– Тащи, – Фрол улыбнулся. – В таком наряде наш Димочка еще не ходил. Все больше в мушкетерском плаще…
– Ты его знаешь? – удивилась Купафка.
– Мы вместе снимались в одном фильме. Я, Наташа и он, Дмитрий Красавский, – пояснил Фрол. – Только Димочку все больше снимали крупным планом в любовных сценах, а я, как дублер, вместо него сражался, бегал, прыгал, падал…
– Что… – Красавский открыл глаза и приподнял голову. Моргая, уставился сначала на Купафку, затем на Фрола.
– Ты? – новоявленный пришлый округлил глаза, сел и посмотрел по сторонам. – Как… э… Где я?
– С прибытием на Княжий остров мира за стеной, молодой человек, – сказал Фрол, картинно разведя руками. Примерно такой же фразой встречали его самого, спускавшегося после преобразования с Нейтрального острова на землю Лесного королевства.
– Фрол, – Красавский с облегчением вздохнул. Но тут же нахмурился. – Что произошло? Мне позвонила Наташа, попросила привезти ей вещи в больницу, я приехал к ней домой, а там…
– Наташа? – переспросил Фрол. – Она тебе позвонила?
– Да! Вся на нервах…
– Значит, ей удалось! Удалось, Купафочка. Она справилась! Теперь у нас появился шанс…
Фрол вдруг исчез. Дмитрий Красавский, царевна Купафка и княгиня Угла, покинувшая свою комнату с ворохом одежды, только что видели его перед собой, а в следующее мгновение атамана не стало.
– Что происходит? – дрожащим голосом спросил Красавский.
– Фрол, очнись! Давай, давай, кузен, приходи в себя!
Сергей вздрогнул от выплеснутой в лицо воды, но глаза открывать не спешил. Он представлял, как должен повести себя при очередном преобразовании, и вот оно произошло. Новый Творец, брателло Василий во второй раз увеличил его до нормального состояния, во всем теле ощущалась легкость и необычайный прилив сил, которые осталось только умело приложить.
– Только не вздумай на меня опять броситься, кузен, – Василий был где-то рядом. – Я все равно успею нажать кнопку раньше, и ты опять станешь маленьким. А это не нужно ни тебе, ни мне, ни артисточке…
Фрол слегка пошевелил руками и ногами – кажется, их ничего не удерживало.
– Вижу, вижу, что очнулся. Не волнуйся, наручников нет. И времени тоже нет. Сюда в любую минуту могут…
Словно по заказу раздался приглушенный звонок в дверь.
– Черт! Я так и знал! Фрол, хватит прикидываться. У нас еще есть шанс успеть.
Фрол открыл глаза и нарочито медленно поднялся. Он был в той же комнате, в которой Василий поил его водкой, в то время как на кровати валялась Купафка с прикованной к батарее рукой. Сейчас брателло стоял в проеме двери, наставив на него выборочный преобразователь. Из одежды на нем были лишь трусы.
– Слушай и не перебивай! – велел он и кивнул на кресло, где кучей валялась одежда. – А пока я говорю, ты одевайся. Это мои шмотки, а паспорт, труба и бумажник твои. Только быстрее, быстрее.
В дверь вновь позвонили. Фрол, рассудив, что в любом случае одетым быть лучше, чем голым, взялся за джинсы и начал их напяливать. А Василий, крикнув через плечо: «Иду!», торопливо заговорил:
– Артисточка от меня сбежала и, кажется, навела ментов. Я сейчас останусь здесь и закрою дверь. Менты ее не заметят, если специально искать не станут. Ты к ним выйдешь, как ни в чем не бывало, и скажешь, что старик, Максим Николаевич Акиньшин дал тебе ключи от квартиры, чтобы фикус поливать, а сам путешествовать уехал. Ментам паспорт свой покажешь, он в кармане куртки. А потом, когда появится возможность, свяжешься со мной по мобильнику, и поговорим…
В дверь позвонили еще дважды, на что Василий с раздражением крикнул: «Иду, иду!» Фрол, одевавшийся по-армейски быстро, уже взялся за шнурки на кроссовках.
– Только не напортачь, кузен! Выборочный преобразователь – вот он! Я могу им за одну минуту, сколько угодно людей уменьшить. И если в эту комнату ломиться начнут, я при помощи его первым делом, твою женушку на корм рыбам брошу. А потом и всех остальных. Для меня это – раз плюнуть…
Во входную дверь начали долбить кулаком, а возможно, и ногами. Заправив рубашку в брюки, Фрол взял куртку и шагнул к Василию. Тот предусмотрительно отскочил назад:
– Не дергайся! Обоим хуже будет. Только я выкручусь, а ты сдохнешь!
– Номер телефона – прежний? – спросил Фрол, выходя из комнаты, заметно прихрамывая.
– Прежний! – Василий готов был подтолкнуть его в спину, а Фрол, кажется, только этого и ждал, поэтому обладатель выборочного преобразователя решил не рисковать.
– Постарайся не хромать. И наплети им что-нибудь! – сказал Василий напоследок и закрыл дверь, оставив Фрола одного в квартире, в которую продолжали названивать и стучать.
Сергей Фролов глубоко вздохнул, постарался отбросить рвущиеся наружу эмоции и подошел к входной двери.