Но без двадцати или без пятнадцати девять случилось вот что.
Чей-то маленький крепкий кулачок весело и энергично постучал в дверь.
Стражники вскочили. Карты, кружась, посыпались на пол, как листья с деревьев поздней осенью.
— Кто это? Кто там может быть? — испуганно прошептал Керосин.
— Ну чего ты, чего ты? Наверно, кто-нибудь из министров. Ведь сегодня бал в честь новых колпаков-невидимок, которые скоро будут готовы, — успокоил его Скипидар. — Открой дверь. Только на всякий случай сначала спроси: «Кто там?»
— Кто там? — закричал Керосин, вытягивая шею.
Ответ был ошеломляющий.
— Это я, принцесса! — ответил звонкий голос. И кулак снова громко и требовательно застучал в дверь.
Стражники замерли на месте. Они были потрясены.
— Эй, дураки, откройте немедленно! — опять закричал звонкий голос. — Ну что вы там стоите? Вот я скажу своему папочке и он отрубит вам головы!
— Про папочку заговорила! — ахнул Керосин и бросился к двери. — Это она, принцесса!
Но Скипидар схватил его за невидимый рукав.
— Постой, постой! — прошептал он. — А вдруг это опять та девчонка? А? Давай откроем дверь и обнюхаем её хорошенько. Если что не так — хватай сразу. Ты — слева, я справа!
— Точно! — прошептал Керосин. — Нас ещё наградят, если мы её поймаем…
Он немного приоткрыл дверь.
И сейчас же вместе с вечерней прохладой, звёздами и шумом деревьев в душный дворец ворвался запах ландышей.
Он был таким сильным, что Скипидар чихнул, а Керосин закашлялся.
Дверь распахнулась.
Матя вошла во дворец.
— Всё равно я пожалуюсь папочке и мамочке! — сказала она. — Вас высекут крапивой.
Невидимые стражники упали на колени. Матя почувствовала на голых ногах их частое, испуганное дыхание.
— Пропали мы с тобой… — заскулил Керосин, когда Матины шаги затихли. — Что мы наделали? Надо было ей сразу открыть! Что теперь с нами будет?..
— Постой, постой, Керосин! — В голосе Скипидара была озабоченность и тревога. — Тут что-то не то. Ты слышал, она сказала «крапивой»? А разве принцессы знают, что такое крапива? Да они таких слов сроду не слышали!
— Конечно, нет!
— А она сказала: «Кра-пи-вой!»
— Слушай, тогда это не принцесса! Что мы наделали!
— Но ведь она пахла ландышами!
— Тогда это принцесса.
— Но почему она оказалась в парке? С чего её туда понесло? Никогда её туда не пускают!
— Тогда всё. Это не принцесса.
— Но она сказала: вас высекут…
— Принцесса! Принцесса! Ясно она. Больше так никто не скажет!
— Кра-пи-вой!
— Нет, это не принцесса!
— Слушай, Керосин. Я всё-таки схожу к Цеблиону и доложу. На всякий случай. А вдруг…
Матя тем временем шла по дворцу.
Она опять надела свой единственный башмак, и он громко стучал по паркету.
Невидимки замирали перед ней, тихо шепча: «Принцесса! Принцесса!»
Двери распахивались сами собой, как будто их открывал запах ландышей.
Матя спокойно спустилась в правое подземелье. Это подземелье вело в Белую башню. Здесь не было ни пауков, ни жаб, а с потолка не капала зелёная вода. Пол был аккуратно подметён.
Только летучие мыши, похожие на отвратительных бабочек, летали по воздуху.
Матя подошла к высокой запертой двери.
Стражники дружно стукнули лбами об пол, но дверь и не подумали открыть.
— Принцесса! — в замешательстве прошептал один из них. — Мы бы рады. Но Цеблион запретил нам. Он сказал: никто не должен…
Матя ничего им не сказала.
Она только набрала в себя побольше воздуха, надула щёки и завизжала изо всех сил.
От её крика летучие мыши, как чёрные тряпки, посыпались на пол.
Стражники ахнули и распахнули дверь.
Матя вошла в Белую башню.
Перед ней была круглая мраморная лестница.
Матя быстро побежала вверх по ступенькам.
«Топ-топ-топ!» — застучал по ступенькам её деревянный башмак.
Невидимые стражники замерли, задрав головы.
— Гм! — сказал первый стражник.
— Н-да!.. — сказал второй.
— Вот так история!
— Ну и дела!..
— Это не принцесса! Принцессы так быстро не бегают по лестнице! — снова сказал первый стражник.
— Нет, это принцесса! Слышал, как она визжит? — снова сказал второй.
— Да, визжит она здорово. Как принцесса. Это точно. Но ведь она прыгает сразу через две ступеньки! Ты знаешь хоть одну принцессу, которая прыгала бы сразу через две ступеньки? А? Ведь этого уж никак не может быть!
— Да. Но она пахнет принцессой!
— Пахнет-то она пахнет. Да только мне пока ещё моя невидимая голова не надоела…
— Да и мне тоже…
— Тогда вот что. Ты оставайся здесь, а я слетаю к Цеблиону. Мало ли что…
Тем временем Матя поднялась на самый верх Белой башни и вошла в лабораторию Главного Хранителя.
В этой комнате Цеблион готовил духи для всех невидимок.
Матя широко открыла глаза от изумления. Она никогда не была в такой странной комнате и никогда не видела таких странных вещей.
Да и ты, мой читатель, не меньше её удивился бы, если попал бы в эту комнату.
В железную чашку было налито какое-то масло. В нём прыгал синий огонёк и слабо освещал комнату.