Баба-Яга глянула и впрямь неладное с теремом. Вспомнила, что давно Ивану не видела. Любила она девушку. Трудолюбивая, приветливая.
Махнула метлой, да во двор Иванин приземлилась. Дверь распахнула, а оттуда смрадом как понесет! Мусор-то с неделю никто не выносил. Хотела разуться, а по полу клоки пыли мотаются. Посуда грязная полкухни загромоздила. Оглянулась Баба Яга. Смотрит, а на диване куча тряпья лежит.
— Хозяйка! — позвала Ягуся.
Тут куча зашевелилась, глядь, а это Ивана Царевна нечесаная пультом щелкать пытается, да пульт не работает.
Баба Яга к ней бросилась:
— Ивана, приболела что ль?
Ивана еле слышно отвечает:
— Здорова я, вот только лень мне…
Баба Яга аж подпрыгнула от злости. Она хоть и Баба Яга — но баба чистоплотная. В баню регулярно ходит, в избушке на курьих ножках всегда порядок, все вымыто, вычищено. В огороде грядке прополоты. У Бабы Яги не забалуешь. Метла за чистотой в доме следит, Избушка за грядками смотрит, ступа за обеспечением продуктами и всякой мелочевкой отвечает.
Баба Яга как гаркнет:
— А ну, вставай живо!
Тут в горницу Ленушка ужом скользнула:
— Иваночке отдыхать надо! Она себя не жалеет, трудится постоянно. Устала она.
Баба Яга руки в боки:
— Ну-ка, ну-ка, дай я погляжу, кто мне тут перечить вздумал!
Кого я вижу! Лень собственной персоной к нам пожаловала. Бока-то какие наела! Щеки из-за спины видны. И сарафанчик знакомый на ей! Это же я Иванке дарила на Ивана Купалу! А ну, метла, покажи дорогу этой приживалке.
Метла за Ленью, та в крик. Мечется по терему, да куда там. Метла ей под зад как наподдаст! Лень кувырком с крыльца, и бежать. А Баба Яга обернулась к Иване Царевне, да как рявкнет:
— Живо вставай. Приютила Лень у себя. Глаза твои где были?
Одеяло сдернула и Иванке под нос зеркало сунула. Бедная царевна глянула и не узнает себя. Смотрит на нее страшилище. Волосы нечесаные, сосульками висят. Щеки в грязных разводах от леденцов. Глаза, опухшие ото сна.
А Баба Яга командует:
— Живо в баню! Да терем убрать! И чтобы обед был готов! Из трех блюд! И тирамису сделай, люблю я заморский десерт. И никаких волшебных палочек. Сама-сама, ручками. И для скорости вот тебе волшебный пендель!
И такой пендель прописала, что Ивана забегала, засуетилась. В голове проясняться стало. Вместе с ленью дурман из головы повыветрился.
Тут и Волк с турнира вернулся. С почетной грамотой. И ему от Бабы Яги влетело по первое число. Почему не досмотрел, да как он Лени в доме поселиться разрешил. Волк оправдаться попытался, да куда там. Разве Бабу Ягу переговоришь. Досталось и ему на орехи.
Уже потом, сидя в чистой горнице, за столом, накрытым белоснежной скатертью, попивая чаек с малиновым вареньем, Ивана рассказала, что Ленушка поначалу заботливой показалась. Поговорками сыпала “Работа не волк, в лес не убежит”, “не торопись сделать, может не понадобится”, “себя пожалеть надо”.
Баба Яга налила чай в блюдце, шумно втянула, вареньицем закусила:
— Лень хитро в друзья набивается. Её сразу порой и не узнаешь. Отъестся, чужой силой нальется, да и нового хозяина ищет. Придешь иной раз в гости, а там книга на 43 странице пятый год открыта, вязанье брошенное валяется, работа курсовая недописанная. А хозяин искренне недоумевает, почему он ничего не успевает. А и так понятно. Лень у него в доме побывала.
Тут Баба Яга повернулась к Иване Царевне:
— С умом друзей выбирать надо, да в дом приглашать.
А Волк одобрительно рыкнул, мол, говорил я тебе, Ивана.
— Да молчи уж, Волк-зубами щелк, раз недоглядел за хозяйкой — беззлобно упрекнула Серого Баба Яга.
Тут за окном раздалось сердитое кудахтанье. Все к окну, а там избушка на курьих ножках за Ленью гоняется. Догонит, да наподдаст, догонит, да наподдаст.
— Держись подальше от нас!