– За него бедняжку и пристукнули. Хотела с преступника денег стрясти за свое молчание, а он решил, что будет надежнее от шантажистки избавиться другим способом.
– Убийство – это радикальный шаг. Мертвые не разговаривают.
– Но что же такое Илона могла видеть, что этот человек решился ее убить?
– Не иначе как другое убийство.
– Да, не меньше.
– Но чье же убийство она видела?
– Возможно, фальшивых Кокуевых?
– Их убили позднее, уже следующим днем. А Илона говорила, что видела нечто такое, ночуя в доме у Антуана. Значит, случилось это нечто все той же ночью!
– Но что случилось ночью?
– Например, Алина умерла от передозировки.
– Но ведь в полиции сказали, что она сама не рассчитала дозу!
– А что, если ей помогли в этом?
– Как это?
– Как угодно! Могли подменить один порошок на другой, более сильной концентрации. Могли дождаться, пока подействует первое вещество, и доколоть ей еще одно, которое и стало причиной остановки сердца. Могли… Да что угодно могли сделать! Хотя бы даже просто угостить Алину «интересной новинкой», прекрасно зная, что на самом деле эта синтетика смертельно опасна для жизни принявшего ее человека.
– Да, но такой наркотик еще нужно суметь раздобыть. Во-первых, сейчас наркотик просто так не пойдешь и не купишь. Надо знать людей, которые этим промышляют.
– Были бы у человека деньги, которые он готов потратить на покупку наркотика, а уж дилер всегда найдется. Через знакомых поспрашивали, поискали да и нашли.
– Нет. Если человек задумал убийство, то он не станет посвящать в свои планы кучу народа, разыскивая случайного дилера. Нет, этот человек и сам должен какое-то время сидеть на наркоте, знать все плюсы и минусы той или иной синтетической смеси. А возможно, что он сам химик!
– И что ты предлагаешь? Искать среди приятелей Антуана химиков?
– Кому-то из нас нужно проникнуть в дом Антуана и втереться в доверие к нему с женой и к их друзьям. Сегодня еще не поздно это сделать, до вечера у вас будет возможность все у них разузнать. Если не получится за день, то можно остаться и на ночь.
– На ночь?
– У нас есть только остаток сегодняшнего дня и ночь. Завтра понедельник, они уже все разъедутся. Они всегда приезжают вечером в пятницу, а уезжают утром в понедельник. Так у них получается целых три ночи для… для того, чтобы поболтать всласть.
Саша слукавила, не сказав своим новым друзьям всей правды про эту компанию – Антуана с Мариеттой. Почему? У нее было основание думать, что, если она расскажет, чем именно занимаются Антуан с женой и друзьями у себя дома, то никто из друзей Кирилла, включая и его самого, не станет связываться с этой компанией даже с целью разоблачения убийства. Просто побоятся, что всем дружным коллективом их используют по прямому назначению. А в необходимости того, что кому-то из них придется идти в гости к Антуану, Саша не сомневалась.
– Вот ты и иди, – предложил ей Кирилл.
– Мне нельзя. Я слишком маленькая. Ты что? Сам не понимаешь? Они меня не примут. Я вчера пыталась, они мне прямо указали на дверь. Кому-то из вас надо. И начать лучше прямо сейчас, не факт, что первый же доброволец придется у них ко двору.
Все задумались.
– Ну, я могу, – предложил Кирилл.
– Тебя они не примут.
– Почему это?
– Ты сосед.
– И что?
Саша промолчала, потом коротко сказала:
– Иди, конечно, если хочешь. Попробуй.
– Ну и пойду!
Кирилл отправился, а Саша лишь вздохнула. И почему некоторые мужчины такие упрямые? Ведь она же ясно сказала, ничего не получится. Антуан с Мариеттой не станут приобщать соседа к своим ночным развлечениям. Это может стать достоянием общественности, а это означает ненужные толки, пересуды, а возможно, что и дружное осуждение окружающих, являющихся добропорядочными семейными людьми. Конечно, можно на мнение окружающих наплевать с высокой колокольни, но все-таки приятнее, когда тебе утром, встретив на пути в магазин, желают всего хорошего, а не бегут на другую сторону дороги, а потом плюют вслед.
Заложив нога за ногу, Саша терпеливо стала дожидаться дальнейших событий.
Как и предвидела Саша, их первый «засланный казачок» вернулся несолоно хлебавши. Антуан с женой лишь вежливо выслушали его рассказ о ночной утопленнице, а потом сухо и лаконично послали Кирилла куда подальше.
– Представляете, заявили, что им это неинтересно! – возмущался Кирилл. – А как это человеку может быть неинтересно, когда совсем рядом кого-то убивают? Очевидно, что они что-то знают про убийство Илоны! Может быть, они даже всей компанией ее и убили!
Саша чуть не ахнула, надо же такое ляпнуть! Небось теперь число добровольцев поубавится. Но, к ее радости, трусов среди друзей Кирилла не оказалось. И девушки, и молодые люди в равной степени выразили готовность идти на разведку.
– Я пойду!
Насчет полненькой темноволосой Алисии у Саши были сомнения. Особенной красотой она не блистала. Интеллектом тоже не могла похвастаться. Скучная отличница и зубрилка, она была хорошим другом, но вряд ли могла разжечь пожар в мужском сердце. И самое главное, от нее за версту веяло добропорядочностью.
– И я с тобой!