— Здравствуй, старушка, куда идёшь? Почему пешком?
— Иду на север, в Талкап, — отвечает Кытна.
— Зачем?
— Там дочь моя живёт у волков. Волки её увели, — отвечает Кытна.
— Далеко туда идти! — говорит оленевод. — Пешком очень далеко. Очень трудно. Дам тебе оленей. Хорошие олени!
Кытна говорит:
— На оленях боюсь, могу их потерять. Пешком спокойнее. Пойду пешком.
Оленевод говорит:
— Как знаешь. Олени у нас есть. Хорошие олени.
Наутро, чуть свет, Кытна пошла. Как сто шагов прошла — волчицей обернулась. Рысью побежала волчица. Оленевод смотрит вслед и говорит:
— Вот почему от оленей отказалась!
По дороге Кытна встретила волка. Начала его расспрашивать:
— Скажи, брат, не встречал ли в северных краях в какой-нибудь стае необычного волка. Такого волка, что это сразу и волк и человек.
Волк стал рассказывать:
— Далеко на севере, за Талкапом, живёт сейчас большая стая, двадцать девять волков. Я к ним в гости ходил. Заметил, что есть среди них необычный волк. По-моему, это не настоящий волк. Похоже, этот волк — человек.
Кытна говорит:
— Наверное, это и есть моя дочь Ралинавут.
Волк говорит:
— Её зовут Ралинавут? Я слышал это имя. В той стае живёт волчица, которую так зовут.
Кытна побежала на север. Добежала до большого стойбища чукчей-оленеводов. Чукчи рады гостье. Хозяин угощает мясом, жиром, а потом спрашивает:
— Откуда и куда ты идёшь, пешая старушка?
— Я издалека, с юга, из Кичиги, — отвечает Кытна.
Чукча говорит:
— О, это очень далёкие места! Я был в твоём селе. Зачем же ты пешком в такой дальний путь пошла?
Кытна говорит:
— Скажи мне: не живёт ли тут поблизости большая стая волков? Не нападают ли они на ваши стада?
Чукча говорит:
— О, тут живёт большая стая, двадцать девять волков! Ох и надоели они мне! Нападают на наши стада.
Кытна говорит:
— Эти волки увели мою дочь. Теперь она живёт в стае. Три года прошло. Не знаю, смогу ли её домой вернуть.
Хозяин говорит:
— Пора спать.
Кытна говорит:
— Встать надо рано.
Встали рано. Поели, чаю попили. Кытна пошла. Она туда пошла, где волки ели оленей, которых зарезали ночью. Кытна увидела стаю, обернулась волчицей, пошла по кругу и запела, протяжно запела:
Волчица Ралинавут вздрогнула, перестала есть, подумала: «Кто это в тундре меня ищет?»
А старуха Кытна ближе подобралась, ещё один круг делает и поёт:
Волчица Ралинавут думает: «Мать меня ищет. Кто же ещё? Конечно, мать». Она тихонько пошла на голос и запела:
А Кытна делает третий круг и поёт в ответ:
Не выдержала Ралинавут, подбежала к матери:
— Мама, зачем ты здесь?
— Сердце моё замёрзло, — отвечает Кытна. — Я за тобой пришла. Без тебя не уйду. Я ведь мать. Давай убежим, пока волки не заметили. Тут недалеко стойбище оленеводов. Там отдохнём. Я очень устала. Я ведь пешком пришла.
Волчица Ралинавут говорит:
— Что ж, пойдём.
Пришли к стойбищу, обернулись людьми, вошли в ярангу. Чукча-хозяин говорит:
— Ого, какая смелая старушка! Не только сама вернулась, но и дочь у волков отняла!
Отдохнула Кытна на стойбище. Отдохнула и говорит:
— Пора домой.
Чукча-хозяин говорит:
— Очень далеко твоя Кичига. Давай я вас на оленях отвезу.
Кытна говорит:
— Не надо оленей. Пешком дойдём. Завтра пораньше отправимся.
Назавтра очень рано Кытна с дочерью ушли. Чукчи посмотрели им вслед. А старуха с дочерью прошли сто шагов — и уже нет их, а вместо них два волка бегут, быстро бегут. Чукчи говорят:
— Вот почему она от оленей отказалась! Волки-то скорее дойдут.
Кытна с дочерью добежали до Кичиги. Старик, муж Кытны, смотрит: два волка бегут к селению. Рядом бегут. Он думает: «Наверное, это моя старуха с дочерью».
А люди вышли и кричат:
— Волки к нам бегут, волки!
Старик им говорит:
— Это не волки. Это люди. Зачем волки среди бела дня прямо в селение побегут?
И тут волков вдруг не стало. Идут по снегу Кытна с дочерью. Домой пришли.
МИВИТ
Жил когда-то очень давно наш предок, необыкновенный силач. Звали его Мивит. Он был таким быстроногим, что охотился без лука и стрел. Увидит стаю гусей — бежит к ним. Гуси только-только вздумают взлететь — а Мивит уже их всех похватал за шеи, всех к поясу привязал.
Привяжет он так гусей к поясу и бежит домой. Очень быстро бежит — быстрейшем надо. Прибежит домой — одни головы гусиные на поясе, тела истрепались от такого бега.
Придёт Мивит в горы за горным бараном и сядет: смотрит, высматривает. Лук ему не нужен. Как увидит барана — бегом за ним. Догоняет, хватает за рога. Такой силач.