Читаем Сидус. Вида своего спаситель полностью

– Хомо Шан Юн, это оверкилл, – потрескивая разрядами, сказал наемник-вольтрон.

– Или мы про него чего-то не знаем? – проверещал наемник-да’ари, уже воспаривший над нами.

– Скорее всего, наш заказчик труслив или не разбирается в уровнях бойцов Сидуса, – предположил наемник-рапторианец.

– Поправка: хомо Шан Юн демонстрирует соплеменнику свои возможности, чтобы запугать и добиться своего, – прогудел наемник-рехегуа.

– Это называется запас прочности, – огрызнулся Шан Юн.

Люди, прибывшие с Земли с Шаном Юном, тоже зашептались, а один, судя по очень богатой экипировке, заместитель, не меньше, даже расхохотался, показывая на меня пальцем:

– Это же работяга с Пояса! С хомячком! – Тигр в это время забрался мне на плечо и недобро сверлил взглядом врагов.

– Смотрите, он такой нищеброд, что даже здесь все еще ходит в рабочей экипировке «Гленкор-Антофагасты»! – воскликнул невысокий молодой человек. – А говорили, что у него денег куры не клюют!

Бывший дракон, раздраженно обернувшись, рявкнул:

– Заткнитесь! Вы все – заткнитесь! Забыли, что рассказала Кристина? У него есть страж древних рехегуа девятого уровня! И чертов хомяк! Кто его знает, что это за мутант? А еще этот якобы работяга был безоружным, когда разделал Голову и его четверых людей! Он бывший миротворец, мать вашу! Профессиональный вояка! – Повернувшись ко мне, он выпучил глаза и проревел еще громче: – А ты почему еще не на коленях, Райли?

Общение с Тукангом Джуаланом научило меня, что люди такого статуса часто используют эмоции в свою пользу. Даже когда вот так гневаются, особенно на публику, чаще всего это наигранно. Он бы не стал драконом Триады, если бы не умел подчинять чувства, а по наследству это звание не передается, Шан Юн добился его сам. Поэтому с ним можно попытаться поговорить, но с позиции силы. Размахивать перед носом регалиями дракона пока глупо – Шан Юн может не стерпеть конкуренции и, посчитав, что за ним огромное преимущество, решить меня прикончить. Причем небезосновательно – мои щиты могут не сдержать такого концентрированного огня, а спиннер… Что ж, она еще маленькая.

– Да как-то не хочется, – я пожал плечами.

– Что? – изумился Шан Юн и демонстративно навел на меня ствол. – Да ты понимаешь…

Крисси сказала ему что-то на ухо, и тот кивнул. Со мной заговорила девушка:

– Теперь понимаешь, почему ты неудачник, Картер? Потому что тугодум. Ты знаешь хоть, кто перед тобой? Это Шан Юн! Великий дракон Триады! Ему даже власти Земли не указ, он может пошевелить пальцем, и его люди принесут ему голову любого! На цыпочках! – В ее голосе прозвучало настоящее восхищение возможностями босса. – Да хоть президента Земли! А ты с ним как разговариваешь? Ты же уже мертв, просто пока об этом не знаешь, так кого ты из себя строишь?

Интересно, что им от меня нужно? Крисси узнала об условиях контракта с Тукангом Джуаланом, посчитала, что он выполнен и у меня есть чем поживиться? Или слила Шану Юну про мой «Щит Предтеч», и тот, узнав, что артефакт может быть потерян после смерти, хочет, чтобы я сам его отдал? Так сказать, выплатил моральный ущерб за смерть Головы? Ладно, сейчас узнаем, прав ли я.

Девчонка явно нацелилась на альфа-самца и сейчас активно льстила и подавала себя в выигрышном свете: липла к Шану Юну, чуть ли не терлась бедром о него. Да и одежду на сегодня выбрала не в пример сексуальнее той, в которой была со мной, – облегающая короткая маечка, не скрывающая голый плоский живот, короткая юбка, высокие каблуки. При этом волосы собраны в конский хвост и стянуты так, что взглядом Крисси стала отдаленно напоминать Шана Юна.

– Я уже не дракон, – поморщился он. – Вернее, не совсем дракон, я же объяснял тебе, дура! Я звездная гидра – представитель организации в галактике!

Про звездную гидру Мамочка и Гук ничего мне не рассказывали – или забыли, или, что вероятнее, Шан Юн хвастливо фантазирует. Иначе бы они не говорили, что, если тот вдруг исчезнет, никто в Триаде не расстроится.

– Поставьте его уже на колени! – приказал Шан Юн, поморщившись.

Его люди рванули ко мне, но резко остановились, когда я взмахнул рукой, стряхивая с конечности «Меч Предтеч» – клинок, одновременно существующий в материальной и энергетической формах, со свистом и шипением рассек воздух перед лицами бандитов. От неожиданности те, нелепо замахав руками, инстинктивно уклонились и отпрыгнули в стороны. Стоявший позади Шан Юн тоже отпрянул, прикрываясь Крисси, а до наемников наконец дошло, что я не так прост, и они открыли огонь, поцарапав мою живую броню, но тут же прекратили, потому что Шан Юн заорал:

– Не стрелять! Он пока нужен живым!

Перейти на страницу:

Похожие книги

Личные мотивы
Личные мотивы

Прошлое неотрывно смотрит в будущее. Чтобы разобраться в сегодняшнем дне, надо обернуться назад. А преступление, которое расследует частный детектив Анастасия Каменская, своими корнями явно уходит в прошлое.Кто-то убил смертельно больного, беспомощного хирурга Евтеева, давно оставившего врачебную практику. Значит, была какая-та опасная тайна в прошлом этого врача, и месть настигла его на пороге смерти.Впрочем, зачастую под маской мести прячется элементарное желание что-то исправить, улучшить в своей жизни. А фигурантов этого дела обуревает множество страстных желаний: жажда власти, богатства, удовлетворения самых причудливых амбиций… Словом, та самая, столь хорошо знакомая Насте, благодатная почва для совершения рискованных и опрометчивых поступков.Но ведь где-то в прошлом таится то самое роковое событие, вызвавшее эту лавину убийств, шантажа, предательств. Надо как можно быстрее вычислить его и остановить весь этот ужас…

Александра Маринина

Детективы
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах
Афганец. Лучшие романы о воинах-интернационалистах

Кто такие «афганцы»? Пушечное мясо, офицеры и солдаты, брошенные из застоявшегося полусонного мира в мясорубку войны. Они выполняют некий загадочный «интернациональный долг», они идут под пули, пытаются выжить, проклинают свою работу, но снова и снова неудержимо рвутся в бой. Они безоглядно идут туда, где рыжими волнами застыла раскаленная пыль, где змеиным клубком сплетаются следы танковых траков, где в клочья рвется и горит металл, где окровавленными бинтами, словно цветущими маками, можно устлать поле и все человеческие достоинства и пороки разложены, как по полочкам… В этой книге нет вымысла, здесь ярко и жестоко запечатлена вся правда об Афганской войне — этой горькой странице нашей истории. Каждая строка повествования выстрадана, все действующие лица реальны. Кому-то из них суждено было погибнуть, а кому-то вернуться…

Андрей Михайлович Дышев

Детективы / Проза / Проза о войне / Боевики / Военная проза