Читаем Сослуживцы полностью

Новосельцев(пересекает кабинет, подходит к столу, берет с него лист бумаги, достает из кармана ручку, присаживается, чтобы писать). Не так трудно написать его еще раз!

Калугина. Ваше новое заявление постигнет та же участь.

Новосельцев. А я напишу в третий раз!

Калугина. А я его опять порву!

Новосельцев. Я все равно ухожу. Не хочу работать под вашим началом и не буду!

Калугина. Будете, товарищ Новосельцев! Я вас не отпускаю: вы – незаменимый работник!

Новосельцев. Незаменимых у нас нет. Найдете вместо меня другого, более порядочного, честного, который никогда не врет!

Калугина. Вы тоже отыщете себе начальницу покрасивее и помоложе!

Новосельцев(в запале). Конечно, найду. Это теперь не проблема!

Калугина(возмущенно). Вы каждый раз врываетесь сюда, чтобы меня оскорблять!

Новосельцев. Я сюда не врываюсь. Это вы меня все время вызываете, работать не даете!

Калугина. Ну и уходите отсюда, никто вас не задерживает!

Новосельцев. Нет, задерживают. Вы, товарищ Калугина! Не подписываете мое заявление. Я расчет не могу взять.

Калугина(стиснув зубы). Пишите. Я завизирую!

Новосельцев пишет.

Пишите, пишите! С удовольствием от вас избавлюсь!

Новосельцев. Я уже написал! (Передает заявление.)

Калугина. Я надеюсь, что вы не пострадаете материально и билеты в цирк не пропадут?

Новосельцев. Не волнуйтесь, я их загоню по спекулятивной цене.

Калугина(просматривая заявление). Составлено неправильно. Здесь не указана причина ухода. Любая ревизия обнаружит, что я отпустила ценного работника безо всяких оснований! (Рвет заявление.)

Новосельцев(вне себя). Хорошо, пожалуйста, все равно я не уступлю! (Берет новый лист бумаги, пишет.)

Калугина. Медленно пишете! Мне надоело ждать! У меня тысяча дел!

Новосельцев. Я уже написал. (Отдает заявление.)

Калугина(просматривает заявление и меняется в лице). Значит… вы уходите потому… (читает вслух) «что директор нашего учреждения товарищ Калугина – самодур!».

Новосельцев. Именно поэтому!

Калугина(тихо). Какой ты чуткий, внимательный, тонкий и душевный человек!

Новосельцев(тоже тихо). Перестань наконец надо мной издеваться.

Калугина. Ты так красиво и оригинально ухаживаешь! Ты – настоящий современный мужчина!

Новосельцев(в ярости). Как ты смеешь меня так обзывать! (Встает, отшвыривает стул.)

Калугина тоже встает и молча швыряет другой стул. Гневно смотрят друг на друга.

Калугина. Какой ты милый и обаятельный!

Новосельцев. Думаешь, если ты директорша, то тебе все дозволено, можешь топтать и хамить! Мымра!

Калугина в бешенстве выскакивает из-за стола и вцепляется в Новосельцева.

Ах, ты еще и драться!

Калугина. Я тебе ни за что не прощу! Я тебя ненавижу! Я тебя покалечу!

Новосельцев. Я не позволю себя бить, и я не позволю себя калечить! (Целует ее.)

Дверь в кабинет отворяется, и входит Шура. Калугина и Новосельцев испуганно отпрянули друг от друга.

Калугина(смущенно). Что вам надо? Почему вы вечно входите без стука?

Шура(ошеломлена увиденным). С вас по рублю! У Аллы Федосеевой прибавление семейства.

Новосельцев. Цены растут! Когда родила Маша Селезнева, собирали всего по пятьдесят копеек!

Шура. Ну у Федосеевой ведь двойня! Вносите деньги и распишитесь!

Калугина(внося деньги). Товарищ Новосельцев, идите и руководите наконец вашим отделом!

Новосельцев(внося деньги). Я не могу стать начальником отдела. Все будут говорить, что ты продвигаешь мужа!

Шура(мгновенно оценив обстановку). Вносите еще по пятьдесят копеек!

Новосельцев. Это еще для чего?

Шура. На свадебный подарок от коллектива!

Калугина(сразу не сообразив). Кому подарок?

Шура. Как кому? Вам обоим! Вносите деньги и распишитесь!

Занавес

Перейти на страницу:

Все книги серии Библиотека драматургии Агентства ФТМ

Спичечная фабрика
Спичечная фабрика

Основанная на четырех реальных уголовных делах, эта пьеса представляет нам взгляд на контекст преступлений в провинции. Персонажи не бандиты и, зачастую, вполне себе типичны. Если мы их не встречали, то легко можем их представить. И мотивации их крайне просты и понятны. Здесь искорёженный войной афганец, не справившийся с посттравматическим синдромом; там молодые девицы, у которых есть своя система жизни, венцом которой является поход на дискотеку в пятницу… Герои всех четырёх историй приходят к преступлению как-то очень легко, можно сказать бытово и невзначай. Но каждый раз остаётся большим вопросом, что больше толкнуло их на этот ужасный шаг – личная порочность, сидевшая в них изначально, либо же окружение и те условия, в которых им приходилось существовать.

Ульяна Борисовна Гицарева

Драматургия / Стихи и поэзия

Похожие книги

Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»
Юрий Олеша и Всеволод Мейерхольд в работе над спектаклем «Список благодеяний»

Работа над пьесой и спектаклем «Список благодеяний» Ю. Олеши и Вс. Мейерхольда пришлась на годы «великого перелома» (1929–1931). В книге рассказана история замысла Олеши и многочисленные цензурные приключения вещи, в результате которых смысл пьесы существенно изменился. Важнейшую часть книги составляют обнаруженные в архиве Олеши черновые варианты и ранняя редакция «Списка» (первоначально «Исповедь»), а также уникальные материалы архива Мейерхольда, дающие возможность оценить новаторство его режиссерской технологии. Публикуются также стенограммы общественных диспутов вокруг «Списка благодеяний», накал которых сравним со спорами в связи с «Днями Турбиных» М. А. Булгакова во МХАТе. Совместная работа двух замечательных художников позволяет автору коснуться ряда центральных мировоззренческих вопросов российской интеллигенции на рубеже эпох.

Виолетта Владимировна Гудкова

Драматургия / Критика / Научная литература / Стихи и поэзия / Документальное