Место, где они бросили якорь, не было глубоководным. Метров через двадцать от поверхности Гордей увидел внизу скалы с расселившейся на них разноцветной морской живностью. Коготь одной рукой ухватился за якорь, а вторую, с поисковым блюдцем, поднес к лицу. Что там и как на магическом радаре, мешала рассмотреть стайка полосатых рыб, крутившихся над артефактом. Кое-как прогнав их, Коготь что-то все-таки на блюдце разглядел и махнул рукой, указывая заму направление.
Без ласт плыть было удобнее, цепляясь руками за скалы и отталкиваясь от них. Георгий постоянно сверялся с блюдцем, которое привело их к подводному гроту. Но едва Георг сунулся в круглый лаз диметром чуть больше метра, оттуда высунулась мерзкая голова с широкой пастью, усаженной мелкими зубами. Голова эта волнообразно двигалась из стороны в сторону, точно так же раскачивалось и длинное тело твари. Ни дать ни взять – настоящий морской змей.
Георгий отпрянул от входа. В его руке появился огненный меч, вода вокруг которого сразу пошла пузырями. Стража это шоу впечатлило: решив не связываться с кипятящими воду незнакомцами, трехметровая мурена выскользнула из грота и, извиваясь, поплыла прочь.
Подводная пещера начиналась как узкий лаз, но, проплыв по нему, агенты обнаружили, что он расширяется. В такой пещере уже можно было выпрямиться в полный рост. Еще несколько гребков – и дорогу преградила вертикальная стена, сверкающая, как отполированное серебро. Коготь вытянул руку вперед – его кисть, не встретив никакого сопротивления, исчезла за серебряной гладью. Сделав мощный гребок, он скрылся за стеной целиком. Гордей последовал за ним и буквально вывалился с той стороны стены и больно ударился руками о камни. Воздух! Спертый, наполненный вонью гниющих водорослей, но воздух! Магическая стена отделяла море от воздушной полости в пещере. Коготь щелкнул пальцами, и над его плечом зажегся огненный шарик, осветивший место, куда они угодили. Пещера была небольшой, с влажными каменными стенами и крупным белым песком под ногами. Георгий дотронулся до узелка щупалец у себя на затылке. «Поцелуй Амфитриты» ослабил хватку, а потом и вовсе втянул щупальца в себя.
– Дай ей немного энергии, – сказал он Гордею, выплевывая губку.
Гордей так и сделал: прикоснулся пальцем к узлу на затылке, мысленно поздоровался с чудным животным и передал ему чуть энергии. Щупальца с пленкой слезли с его лица.
– Монстры! Опять монстры! – вдруг проскулил кто-то из темного угла.
В пещере спрятаться особо было негде. Только в одном месте глыбы образовывали у стены закуток. К которому Георг и направился.
За невысокой грудой камней, сжавшись в клубок, сидел взъерошенный парень лет двадцати пяти. На Когтя с Гордеем он старался не смотреть, вперив взгляд в пол. Его колотила крупная дрожь, что и немудрено: в пещере было влажно и прохладно, а из одежды на пареньке были только замызганные шорты. Под его босыми ногами валялись раковины от устриц. Похоже, его рацион ограничивался только этими моллюсками.
– Ты Саша? – всмотрелся в лицо незнакомца Коготь.
– Да… – Парень сделал попытку отползти и спрятаться, но Георг крепко ухватил его за плечо:
– Стой. Не беги. Мы здесь за тем, чтобы тебе помочь.
– Правда?! Вы правда пришли меня спасти?! – Саша повернул голову, и Гордей увидел его глаза, горящие отчаянным безумием.
– Да. – Георг отпустил его. – Но ты должен рассказать нам, что с тобой случилось.
– Это все она! Эта девчонка, эта… эта мерзкая тварь! – Парень от безумного страха быстро перешел к безумной же ненависти. Он начал орать так, что из его рта летели капли слюны. – Она нашла меня… нашла нас! Мы взяли ее на борт, а она утопила яхту! Ведьма, вы мне не поверите, но она ведьма! Она заставила воду сжаться так, что та расплющила яхту, как блин! Хруст, я до сих пор слышу этот хруст! А еще крики – она смотрела, как тонут мои друзья! Эта тварь убила их всех! Только меня, она только меня затащила сюда и не выпускает! Она держит меня здесь в плену-у-у!!!
Приступ злости снова сменился на отчаяние. Парень зарыдал, уткнувшись лицом в ладони.
– Ну все, все, – присел возле него Гордей, – успокойся. Мы тебя отсюда вытащим.
– Как?! Мы на самом дне, я до поверхности не доплыву.
Гордей хотел было возразить, что двадцать метров – это не Марианская впадина, но подумал о том, что страхи у людей разные. Кому-то и двадцатка может безграничной пучиной показаться.
– Мария, нам нужен еще один «Поцелуй», – колдовал над блюдцем Коготь.
В любой другой ситуации Гордей бы посмеялся над двусмысленностью фразы, но почти свихнувшийся парень, потерявший своих друзей и черт знает сколько просидевший в подводном гроте, к юмору не располагал.
– Шеф, я вас не могу засечь, – послышался голос Маши. – Что-то мешает навестись на ваш амулет и на браслет Гордея.
– Это чары мавки, с помощью которых здесь удерживается воздушный пузырь. Гордей, – обратился Коготь к своему помощнику, – выплывай на поверхность, попроси Марию прислать губку на катер.
– Понял. – Парень направился к выходу из пещеры.