— Нет. — Джек внимательно рассматривал сломанный замок. — Похоже, что Вастальяно сам закрыл за собой дверь, пытаясь спастись от преследователей.
— Но его же растерзали, — сказала Ребекка.
— Да.
— В закрытой ванной.
— Да.
— Где окно представляет собой лишь узкую щелочку?
— Ага.
— Оно слишком узкое, чтобы убийца мог через него скрыться.
— Даже чересчур узкое.
— Так как же это было сделано?
— Если бы я знал, черт возьми!
Ребекка серьезным голосом сказала Джеку:
— Только не говори со мной о мистике.
— Да ты что, Ребекка!
— Тут должно быть какое-то объяснение.
— Я в этом абсолютно уверен.
— И мы найдем это объяснение.
— Не сомневаюсь.
— И достаточно логичное объяснение.
— Конечно, Ребекка.
4
В это утро у Пенни Доусон случилась крупная неприятность. Школа Уэлтон, частная школа, располагалась в большом, просторном четырехэтажном доме на чистой зеленой улице в тихом, респектабельном районе. Нижний этаж был оборудован для занятий музыкой и спортом. На втором этаже начинались классы — с первого по третий, на третьем — с четвертого по шестой. Кабинеты администрации и студия звукозаписи находились на четвертом этаже.
Пенни училась в шестом классе, на третьем этаже. Именно в переполненной, гудящей раздевалке третьего этажа и случилась неприятность.
Перед началом первого урока в раздевалке было полным-полно детей, стаскивающих с себя теплые куртки, тяжелые ботинки и прочую зимнюю одежду.
Снег обещали где-то к полудню, и все были одеты соответственно.
Первый снег в году! Для городских детей он всегда был торжественным событием. Предвкушение этого праздника подняло всем настроение. В раздевалке слышались смех, визг, звуки потасовок, восторг по поводу того, как много снега может выпасть. Кто-то о чем-то таинственно перешептывался, ронял на пол учебники, стучал металлическими коробками с завтраком.
Стоя спиной ко всему этому шуму, Пенни стаскивала перчатки и разматывала длинный шерстяной шарф. Она заметила, что дверца ее высокого узкого шкафчика немного погнута внизу и перекошена, как если бы кто-то пытался туда залезть. При ближайшем рассмотрении она заметила, что кодовый замок сломан.
Нахмурившись, Пенни открыла дверцу и... в изумлении отпрыгнула от свалившейся к ее ногам горы бумаг. Она всегда складывала вещи в своем шкафчике очень аккуратно, теперь же все было сбито в одну большую кучу. Хуже того, все ее книги были разорваны, страницы изрезаны, а некоторые — смяты.
Желтый линованный блокнот был разодран на мелкие клочки. Все карандаши разломаны.
Карманный калькулятор разбит вдребезги.
Те, кто стоял рядом, увидев эту печальную картину, сразу же притихли и выжидательно смотрели на Пенни.
Пенни присела и, раздвинув кое-какие мелкие вещи, заполнявшие нижнее отделение ящика, высвободила футляр с кларнетом. Она не взяла инструмент домой, так как у нее не оставалось времени для музицирования. Застежки на футляре были подозрительно погнуты. Пенни боялась заглянуть внутрь. Салли Резер, лучшая подружка Пенни, подошла к ней.
— Что случилось, Пенни?
— Откуда мне знать?
— Это не ты сделала?
— Конечно, нет. Я... я боюсь, что мой кларнет сломан.
— Кто же это? Настоящее свинство!
Крис Хоу, мальчик из шестого класса, который все время дурачился и иногда бывал просто несносным, но иногда бывал и хорошим, потому что немного походил на Скотти Байо, присел рядом с Пенни, судя по всему, пока он не видел здесь ничего необычного.
— Боже, Доусон, я и не знал, что ты у нас такая неряха!
Салли вмешалась:
— Да это не она...
Но Крис перебил ее:
— Я готов поспорить, что у тебя там целая куча противных тараканов.
Салли закричала:
— Чтоб у тебя язык отсох, Крис!
Крис удивленно посмотрел на Салли, эту рыженькую, маленькую и тихую девчонку, всегда мягкую и спокойную. Правда, когда дело доходило до защиты друзей, Салли становилась настоящим тигром. Крис зыркнул глазами и угрожающе спросил:
— Что ты сказала?
— Иди в туалет, засунь голову в унитаз и дважды нажми на спуск. Нам и без твоих идиотских шуток тошно. Кто-то разворотил шкаф Пенни. И это совсем не смешно.
Крис посмотрел повнимательнее.
— А, ну да, я просто сначала не понял, что произошло на самом деле.
Извини, Пенни.
Пенни боязливо открыла футляр для кларнета. Инструмент был разломан пополам. Салли положила руку на плечо Пенни.
— Кто это сделал? — спросил Крис.
— Мы не знаем, — ответила Салли. Пенни уставилась на кларнет. Ей хотелось плакать, но не из-за потери инструмента, хотя, конечно, и это было ужасно. Ей было горько оттого, что в самом разбое крылось предупреждение о том. что она — нежелательный человек в школе.