Читаем Сесквоч полностью

В последнее время она часто сталкивалась с Беганом. На заправке, в очереди в магазине. Где бы она ни оказалась, повсюду рядом был Беган. Он стал бледнее, и черные с сединой волосы выглядели более сальными и тонкими. Глаза были красными и простуженными, и Митикицкая почувствовала, что потеря дочери отразилась на нем физически. Какими бы ни были причины, он, казалось, разлагался. И каждый раз, когда они сталкивались, М.Дж. находил повод, чтобы положить руку ей на плечо или на спину. Ощущение не из приятных, когда знаки внимания исходят от разлагающегося человека с головой в форме куба.

— Спасибо, — сказала Элен. — Давайте сначала все же попробуем химчистку. Извините, но у меня назначена встреча, и я опаздываю.

Беган галантно улыбнулся и указал тростью вдоль улицы. Магоногоновичи направились в этом направлении.

— Хорошего вам вечера, мисс Митикицкая.

Элен некоторое время смотрела вслед удаляющейся прихрамывающей фигуре и повела плечами, как при ознобе. Последние два раза при встречах он предлагал ей работу. И обещал платить в два раза больше, чем Фенберг. Элен подняла воротник и чихнула.

* * *

Майк и Элен медленно шли к дому Элен после сеанса. Они посмотрели обе картины, и было уже больше одиннадцати вечера. Фенберг был, как никогда со времени смерти Дарлы Беган, полон надежд и счастлив. ФБР отыскало след Туберского и обещало найти его к завтрашнему утру. За это Фенберг был благодарен им. По крайней мере, Джон был жив. Элен с нетерпением ждала встречи с этим противоречивым братом Майкла. Она ничего не сказала о Бегане.

— Можно задать нескромный вопрос? — спросила она. Улицы все еще были ярко освещены после праздников. Завтра, когда украшения снимут, город будет выглядеть мрачнее.

— Вы хотите знать, сколько я зарабатываю, — сказал Фенберг.

— Нет. А сколько вы зарабатываете?

— Примерно пятьдесят долларов в неделю минус налоги. Нам пришлось урезать всем зарплату с вашим приходом в газету.

— Что ж, это хорошо потраченные деньги.

— Вы придете на свидание? — спросил Фенберг.

Элен взяла его за руку:

— Фенберг, вы, может быть, не обратили внимания, но с тех пор, как я здесь, мы едим вместе три раза в день, работаем вместе по крайней мере восемь часов в день, некоторые при этом, правда, не перерабатывают. Мы проводим ночи друг у друга в домах.

— В разных комнатах, — добавил Фенберг.

— Далеко не всегда.

— Несмотря на ваши догматические утверждения, каждый при этом платит за себя. Я предлагаю, чтобы вы позволили мне угощать вас, скажем, чаем из трав и фантастическими обедами четыре дня подряд.

— Почему четыре? — спросила Элен. Его рука была сильной и надежной.

— Представление. Соблюдение этикета. Волнение погони. И затем, скажем, на четвертый день у вас будет перед мной достаточно моральных и финансовых обязательств, чтобы позволить совершить над собой неслыханные сексуальные зверства.

Что-то кольнуло Элен.

— Вы можете пояснить?

— Нечто среднее между невинным детским разговором и слезной мольбой, — бесцеремонно сказал Фенберг. — Хотите посетить несколько раундов "упрямой индийской принцессы и неумолимого смотрителя парка"?

— Вы традиционны и старомодны. Мне это нравится в мужчинах, Фенберг. Я вот только сомневаюсь насчет четвертого дня.

— Я очень привлекательный и умею целоваться, — сказал Фенберг.

— Кто забил вам голову этими сказками?

— Все десять тысяч китаянок не могут ошибаться.

— Что произошло с вашими родителями? — спросила Элен.

Фенберг остановился, Элен тоже.

— Черт! — сказал он. — Понял. Мы меняем предмет разговора.

— А-ха.

— Зачем вам это?

— Любопытство, — ответила Элен. — Кроме того, это шаг на пути к следующему вопросу о вашей жене и этой фотографии, которую вы всегда носите в правом кармане рубашки.

— Если я расскажу вам о своей жене, вы будете встречаться со мной?

— Возможно.

Они продолжали идти.

— С точки зрения переговоров это не очень хорошо, — сказал Фенберг. — Вы должны пообещать что-нибудь более конкретное.

— Ладно, — ответила Элен. — Я расскажу вам о своих трех мужьях.

Еще пять шагов. Фенберг снова остановился.

Он был шокирован, потом его охватили подозрения, неизбежные и даже обостренные в человеке, который живет в доме с шутниками. Он посмотрел Элен в глаза. Что-то в ее голосе… Она не шутила. Фенберг широко улыбнулся:

— Ну, я буду краток, потому что ваша история кажется мне гораздо интереснее. Вы не шутите? Три мужа?

Элен, улыбаясь, кивнула.

— Ого. Вы не теряли времени, Митикицкая.

Фенберг коротко рассказал, как без вести исчезли его родители, где-то в арктических ледниках — это был один из неудачных перелетов из Америки в Европу через Северный Полюс. Элен держала Майкла под руку и время от времени совала нос в овечий воротник его пальто, чтобы согреться. И она слушала.

Перейти на страницу:

Похожие книги