Вот красноватый туман прорезает вертикальная черта перехода и я тут же, будто помимо своей воли запускаю в нее небольшой огненный шар!
Ох ты ж! Нечасто они у меня получались!
Файербол растекся по его защите гостя и тут же его нового гостя.
— Господин Като?
Учитель хмуро осмотрел поле битвы, и щелчком пальцев вдохнул жизнь в лишенную чувств Мичи. Девушка закашлялась, ее стошнило прямо в пыль. Подняв невесомое облачко.
— Так-так… — протянул препод по Начальному курсу прикладной магии, обходя по кругу место сражения и с интересом рассматривая основательно пропеченную тушку Упыря. — И где же вы, господин Керо, научились так швыряться огненными шарами?
Вопрос был ох как не прост. Но выдавать свое происхождение я, конечно же, не собирался.
— Так получается, когда злюсь, господин учитель. Или боюсь… — пожал я плечами, пытаясь состроить самую глупую физиономию. Которую только мог. Но давящая тяжесть иномирового бытия превратила ее в болезненную гримасу, что не укрылось от моей Наставницы. Которая к этому времени уже поднялась на ноги и деловито отряхивала юбочку.
— Я доложу о происшествии, господин Като. Разрешите нам подняться в реальный мир…
«Доложу о происшествии». Ха! Чувствую сегодня ее докладик будет весьма объемистым!
Тусклый солнечный свет, едва пробивающийся сквозь тучи, был сроден глотку свежего воздуха. Только здесь я заметил, насколько Нижний План вытянул из меня силы.
— Керо, черт подери… На тебе лица нет! Сядь вот здесь!
Мичи засуетилась надо мной, словно заботливая квочка. Усадила на ближайшую лавку и достала из рюкзака бутылку с водой.
— Потерпи! Сейчас я найду для тебя Особь!
Особь? Не думает же она, что я буду ее трахать прямо…
— Приветик, как тебя зовут? Сандра? Какое милое имя, — уже вовсю стрекотала Наставница, держа за руку высокую даму на длинных каблуках и в сером деловом костюме. Даме под именем Сандре явно было уже хорошо за сорок, но ее формы все еще были вполне ничего, а грудь в тесном развороте блузки приближалась к третьему размеру.
— Ты Керо, да? — она склонилась надо мной, обдав запахом дорогих духов.
По ее лицу разбегалась едва заметная сеточка неглубоких морщин, искусно скрытая умелым макияжем. Думаю, издалека я легко бы принял ее за двадцатилетнюю… Впрочем, какая разница?
— Милый мальчик… Да на тебе лица нет! — воскликнула Сандра в непритворном беспокойстве. — Иди ко мне, дружок… поверь, я умею приводить мужчин в здоровый вид…
Не обращая внимания на снующих туда-сюда прохожих, она уселась передо мной на корточки и, положив голову на пах, натурально замурлыкала!
Я растерянно посмотрел на Мичи, но та, как ни в чем не бывало, плюхнулась на соседнюю лавку, достала из рюкзачка какой-то журнальчик и углубилась в чтение.
— Ну где ты там мой мальчик… — прошептала Сандра, гладя член сквозь штаны и конечно же уже спустя минуту он встал колом.
— Ух, какой он у нас… — она игриво куснула моего друга сквозь ткань, а потом быстро расстегнула ширинку, явив на свет божий розовую головку.
С вызовом глядя мне в глаза, женщина начала медленно опускать кольцо губ вниз, заглатывая член все глубже и глубже. Грудь сперло от поднимающегося снизу жара, а она все насаживалась и насаживалась, пока не заглотила под самый корень, а затем также медленно двинулась обратно.
Она сосала не торопясь, с чувством отдаваясь каждому мгновению. Заглатывала по максимуму, после чего слегка отрывалась от лакомства, оставляя на подбородке подтеки слюны, чтобы снова начать движение.
Минет выходил на загляденье, но половину от кайфа этого процесса, я, пожалуй, словил от того, кем она была! Строгая бизнесвумен с таким пылом отдавалась этому процессу, что я невольно вспомнил, что еще недавно вообще слабо себе представлял секс после тридцати. Для меня — восемнадцатилетнего пацана, все, кто перешагнул этот рубеж, казались настоящими стариками! Но нет, оказывается и там есть жизнь, ха-ха…
Но все-таки это было слишком медленно. Желание дошло до такого уровня, что конечная станция была уже весьма близко, и этот неторопливый темп превратился в настоящую пытку.
— Ты все круто делаешь, — сказал я Сандре. — Но теперь я хочу, что бы пососала по моим правилам.
Женщина, не отрывая губ от члена, заинтересованно вскинула бровь, а я, взъерошив модельную стрижку, взял ее за голову и начал вставлять ей куда быстрее. Она издала утробный стон, и я поднажал еще, трахая ее и быстро, и глубоко. Уже через полминуты на глазах женщины выступили слезы, я вынул член, дав сделать ей несколько глотков воздуха, а затем продолжил вставлять и вставлять, пока не почувствовал, что миг опустошения близок. И она тоже это поняла! Мягко отстранив мои руки, она схватила член и быстро его надрачивая, оставила во рту только головку. Но что в это время творил ее язык! Он обволакивал и тер, проходила по уздечке, чтобы снова отполировать ее у самой дырочки и полировал до блеска всю ее поверхность… Настоящая мастерица!
Бум!