Это было неслыханным святотатством. Последнее убежище души, последняя надежда в этом изменчивом и предательском мире, единственная тихая гавань, на которую не распространялись тлен и прах, грозили развеяться как дым. И кому как не Нектанебу было известно, что конец этой веры станет концом Египта. Уверенность в неизбежности воздаяния за праведную и неправедную жизни обеспечивала хрупкое равновесие, умиротворяла толпу, пугала сильных и давала надежду слабым. Он прекрасно помнил секретные наставления Великого создателя храма Ра в Гелиополисе, Имхотепа. И именно на его плечи возлагалось главное – поддерживать священный огонь в душах подданных. Теперь он стоял перед выбором: должен ли он вмешиваться в происходящее или нет? Нектанеб вздохнул и, развернувшись, вернулся в храм.
Храм Ра в Гелиополисе славился далеко за пределами Египта. Не только египтяне, но и чужестранцы часто являлись с подношениями к всесильному богу, Отцу всего сущего. Храм представлял собой целый комплекс зданий, в котором располагались в правильном порядке великолепные дома жрецов, здания поскромнее для писцов и прислуги, сады, скрытые зеленью бассейны для омовения, и в центре располагалось главное святилище, посвященное Ра. Кроме служебных и жилых помещений на территории храма располагалась еще и академия, в которой будущие жрецы обучались всему: письму, математике, наукам о земле и звездах, растениях и животных и, наконец, получали знания о человеческом теле и, самое главное, душе. Недалеко от академии располагалась лечебница, в которой жрецы и их помощники помогали больным. Здесь же находилось здание, в котором облегчали страдания безнадежных больных, тех, кто вскоре должен был отправиться в последний путь.