Читаем Сказка для ветра (СИ) полностью

Потом резко сел, достал сигарету, закурил, зло затянулся, острым взглядом резанул по мне. Я даже проверила все ли во мне цело и автоматически вспомнила все защитные руны. Никогда не было в этом необходимости, а надо же, само собой всплыло. Он что? Реально сейчас представлял для меня опасность? Не может быть.


— А ты где была? — я бы сказала ехидно спросил.

— Зачем защиту от безмолвной речи поставила?

— Кто ты, чудище? Где мой сэр Макс? — я всерьёз перепугалась от такой разительной перемены. — Слушай, или меняй тон или я ухожу. — для демонстрации серьезности намерений сделала пару шагов назад.

-Прости. — немного мягче, как если бы сухарь на пару секунд макнули в чай.

— Давно жду, успел накрутить себя. — потушил сигарету и щелчком сжёг остаток.

— Ну забыла я ее снять, но и без неё там нельзя было обойтись. — его возмущение можно было понять, ведь мы договаривались, что я предупреждаю заранее о блоке, но сейчас причина была уважительная. — тебя не было в доступе, чтобы предупредить.

— И как тебе там? Понравилось? Опять пойдёшь? — с приветливой улыбкой людоеда осведомился он.


Здесь я насторожилась и уточнила:

— И где по твоему мнению я была?

Он на мгновение замешкался, может быть понял абсурдность предположения, но сказать всё же решился:

— У Гурига.

— Ага… -только что и смогла произнести я и чтобы не спугнуть закончила. — но как ты догадался?

— Я вернулся, Джуффин обрушил на меня новости про тебя, про твой успех у Гурига, про пробежавшую между вами искру и, что тебя точно захотят заполучить во дворец. Потом сказал, что отвёз тебя на остров и переживать мне не следует.

— И ты решил, что я ночью, при первой возможности, поскакала в резиденцию Короля. Для чего? М? — наконец подошла и села рядом.

— Ну как… — замялся и через мгновение снова перешел в наступление. — А что я мог ещё подумать.

Он опять потянулся за сигаретой. Я мягко забрала пачку:

— Ну и мнение у тебя обо мне. Наверное следует обидеться, но мне смешно. Джуффин сказал, что отвёз меня на остров. Ты связал одно с другим, но не теми концами. Решил, что остров, где Рулх, а я была там, где Холоми.

До него некоторое время доходило сказанное, потом Макс схватился за голову и простонал:

— Я идиот! Невозможный, несусветный, безголовый идиот!

— Да, да. За такие фортели в моем мире можно не меньше мерседеса требовать в искупление.

— Даже не представляю, что меня сейчас удерживает тут, рядом с тобой, не позволяя рухнуть в тартарары от стыда.

— Жажда скабрезных подробностей скорее всего.

Он схватил одеяло, натянул его на голову и пробурчал оттуда.

— Пощади, просто расскажи, что я пропустил.

— Ну во-первых смерть Старшего Помощника Придворного Профессора овеществлённых иллюзий.

Тот даже из-под одеяла выполз.

— Это как смерть? Это же Король!

— А Джуффин не рассказал?

— Сказал, то между вами пробежала искра и ты поставила этим Короля в неловкое положение.

— Ага. А вот тут злую шутку с нами сыграли разница в идиоматических выражениях. Мы с тобой привыкли, что это некое внезапное взаимное чувство, а у Джуффина просто результат магического взаимодействия, но я склонна думать — он что-то такое знал и тебя дразнил. Да я просто отменила облик к которому прибегал Гуриг. Больше его он при всём желании, воссоздать не сможет.

— Ясно. Какая ты жуткая ведьма все-таки, кто бы мог подумать! — не без гордости констатировал Макс. — Теперь все ясно. Но то, что тебе может поступить предложение о посещении дворца не отменяется.

— И ты теперь переживаешь, что придётся делиться? Сам захотел царствовать и всем владеть? Ммм! Повинен в жадности! — я радостно хлопнула рукой по крыше и уже серьёзно сказала — Слушай, ты бы хоть с Шурфом поговорил. Я не психолог, но явно у тебя в голове каша. Разве можно вот так грузить мозг, не разобравшись и не поговорив? Твоё настроение затопило половину квартала, не удивляйся, если обнаружишь, что все цветы в радиусе полумили завяли.

