Читаем Словарь эпитетов Рубцова (СИ) полностью

Чужая. Но как трудно, как трудно бывает тогда, Если рядом слу-чится чужая беда! Если кто-то страдает у вас на виду, И, душой прони-кая в чужую беду, Вы не в силах пройти стороною и прочь, Но не в си-лах ничем человеку помочь! "Человек переносит любую беду..." (Хазби Дзаболов, перевод с осетинского) (2).




БЕЗДНА

Морская. Созерцаю ли звёзды над бездной С человеческой веч-ной тоской, Воцаряюсь ли в рубке железной За штурвалом над бездной морской, - Всё я верю, воспрянувши духом, В грозовое своё бытиё И не верю настойчивым слухам, Будто всё перейдёт в забытьё... Мачты.

Небесная. И никому не известно То, что, с зимой говоря, В бездне таится небесной Ветер и грусть октября... Сентябрь.

Чёрная. В чёрной бездне Большая Медведица Так сверкает! От-радно взглянуть. В звёздном свете блестя, гололедица На земле обозна-чила путь... Гололедица.

БЕЗЛЮДЬЕ

Осеннее. И вот среди осеннего безлюдья Раздался бодрый голос человека: - Как много нынче клюквы на болоте! - Как много нынче клюквы на болоте! - Во всех домах тотчас отозвалось... Осенние этюды.

БЕЛЬЁ

Яркое. Верёвка, яркое бельё, А во дворе играют дети. В потём-ках прячется жульё... Всё есть на этом белом свете! Экспромт ("Ве-рёвка, яркое бельё...")

БЕРЕГ, -а

Безотрадные. Вот замолкли [журавли] - и вновь сиротеют холмы и деревни, Сиротеет река в берегах безотрадных своих, Сиротеет молва заметавшихся трав и деревьев Оттого, что - молчи - так никто уж не выразит их! Журавли.

Глухой. ...у берега глухого Тень с веслом мелькнула и пропала. Разбойник Ляля.

Дальние. Мне не забыть у дальних берегов Среди полей задум-чивые сёла, Костры в лугах и песни пастухов... Грусть (2).

Звёздные. Пустынный свет на звёздных берегах И вереницы птиц твоих, Россия, Затмит на миг В крови и в жемчугах Тупой башмак скуластого Батыя... Видения на холме.

Крутые. Что вспомню я? Чёрные бани По склонам крутых бере-гов, Как пели обозные сани В безмолвии лунных снегов. Что вспомню я?

Левый. Село стоит На правом берегу, А кладбище - На левом берегу. "Село стоит..." (2).

Мглистый. И вдруг такой повеяло с полей Тоской любви, тоской свиданий кратких! Я уплывал... всё дальше... без оглядки На мглистый берег юности своей. Отплытие.

Ненастный. Грязь кругом, а тянет на болото, Дождь кругом, а тянет на реку, - И грустит избушка между лодок На своём ненастном берегу. Слёз не лей.

Отдалённый. В деревне празднуют дожинки, И на гармонь летят снежинки. И весь в светящемся снегу Лось замирает на бегу На отда-лённом берегу. Первый снег.

Правый. "Село стоит..." (2).

Светлый. - Светел. Свет луны ночами тонок, Берег светел по ночам, Море тихо, как котёнок, Всё скребётся о причал... Весна на море.

Суровый. Сквозь буйство бурь // пройдя без тени страха, О, сколько раз // я милым называл Суровый берег, выплывший из мрака Уступами // дремотных, // хмурых скал! Возвращение.

Тихий. Если зорче смотришь в затемь И волнение в гру-ди, Значит, тихий берег сзади, Море, буря - впереди... Счастье.

БЕРЁЗА, -ы

Больничные. В светлый вечер под музыку Грига В тихой роще больничных берёз Я бы умер, наверно, без крика, Но не смог бы, навер-но, без слёз... Под ветвями больничных берёз (3).

Величавые. Всё величавее. Трещат крещенские морозы. Идёт народ... Всё глубже снег... Всё величавее берёзы... Всё ближе к месту человек. Идёт процессия.

Ветвистые. В загл. У ветвистых берёз.

Высокие. Высокие берёзы, // глубокая вода. Спокойные на них ложатся тени. Влечёт воображенье, Как рыбу невода, Старинный воз-раст призрачных // селений. Высокие берёзы, глубокая вода (3).

Горестные. Пусть шумят осенние берёзы, Пусть от шума го-рестных берёз Набегают искренние слёзы На глаза, отвыкшие от слёз... Берёзы.

Знакомые. В загл. У знакомых берёз.

Осенние. Берёзы.

Порывистые. В минуты музыки печальной Я представляю жёл-тый плёс, И голос женщины прощальный, И шум порывистых берёз... В минуты музыки (2).

Разросшиеся. В святой обители природы, В тени разросшихся берёз Струятся омутные воды И раздаётся скрип колёс. "В святой обители природы..."

Северная. В загл. Северная берёза.

Старая. А возле ветхой сказочной часовни Стоит берёза старая, как Русь, - И вся она как огненная буря, Когда по ветру вытянутся ветви И зашумят, охваченные дрожью, И листья долго валятся с ветвей, Во-круг ствола лужайку устилая... Осенние этюды. У старых берёз.

Церковные. У церковных берёз, // почерневших от древности, Мы прощались // и пусть, // опьяняясь чинариком, Кто-то в сумраке, // злой от обиды и ревности, Всё мешал нам тогда одиноким фонариком. У церковных берёз (2).

БЕРЁЗКА

Маленькая. Спят морские перекрёстки, Лишь прибой гремит во мгле. Грустно маленькой берёзке На обветренной скале. Северная берёза.

Низкая. Над могилой берёзка склонилась. И под этой берёзкою низкой При торжественных гимнах прибоя Будто светит звездой с обе-лиска Неумершее сердце героя. Сердце героя.

БЕС

Глупый. Стал глупей. Но бес от злости стал глупей И стал бутылки бить в углу. Я говорю ему: - Не бей! Не бей бутылки на полу! Сказка - сказочка.

БЕСПОКОЙСТВО

Перейти на страницу:

Похожие книги

Изба и хоромы
Изба и хоромы

Книга доктора исторических наук, профессора Л.В.Беловинского «Жизнь русского обывателя. Изба и хоромы» охватывает практически все стороны повседневной жизни людей дореволюционной России: социальное и материальное положение, род занятий и развлечения, жилище, орудия труда и пищу, внешний облик и формы обращения, образование и систему наказаний, психологию, нравы, нормы поведения и т. д. Хронологически книга охватывает конец XVIII – начало XX в. На основе большого числа документов, преимущественно мемуарной литературы, описывается жизнь русской деревни – и не только крестьянства, но и других постоянных и временных обитателей: помещиков, включая мелкопоместных, сельского духовенства, полиции, немногочисленной интеллигенции. Задача автора – развенчать стереотипы о прошлом, «нас возвышающий обман».Книга адресована специалистам, занимающимся историей культуры и повседневности, кино– и театральным и художникам, студентам-культурологам, а также будет интересна широкому кругу читателей.

Л.В. Беловинский , Леонид Васильевич Беловинский

Культурология / Прочая старинная литература / Древние книги