Самые ранние из сооружений относились к I веку нашей эры; башни, обнаруженные на берегу, и те остатки стен, которые ранее были обнаружены в море, — это один и тот же комплекс сооружений. А самое главное заключалось в том, что руины, несомненно, были руинами Себастополиса. Разыскали ученые много амфор, обломки посуды, массивные ступы, обломки кувшинов, зернотерок. Нашли кусок необработанного металла, спекшегося со шлаком, — красноречивое свидетельство того, что здесь выплавляли металл. Нашли трубы, бассейн со сливом, монеты — римские, персидские, из стран Малой Азии. Нашли золотой перстень, видимо принадлежавший знатному римлянину, а также глиняные светильники.
Найденное свидетельствовало о том, что Диоскурия — насколько можно судить, — очевидно, действительно находилась некогда там, где нынче находится Сухуми.
Где же именно?
— На дне, — отвечает на этот вопрос археолог и краевед Л. Соловьев, многие годы занимающийся поисками Диоскурии. — На дне Сухумской бухты.
14. Вкратце его рассуждения сводятся к следующему. Известно, что дно в Сухумской бухте резко уходит вглубь. Уже в трехстах-четырехстах метрах от берега глубина достигает чуть ли не восьмидесяти метров, в пятистах метрах от берега она переваливает за сто. Быть может, тому виной какая-то тектоническая катастрофа? И сравнительно недавняя? Ведь в абхазских преданиях сохранились сведения о сильнейшем землетрясении в городе чужеземцев, — городе, который поглотило море.
При этом следует принять во внимание то обстоятельство, что, судя по целому ряду фактов, две с половиной тысячи лет назад, то есть в те времена, когда в здешние края прибыли милетские купцы, Сухумской бухты — так во всяком случае считает Л. Соловьев — вообще не было! А ее место занимала низменность, на которой находилась общая дельта рек Келасури и Гумисты.
Соответственно по-иному была расположена и линия древнего берега. Его легко представить себе, если мысленно соединить оконечности нынешнего Гумистинского мыса и устье реки Маджарки. На песчаном берегу рядом с гаванью, считает Л. Соловьев, находились склады, крепость, а сзади сама Диоскурия.
…Сначала переменила свое русло Гумиста, ушла на шесть километров к западу. Потом стала передвигаться дельта реки. Затем морское течение, раньше приносившее наносы, стало уносить их. Повысился, пусть не очень значительно, уровень моря. Оно прорвало песчаные валы и перешло в наступление на город. Свою роль, несомненно, сыграли и оползни. Это хорошо видно на примере Севастопольской крепости: она частично «сползла» в море. Этому пытались воспрепятствовать, строили всякие контрфорсы. И все-таки с течением времени значительная часть крепости оказалась под водой.
Но наступлением моря и оползнями тут всего не объяснишь. Ведь аквалангистам пока что не удалось найти мало-мальски крупных сооружений или руин, относящихся к древнегреческим временам. Не найдены они и на суше. Не на дне ли Сухумского подводного каньона, этого своеобразного провала, который, по мнению ряда исследователей, образовался сравнительно не так уж давно, следует искать следы поглощенного морем города?
Может быть, именно в I веке нашей эры произошла катастрофа? После того как Диоскурия оказалась изрядно разрушенной во время войн Митридата с Помпеем?
Ясно одно: Диоскурия находилась на месте Сухуми и искать ее руины, очевидно, следует на дне Сухумской бухты, вероятно, на линии Гумистинский мыс — устье Маджарки.
МОРСКИЕ ПОМПЕИ
1. Как известно, в мае 79 года Везувий, внезапно разбушевавшись, уничтожил Помпеи, Геркуланум и Стабию. Очевидец писал: «Мы видели, как море отходит от берега; земля, сотрясаясь, как бы отталкивала его от себя. Оно отступало: на песке лежало много морских животных. С другой стороны (со стороны Везувия. — А. В.) в черной, страшной туче там и сям вспыхивали и перебегали огненные зигзаги, и она раскалывалась длинными полосами пламени, похожими на молнии, но большими… Туча эта стала опускаться на землю, покрыла море, опоясала Капреи (остров Капри) и скрыла их… Стал падать пепел, пока еще редкий; оглянувшись, я увидел, как на нас надвигается густой мрак — не такой, как в безлунную или облачную ночь, а такой, какой бывает в закрытом помещении, когда огни потушены. Слышны были женские вопли, детский писк и крики мужчин: одни звали родителей, другие — детей, третьи — жен или мужей, силясь узнать их по раздававшимся зовам; одни оплакивали свою гибель, другие — гибель своих; некоторые в ужасе перед смертью молили о смерти… Чуть-чуть посветлело; это был, однако, не дневной свет, к нам приближался огонь. Он остановился вдали; вновь настали потемки; пепел посыпался тяжелым дождем. Мы все время вставали, стряхивали его, иначе нас раздавило бы под его тяжестью…»
Катастрофа была неслыханной.
Долгие годы из поколения в поколение передавались страшные подробности трагической гибели цветущих городов.
Потом все забылось.
2. На средневековых картах можно было, однако, увидеть оба этих города. Объяснялось это просто: картографы пользовались устаревшими картами Римской империи.