Читаем Сказы и сказки с изъятой Магией полностью

Сказы и сказки с изъятой Магией

В книге изложены русские сказы, имеется разбор сказов и сказок народов мира. Желаю вам приятного путешествия в допотопный мир.Оформление обложки Татьяны Пилюгиной.

Сергей Борисович Пилюгин

Проза / Контркультура18+

Введение

Дорогие друзья и подруги, занимаясь исследованиями сказок, как главного наследственного информатория, я пришёл к удивительному выводу, все, абсолютно ВСЕ, русские сказы, не путать с тем, что от них оставили, и спустя столетия, стали обзывать русскими народными сказками, они написаны для назидания потомкам теми, кто владел ПОЛНОЦЕННОЙ МАГИЕЙ. Все сказы имеют определённые темы и их полноценное развитие. А главное, без обязательной морали в конце, простая констатация реального развития событий и отношений меж участниками истории. А сказки народов мира, тоже абсолютно все одинаковы, но истории надуманные, притянутые за уши, не имеющие возможности быть осуществленными в истории, написаны девушками низкого социального положения, и происхождения, очень низкого. А самое странное, что нынешние девушки, из народа, продолжают традиции холопских девушек, пра-пра-пра-пра-прабабушек. Сейчас девушки пишут женские романы, которые ничем не отличаются от сказок их прародительниц, разве что антуражем изменившегося социума. Эта книга посвящена тем, кто хочет увидеть истинную информационную картину, вложенную для передачи детям, атак же взрослым, которые читают детям. Хорошего вам прочтения, надеюсь, что вам понравится содержание самих сказок, и их разборка.

С уважением, Сергей Борисович Пилюгин.

Золушка

Жил однажды богатый и знатный человек. У него умерла жена, и он женился второй раз на такой бессердечной гордячке, какой больше не сыщешь. У неё было две дочери, во всём похожие на мамашу, – такие же заносчивые злюки. А у мужа была дочка на редкость кроткая и ласковая, вся в покойную свою мать, добрейшую женщину в мире. Мачеха сразу же показала свой злой нрав. Её раздражала доброта падчерицы – рядом с этой милой девушкой собственные её дочери казались ещё противнее.

Мачеха взвалила на девушку всю самую грязную и тяжёлую работу в доме: она и посуду чистила, и лестницу мыла, и полы натирала в комнатах капризной мачехи и её избалованных дочек. Спала она на чердаке, под самой крышей, на тоненькой подстилке. А у её сестриц спальни были с паркетными полами, с пуховыми постелями и с зеркалами от пола до потолка.

Бедная девушка всё терпела и боялась жаловаться отцу – он только разбранил бы её, потому что во всём слушался своей новой жены.

Окончив работу, бедняжка забивалась в уголок у самого очага и садилась прямо на золу, за что старшая мачехина дочка прозвала её Замарашкой. Но младшая, не такая грубиянка, как сестра, стала звать её Золушкой. А Золушка и в стареньком платьице была во сто раз милее своих разряжённых сестриц.

Как-то раз сын короля решил устроить бал и созвал на него всех знатных людей в королевстве. Были приглашены и сёстры Золушки. Как же они обрадовались, как засуетились, выбирая себе наряды и украшения! А Золушке только прибавилось работы: ей надо было гладить юбки и крахмалить воротнички для сестёр. Сёстры без конца толковали, как бы получше нарядиться.

– Я, – говорила старшая, – надену красное бархатное платье с кружевами…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Аламут (ЛП)
Аламут (ЛП)

"При самом близоруком прочтении "Аламута", - пишет переводчик Майкл Биггинс в своем послесловии к этому изданию, - могут укрепиться некоторые стереотипные представления о Ближнем Востоке как об исключительном доме фанатиков и беспрекословных фундаменталистов... Но внимательные читатели должны уходить от "Аламута" совсем с другим ощущением".   Публикуя эту книгу, мы стремимся разрушить ненавистные стереотипы, а не укрепить их. Что мы отмечаем в "Аламуте", так это то, как автор показывает, что любой идеологией может манипулировать харизматичный лидер и превращать индивидуальные убеждения в фанатизм. Аламут можно рассматривать как аргумент против систем верований, которые лишают человека способности действовать и мыслить нравственно. Основные выводы из истории Хасана ибн Саббаха заключаются не в том, что ислам или религия по своей сути предрасполагают к терроризму, а в том, что любая идеология, будь то религиозная, националистическая или иная, может быть использована в драматических и опасных целях. Действительно, "Аламут" был написан в ответ на европейский политический климат 1938 года, когда на континенте набирали силу тоталитарные силы.   Мы надеемся, что мысли, убеждения и мотивы этих персонажей не воспринимаются как представление ислама или как доказательство того, что ислам потворствует насилию или террористам-самоубийцам. Доктрины, представленные в этой книге, включая высший девиз исмаилитов "Ничто не истинно, все дозволено", не соответствуют убеждениям большинства мусульман на протяжении веков, а скорее относительно небольшой секты.   Именно в таком духе мы предлагаем вам наше издание этой книги. Мы надеемся, что вы прочтете и оцените ее по достоинству.    

Владимир Бартол

Проза / Историческая проза
Стилист
Стилист

Владимир Соловьев, человек, в которого когда-то была влюблена Настя Каменская, ныне преуспевающий переводчик и глубоко несчастный инвалид. Оперативная ситуация потребовала, чтобы Настя вновь встретилась с ним и начала сложную психологическую игру. Слишком многое связано с коттеджным поселком, где живет Соловьев: похоже, здесь обитает маньяк, убивший девятерых юношей. А тут еще в коттедже Соловьева происходит двойное убийство. Опять маньяк? Или что-то другое? Настя чувствует – разгадка где-то рядом. Но что поможет найти ее? Может быть, стихи старинного японского поэта?..

Александра Борисовна Маринина , Александра Маринина , Василиса Завалинка , Василиса Завалинка , Геннадий Борисович Марченко , Марченко Геннадий Борисович

Детективы / Проза / Незавершенное / Самиздат, сетевая литература / Попаданцы / Полицейские детективы / Современная проза