— Никто. И хватит об этом! Давай лучше выпьем за… за то, чтобы до приезда мамочки ни один дракон не
пострадал.
Бокалы соединились со звоном. Нет, Ник прав. Надо брать ситуацию под контроль, а себя — в лапы. И пусть
эта Охотница покажется! Водяная? Значит, утоплю. Будет всю жизнь в виде какой-нибудь выдры в зоопарке сидеть.
А я — туда экскурсии из дракончиков водить и пальцем на неё показывать.
Ник ушел ближе к утру. Хорошо все-таки, когда у тебя есть друзья. И на сердце сразу стало спокойнее —
появилась уверенность, что рано или поздно я докопаюсь до истины. А еще радовало, что Дана дала ему от ворот
поворот. Я тоже начинал сомневаться в том, что именно она — Охотница. Только проверять надо все варианты.
Кстати, о проверках. Я же хотел взглянуть на папку, которую так просил Тодд! Пока он болеет, лучше сам
займусь всеми делами. Вернулся к рабочему столу, отыскал в бедламе нужную зеленую папку. Так, что тут у нас?
Вытащил целую пачку документов. Пробежал по ним глазами — и сам себе не поверил. Пробежал еще раз.
Нет, только не Тодд! Как мой брат мог оказаться… вором? Но против фактов не попрешь. В папке лежали
документы на переводы. Тодд переводил мои деньги на теневые счета, по чуть-чуть, чтобы не заметил. Но я
заметил! И не собирался этого так просто оставлять. Вот они, мои пропажи. Вот кто решил пошатнуть
благополучие Драконьих далей. Я едва не взвыл. И это – мой родной брат!
Схватил папку в руки, уже покрывшиеся черными чешуйками, и ринулся прочь, к спальне братца. Влетел
внутрь без стука — Тодд ползал по полу, стараясь поймать отвратительную лягушку. Увидел меня, радостно забил
хвостом. Затем заметил папку, и его радости поубавилось.
— Что. Это. Такое? — отчеканил я, тыча папку ему под нос.
— Ти… Тим… — почти членораздельно выдал ящер.
— Да, я — Тим. А ты — мерзавец и вор! Как ты мог? Драконьи дали — наше общее детище. Мы же тут
каждый кирпич знаем, каждый угол. Мы себя отдали этому курорту! Как ты мог, я тебя спрашиваю?
Тодд понял, что дела плохи, и упал на спину лапами вверх. Считает, что подумаю, будто он издох, и уйду? Не
тут-то было! На спине долго не пролежит, гребень мешает. А я постою, подожду. Вот только дракон жаждал
разобраться с негодяем. Одежда затрещала по швам.
— Тим… — заблеял Тодд, чувствуя, что запахло костром.
Я и сам знал, что дракона сейчас выпускать нельзя, и делал все, чтобы он оставался под контролем. Но папка!
— Может, и Охотницу ты нанял, чтобы меня убить? — кольнула догадка, и я склонился над братом. — Что
может быть проще? Я мертв, Дали твои. Ничего, Тодд, завтра мама привезет лекаря, и ты заговоришь. И ей-то уж
скажешь правду! Что её любимый младшенький сынок оказался вором и убийцей.
Ящер тихо застонал, из маленьких глазок покатились крокодильи слезы. Может, и не ящер он вовсе, а
крокодил? Видит жертву и плачет, перед тем, как съесть?
— Слушай меня, образина. Ты под домашним арестом. Высунешь свой хвост за порог, и я превращу тебя в
подушечку для иголок. Понял?
Тодд заскулил и забил хвостом, а я пошел к двери. Вызвал охрану и приказал глаз с номера не спускать. Только
пусть дернется! Пущу на корм! Но каков подлец? Так легко улыбаться мне в глаза, есть за одним столом… Неужели
и правда Охотницу нанял Тодд? Эта мысль не давала покоя, заставляла лезть на стенку. Каким бы дураком он ни
был, а все-таки брат! Я вернулся в комнату. Близился рассвет. Надо хоть немного поспать, а утром я со всеми
разберусь: и с Тоддом, и с Арбузовой, и с детективом Эросом, от которого нет толку. И с Даной Дмитреску –
обязательно! Но это утром… А сейчас надо успокоиться и спать.
ГЛАВА 25
Дана Дмитреску
После всех конкурсов, приседаний и вокальных упражнений я была выжата, словно лимон. Ник проводил меня
до номера, намекал на какую-то ночь любви, пытался поцеловать, но мне было не до него. Пообещала актеру ужин
и захлопнула перед носом дверь номера. Я все вспоминала, что же меня так смутило. Нет, даже не смутило, а
напрягло. Обессиленно плюхнулась на кровать и прикрыла глаза, прокручивая в голове события вечера. Вот лорд
Драконов сидит за столом, а Леля вьется вокруг него плющом. Но лорд-дракон на нее не реагирует. Как по мне, запах у певички был все тот же — затхлой травы. Мой нюх едва выдерживал. Но это я, а для окружающих
Арбузова, видимо, пахла, словно роза. Мужчины кружили как пчелы, не замечая странный аромат. Все, за
исключением Ники. Этот лис наверняка тоже что-то почуял. Странно, но на Драконова сегодня ее запах не
подействовал. Вспомнила! Когда Леля отбивала чечетку, а я стояла на сцене с другими конкурсантками — бросила
взгляд на Драконова. В этот момент хозяин курорта прикрыл нос ладонью и сделал вид, что чихнул, а сам закапал в
нос лекарство из малюсенького флакончика. Со сцены особо не разглядеть, но я глазастая — работа такая. И, кстати, бобер тоже заметил, нахмурился. Потом наступила моя очередь танцевать, и мне уже было не до Драконова.
Я вспомнила юность в полицейской звероакадемии, как мы отрывались на вечеринках после учебы. И никто не