– В другой раз, – улыбнулась я. – Ксюша, пойди, пожалуйста, переоденься.
– Зачем? Мне в таком прикиде нравится.
– Мы тебе такие костюмчики красивые купили, разве ты не хочешь надеть что-нибудь из этого?
– Я хочу с Алиной петь эти песни, они такие прикольные!
Алина гордо посмотрела на меня.
– Ксюша, там внизу, на улице, тебя кое-кто ждет…
– Кто? – Девочка посмотрела на меня удивленно.
– По-моему, твой папа…
Скорость, с какой Ксюша вскочила и кинулась к двери, по дороге сдергивая с себя простыню, была просто завидной. Ее крик: «Па-па!» – эхом отозвался в подъезде. Мы с Алиной выскочили следом. Девочка запрыгнула Александру на руки, тот подхватил ее и крепко прижал к себе так, что мне показалось – он ее сейчас задушит. Некоторое время они стояли обнявшись, словно застыли. Наконец он опустил взволнованную девочку на землю. Алина принесла новые вещи и игрушки Ксюши. Мы все уселись в машину и поехали на вокзал, покупать папе и дочке билеты в Москву.
Уже стоя на перроне возле вагона, я отдала Александру расписку коломенской бабушки Ксюши, где она писала, как ей трудно воспитывать девочку – катастрофически не хватает денег, из-за чего они часто голодают, а дочь совсем их бросила, не помогает материально и так далее. В конце всех этих душераздирающих подробностей ее несчастной жизни она умоляла дать ей денег, а то «кушать совсем нечего». Александр удивленно вскинул брови:
– Полина, откуда это у вас?
– Вы узнаете почерк? Не сомневаетесь, что это писала мать Марии?
– Нет. Она прислала нам однажды ругательное письмо, еще давно, когда я отказался жениться на ее дочери… Но мы его храним, так, на всякий случай.
– Вот и это сохраните на всякий случай, если к вам вдруг возникнут какие-то претензии. А вот копия еще одного интересного документа, а оригинал – у матери Ксюши. – И я отдала ему расписку в том, что бабушка получила сто долларов за внучку.
– Так она ее продала?! – ужаснулся Александр.
– Считайте, что так, – сказала я уклончиво.
– В таком случае, Полина, вы спасли мою дочь! Я вам так благодарен! Может, я должен вам… деньги? – осторожно спросил он.
– Деньги вам и самому пригодятся, вам ведь теперь дочку воспитывать.
В это время Ксюша высунулась из окна:
– Пап! Ты слышал? По радио объявили – поезд скоро тронется! Иди в вагон!
– Идите, вас ждут, – сказала я.
– Полина, вы для меня сделали такое!.. Вы не представляете! Я пять лет не видел дочь, я… Полина, вы… Вы мне даже адреса своего не оставили! – вдруг спохватился Александр.
– Я вам позвоню, – пообещала я.
– Как? Вы не знаете номер моего телефона…
Поезд тронулся, Александр вскочил на подножку.
– Проходите в вагон, нельзя тут стоять, – заворчала проводница.
– Полина! Полина! Какой у вас телефон?!
Я помахала ему рукой:
– Счастливо доехать!
Алина стояла рядом со мной и смотрела вслед уходящему составу со слезами на глазах.
– Ты что? – Я дернула подругу за рукав.
– Поль, он мне так понравился! – сказала она вдруг.
– Так что же ты?! Дала бы ему свой телефон или поехала бы с ними! Что-то ты так растерялась, подруга, на тебя это даже не похоже.
– Он же твой телефон спрашивал! Ты ему понравилась!
– Не говори глупости. Что ты раскисла, в самом деле? Поехали домой, там споешь свои мантры, помедитируешь, доешь за Кришной остатки салата из морковки…
– А ты?
– А я еще немножко попугаю нашу «сладкую парочку». Надо же их дожать!
Я повезла Алину домой в моей машине.
– Поль, а почему ты не дала Александру свой телефон?
– Знаешь, я думаю, чем меньше он будет знать о нас, тем лучше. Для него. И для нас.
– Почему?
– Мало ли… Если Рузанна все же примется искать свою дочь, заявит в милицию, что вообще-то маловероятно, и они выйдут на отца, то он ни за что не сможет сказать, кто именно передал ему ребенка. Пусть мы останемся для него добрыми феями! У него есть документы, подтверждающие, что девочка для собственной бабушки – помеха. Это – главное.
Из дома я позвонила дяде Сереже и сообщила, что Жукова Александра Владимировича искать больше не надо, он уже нашелся. Рассказала и о том, как соединились наконец отец и дочь.
– Хорошо, когда все хорошо кончается! Я имею в виду девочку. А больше ни в чем моя помощь тебе не требуется? – спросил он.
– Спасибо, пока нет.
– Звони, если что!
Я положила трубку и обернулась. В дверях комнаты стоял Ариша и грустно смотрел на меня.
– Папа и дочь соединились, – сказал он, – а ты? Когда наконец и ты соединишься с кем-нибудь и родишь вот такую Ксюшу?
Вместо ответа я взяла саксофон и заиграла одну из мелодий Луи Армстронга.
Глава 10
А хорошо бы добыть файлы из компьютера модельного агентства! Вот чует мое сердце, там может быть много интересного. Но как это устроить? Самой явиться в «Афродиту»? В виде кого? «Журналистка» там побывала уже дважды. Третий визит, тем более без написанной статьи, будет более чем подозрителен. А покопаться в чужом компьютере мне ох, как хочется!
А если позвонить Варваре? Интересно, умеет ли она обращаться с этой техникой?