Читаем Следопыт полностью

— Вотъ тѣ друзья, которыхъ отецъ вашъ выслалъ вамъ навстрѣчу, сказалъ Слѣдопытъ, обращаясь съ улыбкой къ молодой дѣвушкѣ. Это великій начальникъ Делаваровъ, уже преодолѣвшій многія препятствія и встрѣчавшійся со множествомъ опасностей. Его зовутъ Чингахгокъ, что на нашемъ языкѣ значитъ «большой змѣй»; но получилъ онъ это имя не потому, чтобы былъ расположенъ къ предательству, а потому что онъ благоразумный и хитрый начальникъ. Стрѣла понимаетъ, что я говорю.

Пока Слѣдопытъ говорилъ это, оба индѣйца осматривали другъ друга проницательными, испытующими взглядами. Наконецъ Стрѣла подошелъ поближе и привѣтствовалъ Чингахгока съ видомъ дружбы и задушевности. Слѣдопытъ одобрительно кивнулъ и снова обернулся къ бѣлымъ.

— Мнѣ такъ же пріятно, — сказалъ онъ, — видѣть дружескую встрѣчу двухъ индѣйцевъ въ этой пустынѣ, какъ вамъ, мистеръ Капъ, доставляетъ удовольствіе видѣть на океанѣ дружественное судно. Но такъ какъ мы заговорили о суднѣ, то я вспоминаю о моемъ молодомъ другѣ, Гаспарѣ Вестерѣ, который, проведя всю свою жизнь на озерѣ Онтаріо, понимаетъ нѣсколько въ этихъ вещахъ.

— Мнѣ очень пріятно съ вами познакомиться, сказалъ Капъ, пожимая руку молодому моряку, который отъ души отвѣчалъ тѣмъ же. Но вотъ у васъ роскошно обставленный столъ, и Слѣдопытъ приглашаетъ васъ принять въ немъ участіе.

Все общество усѣлось вокругъ поставленнаго для всѣхъ блюда съ кусками дичины, и начало ѣсть съ аппетитомъ, не мало возбужденнымъ путешествіемъ по пустынѣ. Но какъ только Капъ нѣсколько утолилъ солодъ, то снова обратился къ Слѣдопыту и возобновилъ разговоръ.

— Ну, я думаю, что жизнь, подобная вашей, доставляетъ не мало удовольствія, хотя и не столько, какъ намъ, морякамъ. У насъ все вода, а у васъ только земля.

— Не совсѣмъ, возразилъ охотникъ: мы тоже при нашихъ походахъ и переѣздахъ встрѣчаемъ воду. Намъ почти столь же часто приходится употреблять весла и сѣти, какъ и ружье и ножъ.

— Да, да, у васъ есть озера и нѣсколько быстрыхъ рѣкъ, но и все тутъ, небрежно возразилъ Капъ, высоко цѣнившій свое званіе моряка; но не хвастайте этимъ черезчуръ, ибо знайте, что я предпринялъ свое путешествіе преимущественно съ тою цѣлью, чтобы ознакомиться съ вашими вмѣстилищами прѣсной воды, и поэтому вы мнѣ не представите одно вмѣсто другаго. То, что я до сихъ поръ видѣлъ изъ вашихъ озеръ, не больно важно и даетъ мнѣ о нихъ не высокое понятіе, и откровенно говоря, я не могу повѣрить, чтобы здѣсь въ самомъ дѣлѣ нашлось озеро съ свѣжей водой.

— Вы неправы, и очень неправы, когда въ чемъ бы то ни было сомнѣваетесь во всемогуществѣ Бога, серьезно возразилъ Слѣдопытъ. Тотъ, кто сотворилъ озера съ соленой водой, тотъ могъ сотворить такія и съ прѣсной.

— Да, это совершенно справедливо, отвѣчалъ Капъ, я вовсе не оспариваю могущества Бога, а хочу только сказать, что до тѣхъ поръ не повѣрю существованію прѣсной воды въ большихъ вмѣстилищахъ, пока не испробую ея своимъ языкомъ, — и затѣмъ оставимъ этотъ предметъ.

Слѣдопытъ удовольствовался этимъ и началъ другой разговоръ.

— Намъ скоро надо будетъ отсюда удалиться, сказалъ онъ: въ этой сторонѣ кругомъ множество Ирокезовъ, и чтобъ взбѣжать ихъ встрѣчи, необходимо много хитрости и ловкости.

— Что? вскричалъ морякъ. Развѣ эти негодяи отваживаются подходить подъ самыя пушки англійской крѣпости?

