Виталий откинулся на спинку кресла. Что ж, его предположение, увы, полностью подтвердилось. Восемь имен, пятеро боевых операторов и трое научников. Напротив семи из них — короткое сухое «мертв». Многозначные буквенно-цифровые номера медицинских, служебных или уголовных файлов, вникать в содержимое которых он даже не собирался, просматривая содержимое «по диагонали». Да и какой смысл? Все в принципе ясно и так: никого из участников событий девятнадцатилетней давности, как и ожидалось, уже нет в живых. Кроме, разумеется, некоего Леона Витольдовича Роя. Хотя какой уж он теперь Леон Витольдович? Сейчас он наверняка пребывает совсем в иной ипостаси, и не факт, что
Рогов свернул файл с личными делами и раскрыл следующий информационный пакет. Что ж, могло быть и хуже — в глубине души он, честно говоря, всерьез побаивался, что просто не разберется в предоставленных данных — не ученый, как ни крути, всего лишь «опер»! А так вроде ничего, ребята из научного отдела уже рассортировали записанную на носитель беглеца информацию, за что им большое человеческое спасибо! Как ни странно, данные по истории создания «Хроноса» и его деятельности в предоставленном списке тоже имели место быть (Рогова это, впрочем, особенно не удивило — сам же недавно говорил, отвлекающий маневр). Но куда больше было информации по физике искривленного пространства, технологиям постройки гипердрайва, привязным g-координатам и прочим не слишком понятным оперангу материям. Хорошо, оставим это пока, подробным анализом пусть занимаются те, кому оно по штату положено. А мы пока попробуем немного поразмышлять, не позволяя захлебнуться в бесконечных терабайтах маловразумительных сведений.
Итак, версий, по большому счету, осталось всего две, поскольку в сверхцель по уничтожению «Хроноса» операнг уже почти не верил: прогрессорство с неведомой, чуть ли не альтруистической целью — и способствование вторжению неких гипотетических «Чужих». Данные из присланного пакета, по большому счету, подтверждают обе теории, однако информации по гиперпрыжкам и всему, с ними связанному, все-таки больше. А может, даже и значительно больше.