Я уже начал привыкать к ощущению стерильности, потому зал, разбитый на псевдопалаты, не вызвал ощущения больницы. Чисто и ничем не пахнет, зато посмотреть было на что. В первом боксе, на кровати лежала девушка. Не то, что бы красавица, но с учетом того, что последнюю женщину я видел два месяца назад, в очереди за водкой, зрелище было впечатляющее. Тонкая талия, а все остальное состоит из одних округлостей, весьма привлекательных, впрочем. Тело, укрытое простыней выглядело настолько сексуально, что я почувствовал неловкость, любуясь им. Такое впечатление, что подглядываю. Без простыни, эффект был бы послабее.
- Женщина?
- Как ты угадал?
- Редчайший случай проявления чувства юмора, мой язвительный друг. Теперь скажи мне, на хрена мне здесь нужна баба?
- А чем она тебя не устраивает?
- Для услад телесных, она, может и ничего, а вот для войны, как пятое колесо у мобиля!
- У мобиля нет колес!
- Вот и бабы мне не надо!
- Ну, почему?
- Война, Горн, поверь мне, это кровь, боль, блевотина и дерьмо! Не вздохи под Луной, не танцы под струнный оркестр. Кровь и дерьмо!
- Не шуми. Воины - женщины, неотъемлемая часть истории.
- А менструация, это неотъемлемая часть армии?
- При чем здесь это? Тебя же тошнило в… Пегасе?
- Меня через рот тошнило, а ее будет, через все дырки. Не хватало мне еще девчонок воспитывать!
- Тише, тише. Ты бы узнал сначала кто она, что она, а потом и воевать начал.
- Ну и кто она?
- Лейтенант армии Израиля, оператор боевого робокомплекса.
- И что, это должно на меня произвести впечатление?
- Ты же искал борт-стрелка для Пегаса?
- Скажи честно, Горн, это же не твоя идея? Почему ты тогда меня вытащил, а не женщину какую-нибудь?
- Ты, это ты, она, это она.
- Объяснил! Хотя, почему я, понимаю, а вот, почему она?
- Она, потому, что, она отличный солдат, потому что ее личные качества значительно превосходят аналогичные качества у большинства мужчин. Пригодность к войне, у меня, например, двенадцать процентов, а у нее восемьдесят пять!
- А у меня?
- У тебя - девяносто семь, но ты один такой, выше я не нашел.
- Ух, ты! Что это, я такой исключительный?
- Некоторым образом. Параметры для определения степени пригодности брались, исходя из целесообразности для нашего общества. Для своего, возможно, ты бы и пятидесяти процентный барьер бы не перешел!
- Это как же?
- А так! С самого начала я тебе говорил, что обогнал ты свое время, что здесь, твой мир, а в том, ты был чужим. Только здесь твои способности в цене, только здесь можешь реализовать себя.
- Посмотрим, посмотрим.
- Не на что смотреть, работать надо.
- Ну, на счет "не на что", ты это зря!
- Ага, проняло тебя?
- Да пошел ты! Женщины давно не видел, вот и распустил сопли. У меня к тебе два вопроса.
- Ну, давай свои вопросы.
- Даю. Горн, скажи мне, у вас публичные дома есть?
- Что? - Горн даже подпрыгнул.
- Публичный дом, дом терпимости, вертеп, притон.
- Да как у тебя язык…
- Повернулся? Запросто! В наше славное время, это понятие тоже считалось неприличным, а вот лет так за сто до моего рождения, вполне цивилизованным. Да и в мое, в некоторых странах…
- Это не неприлично, это противозаконно!
- Вот как? А что ж ты, тут мне притон устраиваешь?
Похоже, здесь царят нравы пуританские. Им, конечно, виднее, но вывод можно сделать: при наличии свободной земли, я ее своими глазами видел на пустынных пляжах и материке, особенно, при перелетах с место на место, перенаселение у них! Очевидно, производство перегружено, на всех еды не хватает. Почему? А потому, что только в браке легко ограничить рождаемость, следовательно, внебрачные связи надо запрещать!
- Горн, а что бывает с незаконнорожденными детьми?
- Не бывает таких! Это твой второй вопрос?
- Как это "не бывает"? Мало ли, когда…
- Не бывает, и точка! Прерывание беременности на ранней стадии. Антисоциальное поведение! Коррекция памяти. Не хочу говорить на эту тему, это неприятно!
- Ладно, второй вопрос, что такое "робокомплекс"?
- Очухается, у нее и спросишь!
- Ну вот так, лучше. Очухается, так очухается, а то сразу "окочурится"!
- Дальше идем?
- Так, для того и пришли!
Следующий бокс, наконец, оправдал ожидания. Здоровенный мужик, лет тридцати пяти от роду. Ежик темных волос, слегка тронутых сединой. Лицо, было бы даже красивым, если бы не тяжелый подбородок, говорящий о силе, воле и упрямстве.
- Горн, спорим, угадаю кто это?
- И фамилию назовешь?
- Серьезно, спорим?
- Азартные игры не поощряются…
- Зануда ты, Горн, зануда и есть!
- Ладно, говори, а на что спор?
- Угадаю, ты полчаса просидишь в Броннике. Не в моем, конечно, это не гигиенично!
- А если нет?
- Тогда дам попробовать тебе напиток, о котором ты еще не знаешь, хотя в моем времени, он был очень популярен.
- Отрава, небось?
- С тобой выпью, что бы не сомневался. "Отвертка" называется.
- Странное название. Отвертка, это инструмент у механиков. Им приборы всякие чинят.
- Ну вот, правильно, этой, тоже чинят, только душу.
- Душу чинят?
- Не отвлекайся, согласен?
- Согласен!
- Это сержант морской пехоты Соединенных Штатов Америки, второй половины двадцатого века!
Горн недоверчиво посмотрел сначала на меня, потом на тело.