Читаем "Спартак". ЦСКА. "Зенит". "Анжи". Кто умрет первым? полностью

Некрасивая история приключилась в 25 туре российского чемпионата. «Зенит» готовился к домашнему матчу с переживавшей не лучшие времена «Томью». И вдруг как гром среди ясного неба прозвучал запрет на участие в матче Максима Канунникова и Евгения Старикова. Они оба – игроки «Зенита», отданные в аренду «Томи». В принципе ничего странного в запрете на игру против «своего» клуба нет. И такая опция довольно часто в контрактах не только предусматривается, но и активируется. Сам по себе факт такого запрета никого удивлять не должен. И не должно возникать словоблудий и спекуляций на эту тему. Но тут ведь важна предыстория. Важен контекст.

В первом круге «Зенит» великодушно разрешил обоим сыграть. Причем Лучано Спаллетти даже разразился на эту тему пространным комментарием:

– Если мы решили отпустить молодых футболистов в другой клуб, чтобы они получили игровую практику, нужно быть последовательными. Было бы ошибкой запрещать отпущенным в аренду играть против «Зенита». Особенно молодым ребятам.

С учетом того, что эти слова произносились не до игры, а после (а «Зенит» в том матче сенсационно проиграл 1:2, и в обеих голевых атаках поучаствовали как раз Канунников и Стариков), многим наблюдателям это так приглянулось, что питерскую команду было предложено чуть ли не в эту же минуту выдвинуть на номинацию fair play.

Удивительно, но спустя четыре месяца, когда и «Томь» вряд ли готова повторить прежние подвиги, и «Зенит» вышел на первое место, Канунникову и Старикову не дали возможность что-то доказать Спаллетти на «Петровском». В отсутствие этой парочки «Томь» бесславно проиграла 0:4, а над «Петровским» вновь витал неприятный запашок – элементарной трусости и непоследовательности. Неужто кипрский «АПОЭЛ», переигравший питерцев полутора неделями ранее, их так напугал?

По-настоящему успешных матчей «Зенита» немного. По пальцам пересчитать. Домашний матч Лиги чемпионов с португальским «Порту» – из их числа. Именно в том победном матче «Зенит» показал, что даже против суперклубов из Европы (а то, что «Порту» с его убедительной победой в Лиге Европы-2011 к таковым относится, сомнений, собственно, нет) можно играть. Играть уверенно, играть на победу. Да, не все идет как по маслу, не рассыпается соперник, не разбивается вдребезги от «зенитовских» атак, да, даже выходит вперед в дебюте матча. Но ведь временами умудряется «Зенит» играть так, как на моей памяти играло разве что киевское «Динамо» 80-х, то самое – времен легендарного Валерия Лобановского. Потому что если мяч потерян у штрафной площади соперника, то не бегут назад сломя голову, а вступают в жесточайший прессинг. Вдвоем-втроем кидаются на отбор мяча. Да, сил для этого нужно намного больше, да, на всю игру такого темпа не хватает. Но ведь и того, что хватает – вполне достаточно и для полбеды, и для глубочайшей радости в среде болельщиков. Я много мог выпускать стрел критики по ходу сезона в адрес питерского клуба, но в тот момент, когда смотрел на излете сентября на матч «Зенит» – «Порту», просто глядел на телеэкран и не мог оторваться. Тут был и бешеный драйв, и скорости, с которыми защитники противника просто не могли справиться. И даже сетований на не всегда справедливые решения арбитра (отмененный чистый гол Кержакова, засчитанный сомнительный гол португальца Родригеса) наблюдалось меньше обычного. Снова вставали – и снова бились.

Отчего такая игра не столь часто встречается на наших просторах? Да все потому, что против кого ее показывать? Можно чуть ли не во сне провести полсезона, а потом, очнувшись, обнаружить себя в группе лидеров российского чемпионата. А как известно, то, чем не пользуешься, постепенно атрофируется. И тогда нелепо задавать вопрос: почему так играть не получается не только в российский уик-энд, но и во время европейских вторника-среды? Не возникает, увы, инерции. Нет привычки так играть и так выкладываться в каждом матче.

