Но как создать нужные условия для существ, которые реальны только тогда, когда рядом с ними есть незнакомое им вещество? Для существ, которые пока что ни одного раза не продемонстрировали умение взаимодействовать с материальным миром иначе, как копируя его? После долгих размышлений Сергей решил исходить из того, что гидроген, начавший и не закончивший копирование, испытывает хотя бы разочарование. Сначала он отправил в камеру два маленьких металлических штырька, висящих на длинных кусочках полиэтилена — двое аборигенов немедленно облепили их, оставив третьего не у дел. Спустя пару секунд Сергей отправил в камеру третий штырёк и, стоило последнему гидрогену обхватить его, трепеща краями, как Сергей резко убрал из камеры предыдущие два, оставив двух существ, уже почти скопировавших структуру алюминия, без добычи.
По плану абориген, облепивший оставшийся в камере штырёк, должен был как-то отреагировать на сородичей, так жестоко оторванных от вожделенного предмета. Но нет — гидроген даже не пошевелился, хотя, сдвинься он немного ниже, и на штырьке прекрасно поместился бы ещё один обитатель очистительной камеры. Но, как и было всегда, гидроген отпустил штырёк, лишь встроив в себя фрагмент алюминия (у металлов они предпочитали копировать часть кристаллической структуры), а оставшиеся двое устроили небольшой забег, победитель которого немедленно принялся за новую попытку копирования, а проигравший принялся кружить под сородичем, ожидая своей очереди. Если это и было социальным взаимодействием, то его смысл и цель ускользнули от Сергея.
Немного поразмыслив, доктор Демидов запросил у «хитреца» подборку статей по исследованиям земных животных с разными типами социальной организации. В его душе всё ещё жила надежда, что среди экспериментов, придуманных для насекомых птиц или моллюсков, найдётся что-то, подходящее и для гидрогенов.
Увы, что бы Сергей ни делал — результаты оставались одинаково неутешительными. У гидрогенов не просто не было никакой хорошо заметной иерархии — даже право сильного у них или не проявлялось вообще никак, или проявлялось неким неведомым образом. С точки зрения человеческой логики разумными были два сценария: либо первыми к новому веществу подходят самые большие и сильные аборигены, либо самые маленькие и слабые. Увы, к разным веществам они подходили в разном порядке, так и не сложившемся в какую-то систему. Причём Сергей даже не мог сделать однозначный вывод, реагируют ли гидрогены друг на друга! Пересмотрев видео «драки» за графит, он попытался воспроизвести те условия, но, увы, и эта попытка оказалась безуспешной.
Сообщение о том, что батискаф нашёл подходящего змея, имело для Сергея эффект, сравнимый с холодным душем. Он только-только начал приближаться к пониманию сути жизненного цикла гидрогенов!
Но о том, чтобы задержаться на Безымянной ещё хотя бы на несколько дней, речь идти не могла. И доктор Демидов, выпустив подопытных, включил гироскопный двигатель «Дружбы» и задал координаты местонахождения батискафа.
Оставалось надеяться на то, что собранного материала хватит, чтобы сделать какой-то вывод во время полётного безделья. Или на то, что неведомая раса, способная останавливать звёздную эволюцию, уже изучила «платочков» и поделится результатами исследований.
***
«Дружба» чуть не опоздала. Когда Сергей завис над батискафом, змей уже был целиком заполнен и висел в паре метров над поверхностью, по всей видимости, ожидая сигнала на взлёт.
К счастью, посадочная площадка была расположена так, чтобы челнок мог при необходимости втянуть любое из устройств, предназначенных для перемещения по планетам, целиком. Мысленно поблагодарив неизвестного конструктора, настоявшего именно на такой конструкции площадки,Сергей втянул батискаф и устремился за змеем, уже оторвавшимся от поверхности и целеустремлённо поднимающимся в небеса.
[1] Хранилище Информации на Кварцевой Основе
Вестник