– Эми, не будь дурочкой, он не способен любить. Он заботится только о своем удовольствии. Забудь его, Эми, он никчемен – абсолютно никчемен. – Мисс Аннабел строго взглянула на меня. Затем она взяла гренку, ее голос снова стал ясным и светским. – Какой сегодня чудесный день! Думаю, мне нужно съездить на длительную прогулку перед возвращением в Лондон. Но, может быть, у тебя на меня другие планы?
– Нет-нет, если ты хочешь прогуляться...
– Тогда я так и сделаю. Попроси свою кухарку приготовить мне сэндвичи – ничего особенного, подойдет хлеб с сыром. Да, и бутылку лимонада. Я могу не вернуться до вечера.
Перед обедом я взяла Флору на прогулку в парк. Она сказала мне, что папа не приходил пожелать ей доброго утра – наверное, он уехал очень рано. Возвращаясь из парка, мы услышали мотор, и Флора потащила меня встречать папу. Лео закружил ее в руках, она взвизгнула от восторга. Затем, поставив ее на землю, он нагнулся приласкать Неллу. Выпрямившись, Лео посмотрел прямо на меня странным взглядом – до сих пор я еще не видела у него такого выражения лица. Его рука все еще гладила золотистую головку Флоры, но слова были обращены ко мне:
– Сегодня я виделся с начальником госпиталя в Саттон Вени. Он осмотрел меня и сказал, что нет никаких причин, по которым я могу не пройти призывной медосмотр, поэтому я решил записаться добровольцем в армию. Я вступаю в RAMC – в рядовые, естественно, как Кроуфорд.
Я остолбенела. Лео криво улыбнулся мне.
– Вот видишь, теперь у меня появится возможность сдержать свое обещание не докучать тебе, – он нагнулся к Флоре. – Я приду к тебе, мой цветочек, но не раньше, чем перед вечерним чаем. Сейчас папа поищет мистера Селби, а ты иди с мамой.
Лео повернулся к машине и окликнул Неллу. Словно всплеск золотистой шерсти – Нелла вскочила на пассажирское сиденье, затем машина развернулась и уехала. Я была в смятении – мне с трудом, верилось в услышанное.
Мисс Аннабел вернулась первой, ее лицо разрумянилось от солнца и движения.
– Эми, будь добра, объяви чай пораньше.
– Лео приходил перед обедом и сказал, что вступает в армию, – сказала ей я.
– Что?
Слово за слово она вытянула из меня все, что сказал Лео.
– Зачем я рассказала ему эту дурацкую историю! – воскликнула мисс Аннабел, зажмурившись на мгновение. – Нет, это из-за Фрэнсиса, который насмехался над ним и унижал его, – рассердилась она. – Он спровоцировал Леонидаса на это, будь он проклят! Эми, ты должна отговорить Леонидаса от этого безумия.
– Но ты же сказала, что все его сверстники, с кем он учился в школе, вступили в армию.
– Это не одно и то же. Они офицеры и находятся там в своем кругу – с джентльменами. Но Леонидас не офицер и не может быть им. Ты же сама сказала мне, что он пойдет рядовым.
– Так поступил и граф Кроуфорд. Он даже носит сумки раненым.
– Эми, бывают странные джентльмены, которые идут в рядовые – но они не такие, как Леонидас, который всегда, вел уединенную жизнь. И, кроме того, вспомни о его внешности. Люди того низшего социального класса будут смеяться над ним – над его физическими недостатками. Ты должна остановить его.
Лео пришел, когда мы допивали чай, но ни слова не сказал ей о своем намерении. Она тоже не затрагивала эту тему. Отвозя мисс Аннабел на станцию к вечернему поезду, он взял с собой Флору. Когда Лео вернулся и зашел в детскую, он улыбался.
– Можешь ты уделить мне несколько минут, Эми? Кажется, прошли годы с тех пор, как я в последний раз любовался своими розами.
Пока мы гуляли по розовому парку, я украдкой посматривала на Лео. Его любимая роза «Блэйри» заканчивала летнее цветение, но, как всегда, на ней появились новые бутоны, которые раскроются позже. Задержавшись около нее, Лео бережно притянул к себе один хрупкий цветок и вдохнул его сладкий запах.
– Я буду скучать по моим розам и моим дочкам, – он медленно выпрямился. – И я буду скучать по нашим вечерним разговорам, Эми.
– Пожалуйста, не уезжай из-за меня, – выпалила я.
– Из-за тебя? – недоуменно спросил он. – А-а, из-за того, что я сказал, что сдержу обещание. Все в порядке, Эми, можешь не беспокоиться. Теперь я опомнился – однако признаю, что сдерживать чувства мне будет легче вдали от тебя. Но, я уезжаю не поэтому, – Лео повернулся лицом ко мне, и я увидела, что он широко улыбается. – Я уезжаю, потому что хочу уехать. Без сомнения, порой я буду называть себя дураком из дураков, проклинать свое решение, тяготиться необходимостью все время быть бок о бок с другими людьми – чужаками. У меня нет иллюзий на этот счет – мне будет тяжело расстаться с уединением. Я буду страдать от потери независимости – я не привык выполнять чужие приказы, я слишком долго шел своим путем, чтобы хотеть, быть на побегушках у других. Но все это мелочи, если я буду носить королевскую военную форму.
– Но сейчас ты делаешь то же самое... – сменила я тактику.