Ворота открыли и закрыли, пропустив внутрь карету. Вскоре из захаба показались морды коней, ведомых кучером под уздцы. Спины животных были мокрыми и от них ощутимо пахло потом. Было видно, что лошади устали от быстрого бега.
Карета оказалась набита битком. Не то чтобы под завязку, но явно для такого количества пассажиров и груза конструкция была не предусмотрена.
Кучер остановил лошадей, и дверца кареты тут же распахнулась.
Первой вышла Анфиса Петровна. Казалось ей не терпится глотнуть свежего воздуха. Мадам сделала шаг в сторону и остановилась, тяжело дыша.
Следом показалась Маша. Девушка бодро соскочила с подножки и едва не запнулась, увидев меня. Шеки ее сразу зарделись, сделав милое личико похожим на спелый помидор.
— Здравствуйте, Никита Васильевич, — пролепетала Маша и ойкнула, получив шуточную затрещину от Анфисы Петровны.
— Отходи в сторону, чего замерла! Дай другим выйти! — прикрикнула на девушку мадам.
Ты мышкой юркнула за широкую спину женщины и притаилась там до новых распоряжений.
Из проема высунулся Афоня, и весело подмигнул мне, будто мы виделись пару минут назад. Я был рад видеть своего старого знакомого. А еще больше порадовался, что у него все хорошо.
Следом вышел Данила, товарищ Афанасия по охранному ремеслу. Парень едва заметно махнул мне рукой, приветствуя.
За охранниками спустились две девицы. Судя по нарядам — работницы борделя. Девушки были весьма миловидны, хоть и слегка вульгарно одеты. Одна из них была мне смутно знакома.
Я подошел и заглянул в карету. Не остался ли там кто-то еще? Все же вшестером там разместиться было непросто, особенно учитывая габариты мадам и охранников.
Но больше никого в повозке не было. Зато и сиденья, и весь проход между ними был завален какими-то вещами, коробками и сумками. Почему-то мне показалось, что там вещи девиц, но я мог ошибаться.
— Никита Васильевич, — сказала мадам. — Принимайте гостей. Этих троих вы знаете, — Анфиса Петровна обвела рукой моих знакомых. — Катю и Таню вы могли видеть в заведении.
Я внимательней присмотрелся к барышням и понял, где видел одну из них. Была она тогда совершенно иначе одета, а точнее совершенно раздета и пошутила про то, что ей не того прислали в помощь. Память тут же подкинула привязанного к кровати главу рода Гончаровых, и я усмехнулся — неужели мадам планирует использовать девушку для манипулирования Гончаровым?
Ладно, с этим еще разберемся. Но вот одну свою мысль, пришедшую в голову, я хотел обсудить с Анфисой Петровной наедине.
— Рад вас всех видеть, — произнес я, обращаясь к вновь прибывшим. — Сейчас вернется Роман Дмитриевич и займется вашим расселением. Подождите его здесь. Анфиса Петровна, я бы хотел с вами поговорить. Давайте пройдем ко мне и побеседуем.
Развернувшись, я направился к своему дому.
— Да, конечно, — тут же согласилась мадам. — Только один момент, пока не забыла.
Я остановился и вопросительно взглянул на женщину.
— Парни хотят быть полезными, — сказала Анфиса Петровна. — Вы же сами знаете, как они умеют работать.
— Попрошу Иваныча заняться ими.
Найдя начальника охраны взглядом, я помахал ему рукой.
Иваныч подошел, и я попросил его пообщаться с Афоней и Данилой и пристроить их куда-нибудь на свое усмотрение.
Три девицы так и остались стоять у распряженной кареты в ожидании старосты.
Уже подходя к дому, я увидел, что Роман Дмитриевич спешит обратно к воротам. Значит девушки будут под присмотром.
Мы вошли в мою комнату, и я подумал, что не мешало бы где-то обустроить кабинет для работы. С каждым днем забот становилось все больше и больше, а значит мне будет нужно где-то общаться с людьми. Об одном я сожалел. В таком диком темпе, я пока не мог выбрать времени для тренировок и занятий цигуном. Я подозревал, что и то, и другое мне нужно, как для поддержания формы физической, так и магических способностей.
Анфиса Петровна вошла следом за мной и прикрыла дверь.
— О чем хотели поговорить, Никита Васильевич?
— Хотел узнать, есть ли подвижки по встрече с Гончаровым и как поживает ваше заведение? — я с ходу решил перейти к делам.
Мадам тяжело вздохнула.
— Я прикрыла лавочку. Пока подождем. Незачем подставлять ни девчонок, ни остальных работников. Все, у кого было куда пойти, разошлись. Остались только эти трое. Пришлось взять с собой. Надеюсь, не будут в тягость. Если что Машку можно в лазарет пристроить, она девчонка обходительная, крови не боится опять же. Катьку с Танькой в подручные на кухню можно. Готовить они умеют. Не думаю, что вам тут их прелести нужны будут. Но если захотите, они не откажут, — мадам усмехнулась и недвусмысленно подмигнула мне.
— Пусть уж лучше на кухне, — чуть севшим голосом произнес я.
От мысли о двух доступных молодых девушках мое юношеское тело отреагировало однозначно адекватно, вот только я не знал, что мне делать с этой реакцией.
Мадам заметила мои колебания и рассмеялась.
— Так о чем вы хотели поговорить? — снова повторила Анфиса Петровна. — Уж точно не о моих подопечных.
— Как раз о них, — произнес я.
— Так за чем дело стало? Сейчас позову их. Или лучше Машу? — ехидно поинтересовалась мадам.