– Во, это надо на отдельный листок выписать, крупно, и в прихожей повесить, – сказала Липа календарику, выдирая листики с бесценными советами. – Ты тут побудь один, а? Я шустренько!
Липа сбегала в кухню, где складировались до поры ненужные бумажки, изготовила фломастером шпаргалку, нацепила ее скотчем на зеркало и, довольная, вернулась к чтению.
Увлекшись не столько чтением, сколько умозрительным сравнением своего гардероба с классическими образцами, Липа с трудом различила настойчивые призывы телефона пойти в прихожую и снять трубку.
«Если это опять покойницкая флешка – пошлю! Ей-богу – пошлю! Жутким зонским матом!» – подумала Липа и ответила тоном человека, которого оторвали от пересчитывания миллиона в двухдолларовых купюрах.
– А… здравствуйте, – неуверенно сказал молодой женский голос. – Это по вашему объявлению.
– Добрый вечер, – ответила Липа поменяв интонацию на удивленно-обрадованную. – Слушаю вас!
– Да это я как бы хотела узнать, – замялась собеседница, – что у вас за антикризисная акция.
– Акции у нас такие – собираются боевые тетки и сообща борются с неурядицами текущей российской действительности.
– Ага, хорошо… Это интересно. А… двадцать три года – это на боевую тетку тянет? – слегка насмешливо поинтересовалась собеседница. – Ну, если все другие параметры совпадают.
«Это тянет на боевую телку», – давясь смехом, подумала Липа, но вслух говорить не стала.
– Ну, все мы тетки, все мы человеки, как сказал классик… Просто проблемы в разных возрастных группах немного отличаются… Вы кто по специальности, если не секрет?
– Журналистка, – с апломбом заявила девица в трубке.
– Аналогично, – ответила Липа нарочито-гнусаво.
– Ну да?! – взвизгнула собеседница. – Тоже?
– Да, – тоже захихикала Липа. – Заскочите побеседовать к коллеге? Вас как величать?
– Гликерия. Для краткости – Лика.
– Отлично! А я Олимпиада. Для краткости – Липа.
– Да? Ну, хороша компания собирается! – совсем уж завелась Лика.
– Не компания – улет! – только что не забилась в падучей Липа. – Когда вас ждать-то?
Они еще в охотку посмеялись, оглушая друг друга веселым подвизгом, и уговорились встретиться субботним утром.
Лика, оказавшаяся невысокой, кругленькой, отчаянно рыжей девчонкой в толстостеклых очках на курносом носу, появилась после десяти утра.
– Ой, а я вас такой себе и представляла! – всплеснула руками Лика.
Липа не стала уточнять, что там себе представляла Лика, просто провела гостью на кухню – тяпнуть кофейку и потолковать.
– Как у вас сейчас на профессиональном фронте? – спросила Липа, усадив Гликерию. – Печатаетесь?
– Да какое там! – махнула веснушчатой ручкой Гликерия. – Все как-то… А вы?
– Ну, есть заказы, но нечасто. Самой-то мне по редакциям бегать уже не по статусу, а приглашений пойти и описать что-то немного. Так что с начала года у меня только две статьи вышло.
– У-у, две! За полтора месяца! Я с октября, как экономику сплющило и заколбасило, фрилансом ничего не напечатала… А уж чтоб в штат – хы!.. Никто не берет – сами, говорят, едва концы с концами сводим.
– Да, положение в отрасли нелегкое, – сумрачно пробормотала Липа. – Я как-то уж начала подумывать о своем деле, что ли… Вот, например, издавать антикризисный дамский журнал или для начала газетку. Хотите поучаствовать?