Нашлось искомое достаточно быстро. Чёрное древко торчало ровно из середины практически круглого металлического шара, еще недавно бывшего шедевром отечественного автопрома. Теперь осталось только решиться снова сунуться в огонь. Боли от ожогов, конечно не было, да и подкожная броня вроде бы никак не страдала от высокой температуры, но при прикосновении к открытому пламени возникало просто неописуемо мерзопакостное чувство. Наверное, Йормат специально оставил его для меня в качестве предупреждения, что огонь — это наша ахиллесова пята, и лучше бы держаться от него подальше.
Тяжело вздохнув я наконец наклонился вперед и принялся тянуть оружие на себя, поддаваться оно не хотело, видимо, зацепилось за что-то внутри этого месива. Поэтому пришлось хорошо постараться, чтобы наконец выдернуть чёртов черный дрын, на свет божий.
А затем снова пришлось сигать в сугроб, чтобы охладить и себя и оружие до нормальной температуры.
Пока сидел по шею в быстро тающем снегу, я смог наконец то как следует осмотреть место, в которое приехал. Обычный в общем то двор, окруженный четырьмя пятиэтажными домами очень старой застройки. Насквозь проржавевшая горка непонятного цвета, сугробы высотой под два метра, заваленная снегом проезжая часть и полное отсутствие каких-либо машин. Даже несмотря на поднятый мной шум и зарево пожара, из пустых окон покосившихся, покрытых множеством трещин зданий не высунулась ни одна голова.
Вроде я слышал про этот район, застроенный ещё в самом начале существования союза, к нынешнему моменту практически все постройки в нём были признаны аварийными. Остатки жильцов из них расселили, ну а сами дома так и остались медленно разрушаться под гнетом времени. Земля была никому не нужна, поскольку зданий в медленно умирающем городе и так было больше чем нужно жителям, а снос стоил денег.
Да уж неплохое место для ловушки выбрал неизвестный похититель. К слову об этом. Я достал из кармана, насквозь мокрых штанов, смартфон Мцвади. Весь его экран был покрыт трещинами, аккумулятор вздулся, а задняя крышка и вовсе расплавилась, залив всю начинку пластиком. На мои попытки реанимации устройство не реагировало. Ну вот, теперь точно всё замечательно, потому что хуже уже быть не может.
Вдруг похититель, обозлившись что я не выхожу на связь, убьёт Соню?
— Чёрт! Чёрт! Чёрт! — эмоции, подавленные тонной адреналина полученной в горящей машине, снова начали прорываться наружу, на корню уничтожая все попытки рационального мышления — Чё делать-то теперь?
— Так стоп. — Я сделал несколько глубоких вдохов и выдохов, подавляя начавшуюся панику — Истерика мне точно не поможет. Я приехал куда надо?
— Приехал.
— О том, что уже на месте сообщил?
— Да, въебавшись в стену, на доме аж новая трещина в ладонь шириной появилась. Хотя возможно это от моего ”прыжка” который машину аж на два метра назад отодвинул.
— Значит, всё в порядке, насколько вообще может быть в порядке жертва экспериментов больного на всю голову небога маньяка, у которой похитили единственную сестру и которая уже даже начала разговаривать сама с собой.
— Ага Данила. Хихи. Ты прямо в точку.
— И не говори. Так. Стоп. Что? — я принялся вертеть головой во все стороны, поскольку последний ответ был произнесен хоть и очень знакомым, но точно не моим голосом — Где ты? Покажись!
— Дом, справа от тебя, второй подъезд, третий этаж. Иди по земле и медленно. Иначе я отрежу Сонечке, парочку глазок. Хи-хи.
Снова раздался откуда-то справа тот же самый, слегка искажённый помехами высокий голос, явно принадлежащий молодой девушке. Приглядевшись, я смог заметить его источник — радиоприемник, стоящий на покосившейся лавочке у первого от въезда во двор подъезда.
— Иду. — От слов неизвестной на душе стало одновременно и легче, и тяжелее. Ведь судя по её словам, сестра жива, но похититель готов без раздумий это исправить.
Глава 31
Выход есть всегда, ведь на окнах многоэтажек нет замков.
С трудом пройдя через двор, заваленный снегом чуть ли не по пояс, я зашел в обшарпанный подъезд. На узкой лестнице воняло, пылью и чем-то непонятным, но чертовски отвратительным. Весь пол засыпан, различными целыми и не очень бутылками, упаковками, пакетами и использованными шприцами. Стоит ли говорить, что в других обстоятельствах я бы в подобное место и за бабки не сунулся. Особенно босиком, кроссовки не пережили недавней аварии, поэтому будем надеяться, что заражение, какой-нибудь гадостью мне не грозит. Очень уж не хочется узнать каково это когда: “В вене шарит конский волос.”