— Теперь они точно сделают этот двухколесник, только я не уверен, что он достанется тебе.
Я начал делать лодку и понял, что не в полной мере использую возможности Шестьдесят четвертой. Делать криволинейные элементы из прямых заготовок — разумно ли это?
Подопечная быстро сделала нужные детали, и дело пошло веселее: начал вырисовываться каркас будущей лодки.
А вот сетей у меня по-прежнему не было. Шестьдесят четвертая даже не попыталась заняться новым делом и отказалась. Кажется, она почувствовала себя виноватой. Неужели это действительно так?
Первую сеть я начал вязать давно, но продвинулся недалеко. Хотелось удлинить ее, но все время уходило на дом и лодку.
На помощь мне пришла Таа. Сначала любимая присмотрелась к начатой сети, подробно меня расспросила, а потом начала вязать новую снасть. Понятно, что у Таа имелись другие дела, но длина ее сети потихоньку увеличивалась. Через какое-то время я заметил, что супруга начала сначала.
— Прежнюю сеть я отдала Сью, она тоже будет вязать, — пояснила любимая.
Вскоре к работе присоединились Малати и Нори.
Оказалось, что Таа провернула коммерческую операцию.
— Они свяжут сети, а ты будешь давать им рыбу, — жена объяснила суть сделки.
Сначала меня не слишком вдохновило, что мой будущий улов уже распределен. Однако позже я призадумался и понял, что Таа поступила очень умно. Ведь улов нужно как-то использовать, а куда девать рыбу, если ее будет много? Получалось, что меня избавили от лишних хлопот.
Впрочем, учитывая аппетит и всеядность Шестьдесят четвертой, о судьбе пойманной рыбы не стоило беспокоиться.
Сказать, что Таа меня удивила — не сказать ничего. То, что любимая хорошо поет, я узнал еще в пустыне, когда мы выращивали наш первый узел. Однако в этот раз жена запела на едином языке. Слова новой песни Таа сочинила сама, и речь в произведении шла о мужчине, лучше которого нет во всем мире.
Думаю, Таа по-настоящему счастлива, отчасти оттого, что рядом с ней я. Раньше мне не приходило в голову, что мужчина может сделать счастливой любимую женщину. Наверно, я не размышлял об этом, потому что считал такую задачу невыполнимой. Счастлив человек или не счастлив — в первую очередь зависит от него самого, от его отношения к окружающему. Собственно, я по-прежнему так думаю, но мне очень приятно видеть то, как Таа радуется жизни.
Если вдуматься, ничего выдающегося в нашем существовании нет: мы живем на берегу озера, строим дом, занимаемся немудреными делами. Что особенного в выращивании овощей или охоте на ящериц или больших лягушек?
Да, Таа стала охотницей. Рог — материал упругий и Кен с Леем давно делают из него луки. Один из них достался моей спутнице, и она неплохо овладела им. Только всю добычу Таа съедает Шестьдесят четвертая.
Когда-то мы с удовольствием ели любое мясо, а в пустыне у реки змеи, ящерицы и лягушки были желанной добычей. Здесь мы пьем молоко, и нам не хочется разводить огонь и жарить мясо. Снимать шкурки, разделывать тушки — лишние и ненужные хлопоты. Куда проще забросить все в большую пасть узла. Да и будущий улов пойдет в пищу Дилту.
Лодка получилась замечательной: вместительной, легкой, управляемой. Я проплыл на ней от нашего дома до ручья, впадающего в залив, и решил, что теперь буду перевозить грузы только по воде — так намного легче.
Короткие сети, связанные мной и женщинами, я насадил на веревки с деревянными поплавками и бронзовыми грузиками — пришло время рыбалки. Первый улов оказался небольшим — всего полтора ведра некрупной рыбы. Все-таки сети нужны длиннее, тогда и добыча будет больше. А может, я неправильно поставил снасти.
Зато теперь я уверен, что рыба — вполне подходящая пища для узлов. По крайней мере, Шестьдесят четвертая меня благодарила, а уж ее я понимаю прекрасно. Остальные узлы от новой еды тоже не отказались.
Почему же тогда Дилт не хотел, чтобы у меня была лодка?
Шестьдесят четвертая увеличивается в размерах, но растет она немного иначе, чем прочие узлы. Центральный зал нашего детища по-прежнему остается маленьким, и вход в него разрешен только мне и Таа. Однако девица вырастила еще одно помещение и, кажется, не собирается останавливаться на этом.
Кстати, в новое убежище заселились Тим и Нори.
— Отсюда до огорода совсем близко, — объяснила Нори смену места жительства.
Теперь часть улова, которую я отдаю подруге Тима, достается тоже Шестьдесят четвертой. Кажется, девица умеет устраиваться в жизни.
Лей снабдил меня множеством инструментов. Пилы, топоры, стамески, буравы лежат в специальных ящиках, изготовленных Кеном. Теперь я могу неплохо обрабатывать дерево. Правда, я этим никогда не занимался, но после уроков китайца почувствовал, что возиться с деревом — приятное занятие. Запах свежих стружек почему-то приводит все мысли в спокойное русло, а вид готового изделия, созданного твоими руками, наполняет душу удовлетворением. И пусть это всего лишь столбик для очередного навеса, но я его сделал сам.