Между тем, профессор уже отполз на порядочное расстояние и в душе уже праздновал свое освобождение. Не тут-то было! Арабы схватили его за шиворот и отволокли к группе заложников, которые не успели убежать из ГУМа. Их было человек пятьдесят. Заложников согнали в кучу и теперь держали под прицелом скорострельных автоматов. Потирая плешь, профессор Плейшнер задумчиво сидел среди них.
Через час к ГУМу были подведены правительственные войска, и вскоре ожидалось прибытие сил быстрого реагирования в лице спецбригады «Илья Муромец». А профессору Плейшнеру стало совсем уже невтерпеж. Громко ругаясь по-немецки, он стал требовать, чтобы ему разрешили сделать звонок своему адвокату.
– Я имею право на один звонок! – скандалил профессор Плейшнер. – Я приехал сюда из свободной страны! Я требую!
Арабы что-то бормотали по-арабски, испуганно глядя на этого настырного человечка. Наконец, один в самой разноцветной чалме, приблизился к профессору и утомленно сказал по-немецки:
– Делай свой звонок. Ты нас просто достал.
Профессор, как кролик, бросился к телефонам.
– Алло! Это ШРУ? Извините…
Он кинул еще одну монетку.
– Алло, ШРУ? Извините, я не туда попал. Чертова АТС! Что здесь за связь в этой стране! Постоянно не туда попадаю!
На старости лет у профессора было плоховато с памятью, и он постоянно ошибался в шестой цифре. Хорошо хоть арабы не следили, сколько звонков делал профессор. Наконец в трубке послышался знакомый голос:
– Частное Агентство ШРУ к вашим услугам!
– Это я, профессор Плейшнер! – прокричал профессор в трубку. – Я нахожусь в здании ГУМа, меня захватили как заложника. Спасите меня!
– Алло, Маша! Я недавно попробовала соус для спагетти «Анкл Бэнс» – это просто великолепно! – вмешался в разговор женский голос с другой линии.
– Барышня! Немедленно повесьте трубку! – запротестовал профессор Плейшнер. – Я разговариваю!
– Я тоже, – возразила «барышня».
– Я в ГУМе, около фонтана! Это вопрос жизни и смерти! Ради всего святого, немедленно повесьте трубку! – взмолился профессор.
– Алло, Маша! Тут какой-то полоумный звонит из ГУМа! Там дают что-то фантастическое! Встретимся у фонтана!
Профессор услышал короткие гудки и повесил трубку. Два потерявших терпение террориста оттащили его от телефона и, на всякий случай ударив по голове, бросили к другим заложникам.
По Красной площади громыхали тяжелые танки. Напротив ГУМа танки разворачивались и посылали снаряды по верхнему этажу. Стены в некоторых местах были пробиты навылет, из разбитых окон шел густой, черный дым. Очевидно, горели японские многоканальные телевизоры.
– «Пестик»! «Пестик»! Прием, как слышите?
– Кто это?
– Это я, твоя «Тычинка», – бормотал в трубку связист. – Третий этаж горит, как слышите, прием?
– Ничего не слышим! Продолжайте, – ответили в трубке.
По Красной площади снова загромыхали танки, выбрасывая в пространство запахи отработанной солярки.
Народ, столпившийся по периметру Красной площади, с любопытством смотрел на разворачивающееся сражение. Среди толпы сновали вездесущие фотографы, предлагая сфотографироваться на память на фоне горящего ГУМа. Несколько преуспевающих телевизионных компаний транслировали обстрел ГУМа для своих зарубежных зрителей.
Танки били прямой наводкой. В публике шушукались.
– Фильм, что ли, снимают? Про войну?
– Ну, не про индейцев же!
– Вы что обалдели? Какие еще индейцы! Это все по-настоящему! Кавказцы ГУМ захватили, а их оттуда выкуривают! – возмущался бородатый светловолосый коммерсант в драных джинсах со значком известной фирмы «Комкон» и карточкой, прицепленной прищепкой на лацкан помятого пиджака: «Генеральный директор В.В.Москалев».
– Во, чувак гранату кинул! Интересно, а она учебная или настоящая? – гундосили справа.
– Если осколки полетят, значит, настоящая, – отвечали слева.
– Подождите, то ли еще будет! – бормотали многоопытные старушки. – Сейчас «Ильюши» приедут, они уж дадут жару этим супостатам! У Белого Дома так же было…
Старушки имели в виду спецбригаду «Илья Муромец», которая попала в транспортную пробку и никак не могла доехать до места сражения.
Ожидая «Муромцев», бестолковые танки продолжали палить по ГУМу. Теперь разгорелся почему-то второй этаж. Из одного окна продолжали выкидывать на улицу дымящиеся цветные телевизоры, но собравшиеся внизу прохожие никак не могли поймать хотя бы один целым. Осколки телевизоров разлетались по мостовой, приводя зевак в неописуемое раздражение…
Глава 23
В бой вступает ШРУ
В это время трудолюбивые арабы, как кроты, рыли подземный ход, останавливаясь только чтобы помолиться. В какой стороне находится Мекка, каждый раз приходилось определять по компасу.
Прокопав с двадцать метров, арабы выяснили, что дальше все пространство под Красной площадью прорыто подземными коммуникациями и туннелями. Это порадовало вспотевших арабов. Они побросали ломы и лопаты, понавешали на себя пулеметы и автоматы и осторожно пошли по одному из туннелей.
Со стороны Никольской улицы из своего офиса появился Штирлиц. Он шел, как Жуков на передовой, засунув руки в карманы, не замечая проносившихся мимо него осколков.