Но какова элита, таков и ответ – идеологически окостеневший в сталинистской матрице мышления, непродуманный, слишком поспешный, случайный, не согласованный со временем общих перемен и преобразований в Европе и мире, полный (ложного и обманчивого) ощущения мощи... На самом деле это был еще один самообман, к которому так склонна сербская элита, происходящий из многочисленных заблуждений, стереотипов и коллективных мифов о себе, окружении и мире. С другой стороны, нельзя отрицать тот факт, что и ведущие мировые силы несут свою часть ответственности (неважно, за сделанное или не сделанное) за то, что происходило на территории бывшей Югославии. Но это не значит, что мировым силам можно отказать в праве защищать свои интересы (как бы они ни противоречили реальным или выдуманным интересам самой Сербии и сербского народа), как это делала и продолжает делать часть общественности и интеллигенции в Сербии.
Несмотря на то что эти две точки зрения широко представлены в общественности, они даже приблизительно не указывают на настоящие причины сегодняшней ситуации и не показывают реальных масштабов и глубины кризиса. Ибо ситуация, в которой сегодня находится сербский народ, не является последствием «эксцесса», «заговора» или некоего кратковременного «выхода из колеи» нормального развития. Так же как и дилеммы, мучающие нас, и проблемы, с которыми мы сталкиваемся, и ошибочные заключения об их причинах не новы и появились в сербском обществе не вчера и не 15 лет назад.
«Эксцесс» или процесс?