— Ладно, разберусь и с Шурфом и с цветами. — отмахнулся он. — А в тюрьме тебе что понадобилось? Непредсказуемая моя!

— Почему в тюрьме, я к Сердцу Мира ходила, мемуары читать. Тебе первому хотела предложить, но, — развела руками я. — тебя в доступе не оказалось. Поэтому пошёл в ход план «Б», а теперь, — я потрясла сгоревшей тетрадкой, — и не узнаешь. Тень спалила, сказала так надо. Дым утёк через какой-то портал и это означает, что кто-то там типа услышит и напишет эту историю. Закрутили сюжет, все то у них с подвывертом.

— Дай-ка тетрадку, мы все прекрасно знаем, что рукописи не горят. — что-то там проговорил, хлопнул, щелкнул и зашуршал перелистываемыми листочками. — Как тебе?

— Испытываю сладостное душевное трепетание, зависть и восхищение! — потянулась, чтобы забрать тетрадь.

— Вот ещё, не за тем я её спасал. Сначала прочитаю… — пряча тетрадь в карман лоохи. — И лишь потом отдам. Ты же спать хочешь, пойдём отведу тебя.

— Да, сижу и сплю.

— Давай лапу.


Он взял меня за руку, я закрыла глаза, мы провалились в спальню да прямо так, не раздеваясь и уснули. День у всех тяжелым выдался.

***

Перейти на страницу:

Похожие книги

Незримая жизнь Адди Ларю
Незримая жизнь Адди Ларю

Франция, 1714 год. Чтобы избежать брака без любви, юная Аделин заключает сделку с темным богом. Тот дарует ей свободу и бессмертие, но подарок его с подвохом: отныне девушка проклята быть всеми забытой. Собственные родители не узнают ее. Любой, с кем она познакомится, не вспомнит о ней, стоит Адди пропасть из вида на пару минут.Триста лет спустя, в наши дни, Адди все еще жива. Она видела, как сменяются эпохи. Ее образ вдохновлял музыкантов и художников, пускай позже те и не могли ответить, что за таинственная незнакомка послужила им музой. Аделин смирилась: таков единственный способ оставить в мире хоть какую-то память о ней. Но однажды в книжном магазине она встречает юношу, который произносит три заветных слова: «Я тебя помню»…Свежо и насыщенно, как бокал брюта в жаркий день. С этой книгой Виктория Шваб вышла на новый уровень. Если вы когда-нибудь задумывались о том, что вечная жизнь может быть худшим проклятием, история Адди Ларю – для вас.

Виктория Шваб

Фантастика / Магический реализм / Фэнтези
Генерал в своем лабиринте
Генерал в своем лабиринте

Симон Боливар. Освободитель, величайший из героев войны за независимость, человек-легенда. Властитель, добровольно отказавшийся от власти. Совсем недавно он командовал армиями и повелевал народами и вдруг – отставка… Последние месяцы жизни Боливара – период, о котором историкам почти ничего не известно.Однако под пером величайшего мастера магического реализма легенда превращается в истину, а истина – в миф.Факты – лишь обрамление для истинного сюжета книги.А вполне реальное «последнее путешествие» престарелого Боливара по реке становится странствием из мира живых в мир послесмертный, – странствием по дороге воспоминаний, где генералу предстоит в последний раз свести счеты со всеми, кого он любил или ненавидел в этой жизни…

Габриэль Гарсия Маркес

Проза / Магический реализм / Проза прочее
Невероятные происшествия в женской камере № 3
Невероятные происшествия в женской камере № 3

Полиция задерживает Аню на антикоррупционном митинге, и суд отправляет ее под арест на 10 суток. Так Аня впервые оказывается в спецприемнике, где, по ее мнению, сидят одни хулиганы и пьяницы. В камере, однако, она встречает женщин, попавших сюда за самые ничтожные провинности. Тюремные дни тянутся долго, и узницы, мечтая о скором освобождении, общаются, играют, открывают друг другу свои тайны. Спецприемник – особый мир, устроенный по жестким правилам, но в этом душном, замкнутом мире вокруг Ани, вспоминающей в камере свою жизнь, вдруг начинают происходить необъяснимые вещи. Ей предстоит разобраться: это реальность или плод ее воображения? Кира Ярмыш – пресс-секретарь Алексея Навального. "Невероятные происшествия в женской камере № 3" – ее первый роман. [i]Книга содержит нецензурную брань.[/i]

Кира Александровна Ярмыш

Магический реализм