Смотрите! Наблюдайте! Ощущайте! Касайтесь! — так вы будете ближе. Но не думайте. В тот момент, когда входит думанье, вы теряете верную дорогу — вы начианете жить в своём собственном мире. Думанье — это ваш личный мир, он принадлежит вам. Тогда вы закрыты, изолированы, заключены внутри себя. Бездумье открывает замки — вас больше нет, вы больше не заключены. В бездумье вы открыты, вы становитесь пористым — сущее течёт в вас, и вы течёте с сущим.
Но тенденция ума в том, чтобы интерпретировать, объяснять. Ещё до того, как вы увидите что-то, вы уже объяснили это. Вы слушаете меня: ещё до того, как я сказал что-то, вы уже подумали об этом. Поэтому слушание становится невозможным. Вам нужно учиться слушать. Слушание означает, что вы открыты, уязвимы, принимающи., но никоим образом не в мыслительной деятельности. Мышление — это позитивная деятельность. Слушание пассивно — вы становитесь как долина, и вы принимаете; вы становитесь лоном, и вы принимаете. Если вы можете слушать, тогда природа говорит — и это не есть язык. Природа не использует слов. Чем тогда пользуется природа? Гераклит говорит, что она пользуется знаками. Цветок здесь: какой в этом знак? Цветок не говорит ничего, но можете ли вы сказать, что он не несёт в себе никакого сообщения? Он говорит многое, но не используя слова, — это бессловесное сообщение.
Чтобы воспринять бессловесное, вам нужно самим стать бессловесными, потому что только подобное может слышать подобное, только подобное может общаться с подобным.
Сидя возле цветка, не будте человеком, будте цветком. Сидя рядом с деревом, не будте человеком, будте деревом… Купаясь в реке, не будте человеком — будте рекой. И миллионы знаков будут даны вам. И это не просто общение, это ОБобщение, единение. Природа говорит, говорит миллионами способов, но не с помощью языка. Она выражает себя непрерывно, в миллионах направлений — но нет возможности справится со словарём, чтобы уточнить, что
она имеет в виду, и также вы не можете спросить у учёного, что это значит, — у него ответа. В тот момент, когда вы начинаете думать, что это значит, вы на пути, который заведёт вас в дебри…Некто, пришедший встретиться с Пикассо, учёный человек, известный критик, взглянул на его картины и сказал: «Это выглядит красивым — но что это значит? Например вот эта картина. — Он указал на картину, рядом с которой они стояли. — Что это означает?»
Пикассо пожал плечами и ответил: «Взгляните в окно — что значат эти деревья? И эти поющие птицы? И что значит этот восход солнца?.. И если всё вокруг существует просто так, без всякого значения, почему мои картины не могут просто быть и ничего не значить?»
Почему вы спрашиваете о значении? Вы хотите объяснить это. Вы хотите создать словесную модель. Вам нужно общение, не единение. Но
Говорят, что один мастер дзэна — и это очень редкий феномен, почти невероятный, потому что ум испуган — расписывал стену в дворце императора, и император снова и снова спрашивал: «Готово уже?» И всё время получал ответ: «Подожди ещё немного, ещё немного».
Проходили годы, и хозяин дворца говорил: «Это занимает слишком много времени. Ты не позволяешь мне даже войти в эту комнату, — этот человек закрылся в комнате и работал, — ты работаешь там день за днём… месяцы, годы — а я уже старею… Мне не терпиться увидеть, что там, внутри этой комнаты. Не готово ли ещё?»
Мастер сказал: «Роспись давно готова — но я наблюдал за тобой. Ты не готов. И если ты не готов, кому я буду показывать это?»
Сущее уже здесь — оно готово, оно ждёт. В каждом моменте, в каждом повороте дороги, просто за углом — оно ждёт беспрерывно, всегда. У него бесконечное терпение, оно ждёт — но вы не готовы.
История гласит, что в один день император всё же был готов и мастер сказал: «О’кей, теперь можно войти».
Они вошли в комнату — никто другой не был больше допущен туда. И роспись была поистине чудесна. Даже нельзя было сказать, что это простая картина — она выглядела, как реальность. Художник изобразил холмы и долины, и они выглядели почти трёхмерными, такими, как они в жизни. И между холмами была маленькая тропинка, уходящая куда-то вглубь… И теперь самая трудная часть истории — император спросил: «Куда ведёт эта тропа?»
Художник ответил: «Я ещё не ходил по ней — но погоди, я пойду и посмотрю».
И он ступил на тропу, и вскоре исчез за холмами и никогда больше не вернулся.
Это то, что
О ней говорит всё вокруг — не говоря ни слова.