Я развернулся и направился к круглому залу…
— Как будем действовать? — спросил Винеар.
— Сначала раскидаем мелочь, а потом добьем большого, — ответил Растиф. — Только не приближайтесь к этой штуке, — кивнул он на мину. — Видели, какую дыру она прожгла в теле паука?
— Ну, и чего стоим? — рявкнул Арсиги и первым, вскинув топор, шагнул в направлении механических охранников.
— Марэген, — придержал Ищейка скорда. — Как только появится возможность, беги и открывай ворота.
— Сделаю, — кивнул тот.
На приближение Арсиги «жуки» отреагировали учащенным цоканьем конечностей.
Предостережение.
Но коротышка не остановился. И тогда один из «жуков» прыгнул, метя жалом в голову Арсиги. Тот не растерялся и встретил механоида размашистым ударом топора. Поджавшего лапки «жука» отбросило чуть ли не к самым воротам. Упав на пол, он проскакал остаток пути, кувыркаясь и гремя, и, отскочив от плиты из арекса, замер брюшком вверх.
Своей выходкой Арсиги заагрил и трех других «жуков». Они набросились на него с разных сторон. Одного коротышка успел поддеть сапогом, и механоид отправился в полет через коридор. Но другой добрался до цели и вонзил шип в бедро коротышки. Арсиги взвыл, отпрыгнул в сторону и что было сил ударил «жука» топором. Тот распластался по полу, но тут же попытался подобрать лапки, чтобы подняться. Коротышка подпрыгнул и всей своей массой опустился на спину механоида. Металлический панцирь «жука» выдержал, что еще больше разозлило Арсиги. Он снова отскочил в сторону и принялся лупить обухом топора по телу обидчика. Броня не выдержала такого натиска, промялась, покрылась трещинами, одна за другой отлетели лапки…
Третьего нападавшего встретил Винеар, поддев его посохом. «Жук» опрокинулся на спину, но очень резво вернулся в прежнее положение. Им тут же занялся Растиф. Увы, меч был не самым подходящим оружием в бою против мелкого изворотливого и прекрасно защищенного противника. Ни колющие, ни рубящие удары не смогли навредить механоиду, тем более что большая их часть не достигала цели. Но, по крайней мере, отвлекли его внимание от коротышки, который уже добивал своего противника. После чего Арсиги пришел на помощь своему товарищу и одним сокрушающим ударом обездвижил, а потом добил треклятого механоида.
Тем временем Марэген, оглядываясь на поле боя, добрался до ворот. Близость «жука» — пусть даже тот не подавал признаков «жизни» — его раздражал, и первым делом скорд ударом ноги отправил механоида вглубь коридора. Наверное, не следовало этого делать. Пинок вернул «жука» к жизни. Тот, вскочив на лапы, повертелся по сторонам и, выбрав своей целью многострадального Арсиги, ринулся в бой.
Марэген не видел этого, потому что занялся каменными воротами.
Кристаллы на головогруди большого арахноида вспыхнули с прежней яркостью и он ожесточенно забил конечностями. «Жуки-реаниматоры» исполнили свою миссию, спрыгнули на пол и, упершись в бока паука, помогли ему перевернуться и встать на лапы…
Пока мои друзья расправлялись с «жуками», я добрался до «генераторной».
Но то, что я увидел, войдя в круглый зал, заставило меня замереть на месте. Энергетическую установку окружало около сотни пустотелых каменных параллелепипедов, полых внутри и покрытых тонкой прозрачной светящейся синевой пленкой. Я приблизился к ближайшему из них, заглянул внутрь… и тут же отшатнулся.
На дне каменного саркофага лежал человек.
Я заглянул снова.
Это был мужчина лет сорока. Он, облаченный в просторный балахон, покоился в ложе, повторяющем контуры его тела. На лице — полная безмятежность, глаза сомкнуты, руки вытянуты вдоль тела. Несмотря на бледность лица, он совсем не был похож на покойника. Казалось, он просто спит…
Я протянул руку, осторожно прикоснулся к сизой пленке, и она мягко спружинила под моими пальцами.
В соседних «саркофагах» тоже лежали люди: мужчина, женщина, старик, ребенок…
Глядя на то, как прекрасно сохранились их тела за прошедшие столетия, на светящиеся каналы, тянувшиеся к «саркофагам» от энергетической установки, и еще раз вспомнив прочность ворот, перекрывавших вход в этот зал, я пришел к мысли, что все эти люди…
ЖИВЫ
…но находятся в состоянии, похожем на анабиоз.
Это кое-что объясняло: и хитроумные ловушки, и то, что мы до сих пор не обнаружили никаких следов жизнедеятельности Древних внутри убежища. Но не все. И порождало новые вопросы. Почему ОНИ строили свои подземелья? Что заставило ИХ укрыться в убежищах? И почему они не вернулись к нормальной жизни, когда опасность миновала?