– Потом поговорим, сначала поешь… Хотя нет, поговорим после того, как ты перестанешь так нещадно смердеть, – серьезно кивнула я.
– Эй, – возмутился он, попытавшись присесть, но всё, что у него вышло, – это перевернуться на бок и подвинуть к себе поднос.
А дальше он, кажется, забыл и обо мне, и о своих вопросах, полностью погрузившись в процесс поглощения пищи. Причем он и впрямь погрузился в миску чуть ли не с ушами. За время, пока он ел, пришел Сэптим с тазом воды и комплектом простой одежды, чем-то напоминающей мою. Сейчас на пареньке была простая темно-синяя туника, изодранная со всех сторон и лишь чудом державшаяся на его острых тощих плечах. Сэптим же раздобыл для парня одежду детей песков. То была куртка с запахом и длинные широкие штаны. С кого сняли сей костюм, спрашивать я не стала, а потому просто приняла то, что давали. К одежде шли ещё плетеные сандалии, которые надевались поверх тканевых 'носков', которые защищали ноги от песка и пыли.
– Я помню, – наконец, заговорил парень, вынырнув из своей тарелки, – мне было так худо, что думал вот-вот на суд Литы отправлюсь, но сейчас я чувствую себя очень хорошо, мной кто-то занимался?
– Да, – кивнула я.
– Кто?
– Я.
– Зачем? – подозрительно сощурился пацан, понизив голос до шепота.
Усмехнувшись, я все же сказала достаточно серьезно:
– Потому что ты мой ассистент.
– А-си-се… чего?!
– Помощник, – пояснила я.
– Но с чего бы меня выпустили из пыточных, чтобы я стал помощником какому-то деду?
– А тебе не всё равно, раз это спасло тебе жизнь? – поинтересовалась я.
– Всё равно! – тут же горячо согласился парень. – Но хотелось бы подробностей!
– Резонно, – кивнула я. – А мне бы для начала хотелось перестать дышать через раз, так что я выйду, а ты приведи себя в порядок.
– Да не воняет от меня! – возмутился пацан.
– Не воняет, – кивнула я, – смердит.
– То есть вы хотите, чтобы я поверил, будто бы вы герой сказки? – скептически изогнув бровь, но всё же перейдя на 'вы', поинтересовался парень, после того как я представилась по всей форме.
– Нет, балбес, я хочу, чтобы ты работал вместе со мной и при этом, прошу заметить, не просто избавился от участи висельника, но и получал деньги за свой труд, – немного раздраженно пробормотала я.
– Вы даже не знаете меня! Может, всё то, что я наговорил вам в подвале, было неправдой?
– А может, мне и не очень-то хочется тебя узнавать, но надо, чтобы кто-то делал то, что мне делать лень?
– То есть вам всё равно, совершал я то, в чем меня обвиняли или нет? – прищурился парень.
– Да мне собственно плевать, мне империя процент не отстегивает с того, что получают станции перехода.
– Но я могу быть преступником, вас это совсем не волнует.
– Пф, – раздраженно выдохнула я. – А чего мне переживать? Сопрешь у меня имперские деньги? Так мне ещё дадут. Воткнёшь мне ножик в спину? Так это вообще не считается, всё зарастет раньше, чем я замечу. И, – наставительно ткнула в него пальцем, – не вздумай проверять, иначе сделаю так, что в имперский гарем завсегда на работу сможешь устроиться, сечёшь? Ну, что там ещё? Снасильничать попробуешь? Так это я надеюсь и вовсе не про тебя в моём случае, но если что, то всё же может стать проблемой…
– Эй! Вы чего? – возмущенно вспыхнул паренёк.
– Сам сказал, что я тебя совсем не знаю, – пожала я плечами.
– Да вы ваще чтоль!
– Ваааще… хорошее определение. Ну, так что, согласен?
– Я хочу знать, что вы будете с меня требовать? – деловито поинтересовался парень.
– М… делать то, что я не хочу, – развела я в стороны руки.
– Например?
– Ну, будешь носить мою сумку, говорить 'здравствуйте', 'спасибо', 'до свиданья', 'пожалуйста' и 'господин целитель сожалеет, но сегодня принять вас не сможет', – перечисляла я, загибая пальцы.
– Вы это серьёзно?
– Вполне. А! Извиняться за меня тоже ты будешь, потому, что я этого делать не люблю, а люди расстраиваются и ходят за мной, пока я не скажу… Ну?
– Бить будете?
– Как пойдет, но не сильно! – поспешила добавить я. Всё же человек на работу устраивается, надо заранее предупреждать об издержках.
На мгновение парень устремил взгляд в пол, что-то для себя решая, после чего вновь посмотрел на меня.
– Вы правда первородный? – тихо спросил он.
– Да, – кивнула я, когда на эти мои слова парень хитро улыбнулся и изрек:
– Тогда вы не сможете меня ударить! Я согласен, – и протянул мне руку для того, чтобы скрепить договор.
– Тебе не говорили, что сказки врут? – усмехнулась я, со всей крепостью пожимая его руку. – Соль.
– Слуга не приносил, – растерянно отозвался пацан.
– Я – Соль, придурок, – раздраженно пробурчала я.
– А, – вновь усмехнулся он, и на его щеках появились две озорные ямочки. – Я – Кит.
– Пишется так же, как и кит? – растерянно пробормотала я.
Парень лишь заливисто расхохотался и кое-как кивнул.
– Ещё не легче, приду завтра, – махнула я на него рукой. – У меня дела, а завтра начнем обустраиваться. Вот, – достала я из кармана случайно прихваченное яблоко, – это тебе, чтобы больше не болел, – неуклюже сунула я ему свой гостинец и была такова.
Глава 3.