СЕКВЕНЦИУС: — Друзья мои, когда я сказал о катастрофе, я говорил про ваших родителей. И про вас самих. А насчет Вакцинуса — то я знаю, что силу он не применял. Он применил гораздо более опасное оружие. Маскировочную слюну. И самое главное — он вас страшно обманул. Лицемер.
ЛЁЛЯ:
ТИМА: — Помолчи, Лёля.
ЛЁЛЯ:
ТИМА: — Простите её, господин Секвенциус. Она маленькая, и вообще не соображает, что говорит.
СЕКВЕНЦИУС: — Все в порядке. То есть, не все в порядке. Вакцинус обманул вас, когда сказал, что вернуться обратно будет очень просто. Еще ни одному похищенному ребенку не удавалось вернуться домой.
ЖЕКА: — Но мы же не похищенные.
ТИМА: — И мы готовы дать свои вторые мизинцы для обратного пути.
СЕКВЕНЦИУС: — И что? Маскировочная слюна может снова обратить вас в насекомых. Но вернуться домой в человеческом обличье — она вам не поможет. Понимаете? Вы же не хотите вернуться домой клопами или муравьями! А превращение в человеческий облик возможно только здесь, в Волшебной стране. Проверять мои слова не советую — слюна слишком быстро стирает память. Если вас ужалить два раза подряд — вы сразу забудете, кем были.
ЖЕКА: — Но… послушайте, а помощь вам нужна? Он говорил, что вам тут надо помочь! Что-то я ничего не понимаю, у меня в голове все перемешалось…
ТИМА: — И я запутался. А еще у меня часы сломались.
ЛЁЛЯ: — А мне нужно зеркало!
СЕКВЕНЦИУС: — Вот видите! Это действие слюны! Сначала в голове все путается, а потом вы начинаете все забывать…. Скоро вы забудете, откуда вы пришли, и кто вас там ждет. Через час вы уже не вспомните, как вас звали.
ЖЕКА: — А мы запишем наши имена на бумажке.
СЕКВЕНЦИУС: — Это не поможет. Посмотрите вокруг. Эти стены исписаны именами и прозвищами. Все, кто прибывал в наш город, записывали свои имена. И я записал. Но какое из них мое уже не помню.
ТИМА: — А надо было на бумажке — и бумажку в карман.
СЕКВЕНЦИУС: — Пожалуйста. Вот у меня в каждом кармане лежит по бумажке. Смотрите — вот у меня пять бумажек из пяти разных карманов. На них пять разных имен. И какое из них мое?
ТИМА: — Ваше — Секвенциус!
СЕКВЕНЦИУС: — Это мое здешнее имя, его-то я помню. А вот как меня звали в вашем мире?
ЖЕКА: — Как? Вы тоже «оттуда»? Вы из Москвы?
СЕКВЕНЦИУС: — Не помню.
ТИМА: — Надо было сделать татуировку.
СЕКВЕНЦИУС: — И татуировки есть. Офицер — покажите!
ЖЕКА:
СТАРШИЙ ОФИЦЕР: — Здесь меня зовут Гор O’Дулин. А кем я был там — уже неважно. Я никого там не помню — поэтому какая разница, как меня там звали. Я уже не хочу туда возвращаться.
СЕКВЕНЦИУС: — Теперь понимаете? Хочешь вернуться туда — где кого-то знаешь, помнишь и любишь! А мы никого там не помним. А здесь у нас все — и друзья, и жены.
ЛЁЛЯ: — Ты что, тоже уже женат, старичок? Ну вот, все заняты. А кто же будет мой муж?!
ТИМА: — Я буду твой муж, только помолчи!
СЕКВЕНЦИУС: — Ай! — Ай-яй-яй-яй! Не говорите больше таких вещей!
ЛЁЛЯ: — Почему? Пусть говорит! Я согласна!
СЕКВЕНЦИУС: — Ой! Ой-ой-ой! Ну, вот — допрыгались! Не успели еще ни в чем тут разобраться, а уже поженились. Ну, ладно.
ГВАРДЕЙЦЫ, ОФИЦЕР и ВАЛЬЦА:
СЕКВЕНЦИУС:
ЛЁЛЯ: — Нет, теперь дайте мне зеркало, а то уже поженились, а я даже не знаю, как я выгляжу!
СЕКВЕНЦИУС:
ТИМА: — Ерунда! Из-за того что вы нас назвали мужем и женой, мы же не стали мужем и женой по настоящему. Она же маленькая!
СЕКВЕНЦИУС: — Увы, юноша! В Запределье очень плохо с измерением времени — никто не знает, кому сколько лет. Детей здесь не бывает. А про возраст точно известно только одно: за одну ошибку в Загадку-переноску человек взрослеет сразу на десять лет.
ЖЕКА: — Что еще за «Загадка — Переноска»?
СЕКВЕНЦИУС: — Вот сейчас и узнаете. С этим чудом вам нужно познакомиться как можно быстрее. Она здесь — в Красной Комнате.
ЛЁЛЯ: — А там есть зеркало?
СЕКВЕНЦИУС: — Это и есть Зеркало. — Да-да. Что бы вернуться домой — туда, откуда вы прибыли — нужно всего лишь встать напротив Зеркала и постараться отгадать его загадку. Отгадаешь — тут же перенесешься назад. Не отгадаешь — сам увидишь, что с тобой будет.
ЖЕКА: — То есть, домой все-таки попасть можно?! А зачем было нас пугать!
СЕКВЕНЦИУС: — Медлить нельзя, скорее в Красную Комнату!
ЛЁЛЯ: — Скорее к зеркалу!