— Ммм, — не сдержала она стон блаженства, в ответ за забором послышалось странное покашливание. Смутившись, Селина торопливо добавила, — Жаль, нет мыла.
— Должно быть, Милош говорил, рядом лежит.
Селина осмотрелась. Ничего. Она обошла чан, ведя рукой по ободку, вдруг удастся нащупать.
Удалось, только не рукой, а ногой. Что-то скользкое подвернулось под пятку. Девушка плюхнулась, в этот раз ради разнообразия на здоровое колено.
— …!
— Что-то случилось? — встревожился брат Йован.
— Я мыло… нашла.
Селина услышала его смешок и улыбнулась.
Небольшой кусок мыла белел у самого забора. Хорошо, что дальше не улетел. В деревне ощущалась острая нехватка дерева, как строительного материала поэтому местные умельцы доски прибили так, что они не доставали до земли примерно на полторы ладони.
Селина потянулась за мылом и вдруг увидела чьи-то сапоги. Она уже собиралась высказать этому не очень святому брату всё, что о нём думает, но слова застряли внутри. Это не монах, на его сапоги она успела достаточно налюбоваться, чтобы узнать даже в сумерках, «трудно подслушать», значит?
Селина выпрямилась и потянулась за ковшом.
— Брат Йован, как вы думаете, волосы быстро высохнут? — неестественно громко поинтересовалась она, зачерпывая воды.
— Вообще-то я не знаток, — растерянно буркнул монах. — Вам лучше знать.
— А я не о себе, — мстительно прошипела Селина и перевалила ковш через забор.
Там кто-то сдавленно хрюкнул.
— Держи его! — тут же взвизгнула она.
За дальнейшими событиями девушка могла следить только на слух. Вот скрипнула кожа сапог, зашуршали мелкие камни под подошвами бегущих. Что-то тяжёлое упало на землю, завозилось, тяжело сопя на два голоса. Глухой удар и сдавленный стон, в последнем послышались знакомые нотки. Не в силах ждать в неизвестности, Селина кое-как завернулась в широкое полотенце и выскочила на улицу.
На светлых камнях двора темнело неподвижное пятно. Не раздумывая, девушка бросилась туда. Пятно охнуло и уселось.
— Вы в порядке?
— А вы? — проворчало оно голосом брата Йована, явно имея в виду нефизическое здоровье. — Чего выскочила, вдруг их было бы несколько? Я и сам бы справился…
— Я вижу, — вздохнула Селина, помогая ему встать на ноги.
— Вместо того чтобы ногами сверкать, — полотенце действительно больше открывало, чем прятало, Селина непроизвольно потянула край вниз и чуть не обнажила верх. Поймав ткань в самый последний момент, девушка украдкой глянула на монаха, тот конфуза не заметил, продолжая ворчать, — и вести себя как мужчина… — Селина насупилась, в этот раз сравнение её с мужчиной, почему-то задело сильнее, чем в пещере. — Вам нужно было просто подать мне какой-нибудь знак!
Действительно могла бы как-нибудь намекнуть, но с другой стороны, а вдруг злодей понял бы намёк раньше брата Йована? Впрочем, озвучить эту мысль Селина не решилась.
— У него волосы мокрые, может…
— Вы предлагаете всех местных вызвать к трактиру и на ощупь найти этого?
Селина не ответила, поняв, что сказала глупость.
Они уже почти доковыляли до забора, когда она не выдержала:
— Так как же тогда нам узнать, кто это был?
— Принесите лампу, — попросил он, со стоном привалившись к доскам.
Селина метнулась за ограду.
— Посветите, — он протянул руку. Прозрачный луч выхватил кусок расшитого ворота, лежащего на его ладони. — Не знаю, может, так удастся найти его…
Селина как заворожённая смотрела на знакомую вышивку, ту самую, что украшала рубашку Лойзо.
***
— Нет, — отмахнулся монах. — Ну, скажет он, что просто хотел на девку красивую посмотреть.
Щекам стало жарко, хорошо в свете луны не видно. Чем было вызвано смущение, определить толком Селина не могла: или потому что за ней недавно подсматривал один мужчина, или потому что другой назвал красивой.
Селина с братом Йованом после того как привели в себя в порядок, остались во дворе. Пристроившись на всё ещё тёплом камне, они тихо переговаривались в таинственном полумраке. Не видя его лица, а, только слыша приглушённый, с лёгкой хрипотцой голос, Селина испытывала странное и ничем необъяснимое томление. Казалось, ещё немного и, наконец, раскроется тайна, непременно загадочная и волнующая. Селина встряхнулась, не о том она думает.
— Эх, жаль, вы его не поймали, есть у меня к нему пара вопросов!
— Поймал, — хмыкнул монах, потирая скулу, явно вспоминая силу деревенского кулака. — Ничего, завтра с ним поговорим. Мне кажется, слишком много странных событий вокруг одного увальня, не находите?
— Нахожу, — вздохнула Селина, всё-таки брат Йован оказался прав, подозрительно относясь к Лойзо, но признать это было трудно. — Во-первых, то, как он нас нашёл на дороге, — начала перечислять она, внутренне ожидая злорадного «а я говорил!».