— А почему же нѣтъ? Они потому и являются, что это въ ихъ обыкновеніи; мы съ Чингахгокомъ собственно для того обошли оба берега рѣки, чтобы вовремя разузнать о негодяяхъ. Гаспаръ же въ это время плылъ въ челнокѣ вверхъ по рѣкѣ.

— Ну, да вѣдь вамъ нечего опасаться какого-либо несчастія? спросилъ озабоченный Капъ.

— Намъ только грозитъ опасность быть подстрѣленными изъ засады, и, во всякомъ случаѣ, опасность эта не маловажна.

— Но, чортъ возьми! для чего же сержантъ заставляетъ меня совершать по пустынѣ путешествіе болѣе 150 миль. Если бы не Марія, я право тотчасъ вернулся бы назадъ и предоставилъ бы самому Онтаріо заботиться о томъ, соленая ли у него вода или прѣсная.

— Еслибы вы о такъ поступили, отвѣчалъ Слѣдопытъ, то все же вамъ не было бы лучше. Но будьте спокойны и положитесь на то, что мы проведемъ васъ цѣлыми и невредимыми и сами не потеряемъ нашихъ скальповъ.

Когда Капъ услыхалъ о скальпахъ, то невольно взялся рукой за свои длинные волосы и съ неудовольствіемъ покачалъ головой. Но, наконецъ, онъ все-таки принялъ веселый видъ, хотя посылалъ сквозь зубы сильныя проклятія своему зятю, который довелъ его до столь опаснаго положенія.

— Хорошо, Слѣдопытъ, сказалъ онъ: не смотря на всѣ могущія грозить намъ опасности, я не оставляю надежды благополучно достигнуть гавани. Какъ далеко еще можемъ мы находиться отъ Форта?

— Еще около пятнадцати миль, которыя мы быстро проплывемъ по теченію, если не встрѣтимъ препятствій со стороны Мингосовъ.

— И, вѣроятно, всю дорогу лѣса будутъ тянуться справа и слѣва?

— Что такое?

— Ну, я хочу сказать, что мы должны будемъ искать нашу дорогу посреди этихъ проклятыхъ деревьевъ.

— О, нѣтъ; вы поплывете въ челнокѣ внизъ по теченію Озвеги, и даже такъ быстро, какъ едва ли возможно гнать судно веслами и волнами.

Перейти на страницу:

Все книги серии Кожаный Чулок

Похожие книги

Сочинения
Сочинения

Иммануил Кант – самый влиятельный философ Европы, создатель грандиозной метафизической системы, основоположник немецкой классической философии.Книга содержит три фундаментальные работы Канта, затрагивающие философскую, эстетическую и нравственную проблематику.В «Критике способности суждения» Кант разрабатывает вопросы, посвященные сущности искусства, исследует темы прекрасного и возвышенного, изучает феномен творческой деятельности.«Критика чистого разума» является основополагающей работой Канта, ставшей поворотным событием в истории философской мысли.Труд «Основы метафизики нравственности» включает исследование, посвященное основным вопросам этики.Знакомство с наследием Канта является общеобязательным для людей, осваивающих гуманитарные, обществоведческие и технические специальности.

Иммануил Кант

Философия / Проза / Классическая проза ХIX века / Русская классическая проза / Прочая справочная литература / Образование и наука / Словари и Энциклопедии
Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Вячеслав Александрович Егоров , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Марина Колесова , Оксана Сергеевна Головина

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука
Тяжелые сны
Тяжелые сны

«Г-н Сологуб принадлежит, конечно, к тяжелым писателям: его психология, его манера письма, занимающие его идеи – всё как низко ползущие, сырые, свинцовые облака. Ничей взгляд они не порадуют, ничьей души не облегчат», – писал Василий Розанов о творчестве Федора Сологуба. Пожалуй, это самое прямое и честное определение манеры Сологуба. Его роман «Тяжелые сны» начат в 1883 году, окончен в 1894 году, считается первым русским декадентским романом. Клеймо присвоили все передовые литературные журналы сразу после издания: «Русская мысль» – «декадентский бред, перемешанный с грубым, преувеличенным натурализмом»; «Русский вестник» – «курьезное литературное происшествие, беспочвенная выдумка» и т. д. Но это совершенно не одностильное произведение, здесь есть декадентство, символизм, модернизм и неомифологизм Сологуба. За многослойностью скрывается вполне реалистичная история учителя Логина.

Фёдор Сологуб

Классическая проза ХIX века