В ответ на столе появилась записка, о том, что за дверью посыльный от Фоминых.
Я открыла дверь и мне в грудь упёрлась огромная коробка, на которой стояло ещё насколько коробок поменьше. Самого же посыльного за ними не было видно.
— Распишитесь, пожалуйста, — послышался приглушённый голос из-под коробок. — и, мне в руки ткнулся листок накладной. Я расписалась. Коробки легли на пол прихожей и, пока я соображала, что к чему, посыльный уже испарился.
Соня, глядя на гору коробок, заметила, что мне полдня надо будет это разбирать. Я махнула рукой. Сейчас точно этим заниматься не буду. И мы вернулись в гостиную.
— А, знаешь, Кир, — Соня потянулась за напитком и продолжила, — Игнатий спрашивал о тебе у меня и как раз при Вилене. Так я думала, что она позеленеет от злости. Она его ко всем барышням ревнует.
— Это ты мне его сватаешь?
— Да, — рассмеялась эта хитрюга.
У-у-у, нет. Извини, конечно, Соня. Понятно, что твой брат самый лучший. Но, это счастье явно не для меня. — И я тоже отпила вкусного ягодного напитка. Он же, прости меня, — бабник. Да и жениться собрался. Сама же говорила. Нет. не мой вариант. — И я, вновь, взялась за виноград.
— Вот, видишь, какая ты несговорчивая. А Вилена, между прочим, из-за него помолвку разорвала.
— Да, флаг ей в руки. Значит её всё устраивает. Нечего тогда и ревностью исходить. Хотя, вдруг он её полюбит без памяти. Тогда всем хорошо будет. А, кто её родители, кстати.
— О-о! В этом и вопрос. Они не аристократы. Но, очень богаты. Пожалуй, самые богатые в Русинии. И, кстати, до того момента, когда Игнатий и Вилена начали встречаться, они собирались уезжать из страны в Британию Все газеты об этом шумели: предательство… вывоз капитала… Но, сейчас что-то тихо.
Кстати, подумала я. Газеты и журналы — прекрасный источник информации о стране. Надо заняться.
Соня посидела ещё немного и засобиралась домой. Я тоже устала и уже практически клевала носом. Так что, простившись с подругой, направилась прямиком в спальню. Приняв душ и переодевшись ко сну, я позвала Дёму.
— Дёмочка, мне привет тебе надо передать. — Он появился сразу и разулыбался.
— Ну, здравствуй, хозяйка. Как только жива осталась в таких испытаниях-то… — он сокрушённо покачал головой.
— Не говори, Дёма! Если бы не твой оберег, мы бы не выбрались оттуда. Кстати, Ефим тебе привет передавал. Радовался за тебя, что у тебя теперь дом есть. А я скучала по тебе и по дому. Знаешь, Дёма, мне пришлось сказать генералу, что я вас вижу и слышу. Это не страшно для вас?
— Для нас-то нет. — домовой почесал макушку, — А вот для тебя, хозяйка, трудности могут быть. Ну, ничо, ничо. Я подскажу, что делать, если нужда будет.
— А ещё, я тебе про этих бандитов рассказать хотела, но уже глаза закрываются. Давай, завтра, а? — спросила я и уснула на этой фразе.
Глава 6
— Хозяйка… Хозяйка… — голос домового пробивался сквозь сон, не оставляя надежды на его продолжение.
— Дёма, ты опять?! Дай поспать ещё чуть-чуть. — пробурчала я, закутываясь в одело. — Никакого покоя бедной мне.
— Некогда спать, хозяйка. Письмо тебе пришло от господина Златова. Срочное.
— Ну, раз срочное — давай сюда.
Вскрыв конверт, обнаружила приглашение в департамент на 9 часов утра. А сейчас было 7,30. Слава, богу, успеваю. Терпеть ненавижу опаздывать. Очень неудобно потом себя чувствую. Пришлось вставать и собираться. Подумала немного над одеждой и всё-таки выбрала брюки. Раз, здесь, их носят, то никакого криминала не будет, если и я их одену. Не привыкла я к платьям и носить их в повседневной жизни для меня неудобно.
На кухне Демьян уже расставил чашки-ложки и ждал меня. А мне стало интересно.
— Дёма, а разве домовые всем готовят, где живут? Или это только я такая счастливая? — и я хитро ему подмигнула.
Домовой засмущался, но всё же ответил:
— Правильно, ты Кира, заметила. Не готовим мы. Хозяева сами справляются, да ещё и нам должны молочко оставлять. Да, только соскучился я по домашнему теплу. Опять, же, тебе-то совсем некогда этим заниматься. Вот, я значит и хозяйствую…
— Дём, а я совсем не против. — Я широко улыбнулась. Хозяйствуй дальше. Мне всё нравится. — И я чмокнула домового в щёку. — Давай, ты будешь моим дедом? А, что?! Ты мне тут — самый родной и близкий человек.
— Скажешь, тоже… А ты не врёшь? Насчёт деда-то?
— Господи! Да, конечно, не вру! Я тебя им и считаю.
— Тогда тебе надо принять меня в свой род. Чтобы как положено всё было.
— Подозреваю я, что не так просто это делается. Ну-ка, признавайся!
— Да, ничего такого, хозяйка! Просто капнешь каплю крови на свой родовой камень и слова скажешь…
— Вот, так и знала, что без крови не обойдётся, — и я демонстративно поморщилась, но, тут же рассмеялась, показывая этим, что пошутила.
— А камень родовой где возьмём?
— Будем думать. Камень-то, его надо в доме ставить. А у тебя дома пока нет. Посоветоваться надо с нашими, что и как. Ну, да это не к спеху. Сделаем.
— Здравствуйте, Кира, — приобнял меня за плечи господин Златов. — Наслышан о ваших печальных приключениях. Думать сейчас будем, что и как делать. Садитесь, пожалуйста.