— Кого-то ищете, господа? — спрашиваю веселым, громким голосом.
— Саня! И ты в Чехии! Какая неожиданная встреча! — Кирилл изображает изумление.
— Брось ломать комедию, Кир. Марика вас засекла. Я рассказал, что мы прилетели вместе.
— Марика, какое необычное имя! — взгляд цвета голубой стали очерчивает фигуру моей любимой, цепляет милое личико. — Кирилл. Можно просто Кир, — растягивает гласные.
— Отойди, — говорю с ревностью. — Эта женщина — моя!
— Никогда не поздно посмотреть по сторонам, Марика! — ухмыляется Кирилл, подмигнув ей.
Явно она ему, трахалю бессовестному, приглянулась!
— Не надейся. Я рассказал Марике, что ты половину всех женщин России и треть Европы на причинном месте провернул.
— Я люблю Александра и теперь, кажется, понимаю, какого из друзей он имел в виду, когда мы обсуждали, что не стоит судить человека по его друзьям и считать, что он точно такой же! — с улыбкой говорит Марика.
— А я — Эмин! — едва заметно кивает второй друг. — Очень приятно. Вижу, что у вас все прекрасно, вы спешите. У нас с Кириллом тоже очень много дел. Кхе-кхе!
Кирилл не трогается с места.
— Кир, очень много, очень важных дел! — Эмин трогает его за локоть. — Пойдем. Нас позднее позовут на свадьбу. Да?
— Конечно! — обещаю друзьям. — Обязательно позову!
— Ладно, — нехотя трогается с места Кирилл. — На, приятель. Не забудь…
Беспардонный приятель сует мне в карман куртки целую ленту презервативов.
— Тебе понадобится! — говорит намеренно громким шепотом, чтобы Марика услышала. — Пока ты сох по этой девушке, столько добра в трусах скопилось…
— Иди уже… Нафиг! — рычу!
Друзья уходят, оставляя нас вдвоем.
— Извиняюсь за Кира. Он выглядит циником и трахалем, но он хороший друг, готов прийти на помощь. Кхм… Он не всегда такой.
— Ерунда, — отмахивается Марика. — К тому же его совет и дружеский жест помощи очень даже к месту, — очаровательно краснеет.
— Ты про ленту с защитой?
— Да. Про нее.
— Ох черт! — плотоядно ухмыльнулся. — В чем-то Кирилл прав! У меня на тебя огромные планы, Марика…
Марика прижимается ко мне, желая большего. Пожалуй, она тот редкий случай, когда я понимаю, что могу ошибаться во многом, но твердо уверен в одном: встреча с Марикой — не ошибка и не случайность.
Это судьба. Наша судьба, одна для двоих.
Как долетаем до отеля? Не помню. Пропускаю момент, когда мы остаемся нагими, совершенно без одежды.
Марика обнимает меня, встает на цыпочки, чтобы поцеловать. Вкус ее губ так знаком мне, но от этого не менее желанен.
— Ты можешь доверять мне, — собираю мурашки по ее телу. — Во всем. Я постараюсь тебя не подвести.
— Да.
Короткое, но уверенное да!
Я горю от макушки до пят и желаю как можно скорее оказаться глубоко в ней и двигаться, просто двигаться, бездумно наслаждаясь каждым толчком.
Но с ней я должен не торопиться.
Понимаю, что ее нужно ценить и наслаждаться близостью.
Наслаждаться и брать то, чего я был лишен так долго!
Хочу снова почувствовать на губах вкус ее тела.
Нужно притормозить, но у меня не получается сдерживаться.
Я подхватываю ее руками за задницу и прижимаю к стене, впиваясь губами в ее ярко-красные губы, проталкивая язык ей в рот.
Черт.
Уже пробовал ее на вкус, но сейчас она в миллион раз слаще!
Гораздо слаще и отзывчивее, чем я себе представлял.
Тихий стон Марики пронзает меня насквозь. Я вдавливаю ее в стену, прижимаясь бедрами. Она стонет и выгибается навстречу мне. Я закидываю ее ногу себе на талию, и она быстро реагирует, подпрыгнув и обхватив меня другой ногой.
Она приподнимается и впивается пятками в мой зад, полностью открываясь передо мной, требовательно царапает ногтями мои плечи, чтобы удержать равновесие. Моя потребность насладиться ею от начала и до самого конца становится непреодолимой.
— Я боюсь упасть. Держи меня, — просит.
— Не беспокойся, Марика. Теперь я тебя не отпущу.
Я зарываюсь рукой в ее волосы и откидываю ее голову назад, чтобы заглянуть ей в глаза.
— Тебе понравится все, что я буду с тобой делать. Я съем тебя… Буду лакомиться твоим желанным телом. Всю ночь напролет… Ты не скажешь мне «нет». Я так голоден по тебе, что не хочу слышать ни одного долбаного «нет»! Я хочу получить все!
Улыбка, которая расплывается на моем лице, кажется хищной и одержимой даже мне самому.
Карие глаза Марики расширяются, в них читается небольшой шок.
— Скажи, ты поняла меня?! — играю в доминанта или просто так сильно хочу ее, что терпеть больше нет сил? — Да или нет?
— Да, — шепчет она.
— Теперь ты будешь только моей сладкой девочкой, хорошо?
Она приоткрывает рот, чтобы ответить, но вместо этого снова целует меня.
— Ты такая идеально послушная. Скажи, что мне с тобой сделать?
— Все, что тебе захочется, — говорит она.
Я прижимаюсь губами к ее губам и снова наслаждаюсь ею.
Черт. В ней есть нечто такое, что заставляет меня терять самообладание.
Марика обнимает меня за шею, прижимается своим телом. Я чувствую, как тугие, острые вершинки груди едва ли не царапают меня.
Быстрый маленький язычок Марики смело и откровенно касается моего, и ее вкус… оказывается просто бомбическим!
Логика и здравый смысл улетучиваются.