А ведь великим актер становится не тогда, когда прекрасно сыграет в одном фильме или выйдет на театральные подмостки в одном-единственном спектакле. Главное – выходить ежедневно. И ежедневно играть так, чтобы холодок бежал по коже у каждого в зрительном зале. Выйти сегодня сыграть убедительно, а завтра посредственно нельзя. Если ты, конечно, настоящий актер. Нельзя ссылаться на простуду, температуру. Если ты вышел на сцену – играй. Умирай, но играй. В принципе то же можно сказать много о ком – о представителях любых профессий, работающих с людьми. Учитель не может сегодня провести гениальный урок, а потом неделю заставлять тупо переписывать учебник. Врач не может сегодня провести сложнейшую операцию, а завтра с десяток больных на тот свет отправить. Но почему в футболе так относиться к своей работе можно? Причем за немаленькую зарплату! Вот этого я, как ни бьюсь, не понимаю…

Перейти на страницу:

Похожие книги

Основание Рима
Основание Рима

Настоящая книга является существенной переработкой первого издания. Она продолжает книгу авторов «Царь Славян», в которой была вычислена датировка Рождества Христова 1152 годом н. э. и реконструированы события XII века. В данной книге реконструируются последующие события конца XII–XIII века. Книга очень важна для понимания истории в целом. Обнаруженная ранее авторами тесная связь между историей христианства и историей Руси еще более углубляется. Оказывается, русская история тесно переплеталась с историей Крестовых Походов и «античной» Троянской войны. Становятся понятными утверждения русских историков XVII века (например, князя М.М. Щербатова), что русские участвовали в «античных» событиях эпохи Троянской войны.Рассказывается, в частности, о знаменитых героях древней истории, живших, как оказывается, в XII–XIII веках н. э. Великий князь Святослав. Великая княгиня Ольга. «Античный» Ахиллес — герой Троянской войны. Апостол Павел, имеющий, как оказалось, прямое отношение к Крестовым Походам XII–XIII веков. Герои германо-скандинавского эпоса — Зигфрид и валькирия Брюнхильда. Бог Один, Нибелунги. «Античный» Эней, основывающий Римское царство, и его потомки — Ромул и Рем. Варяг Рюрик, он же Эней, призванный княжить на Русь, и основавший Российское царство. Авторы объясняют знаменитую легенду о призвании Варягов.Книга рассчитана на широкие круги читателей, интересующихся новой хронологией и восстановлением правильной истории.

Анатолий Тимофеевич Фоменко , Глеб Владимирович Носовский

Публицистика / Альтернативные науки и научные теории / История / Образование и наука / Документальное
10 мифов о России
10 мифов о России

Сто лет назад была на белом свете такая страна, Российская империя. Страна, о которой мы знаем очень мало, а то, что знаем, — по большей части неверно. Долгие годы подлинная история России намеренно искажалась и очернялась. Нам рассказывали мифы о «страшном третьем отделении» и «огромной неповоротливой бюрократии», о «забитом русском мужике», который каким-то образом умудрялся «кормить Европу», не отрываясь от «беспробудного русского пьянства», о «вековом русском рабстве», «русском воровстве» и «русской лени», о страшной «тюрьме народов», в которой если и было что-то хорошее, то исключительно «вопреки»...Лучшее оружие против мифов — правда. И в этой книге читатель найдет правду о великой стране своих предков — Российской империи.

Александр Азизович Музафаров

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
Дальний остров
Дальний остров

Джонатан Франзен — популярный американский писатель, автор многочисленных книг и эссе. Его роман «Поправки» (2001) имел невероятный успех и завоевал национальную литературную премию «National Book Award» и награду «James Tait Black Memorial Prize». В 2002 году Франзен номинировался на Пулитцеровскую премию. Второй бестселлер Франзена «Свобода» (2011) критики почти единогласно провозгласили первым большим романом XXI века, достойным ответом литературы на вызов 11 сентября и возвращением надежды на то, что жанр романа не умер. Значительное место в творчестве писателя занимают также эссе и мемуары. В книге «Дальний остров» представлены очерки, опубликованные Франзеном в период 2002–2011 гг. Эти тексты — своего рода апология чтения, размышления автора о месте литературы среди ценностей современного общества, а также яркие воспоминания детства и юности.

Джонатан Франзен

Публицистика / Критика / Документальное