Читаем Сподвижники де Голля полностью

В ноябре прошли выборы теперь уже в Национальное собрание страны. Сустель решил в них не участвовать, понимая, что не имеет шансов на успех. Во Франции начала свое существование Четвертая республика. А в политической деятельности бывшего молодого министра наступило некоторое затишье. Казалось бы, он мог возобновить этнографические изыскания и продолжить столь успешно продвигавшуюся до войны научную карьеру. Однако этого не произошло. Сустель увлекся другим занятием: он стал писать свои знаменитые мемуары о войне «Вопреки всему», в которых живо и красочно обрисовал деятельность де Голля и его окружения в военные годы. Мемуары выдержали несколько многотиражных изданий и пользовались большой популярностью среди французов. Читать их и сегодня – истинное удовольствие.

Тем временем в начале 1947 года де Голль решил возобновить политическую деятельность. Он пригласил в свое имение Коломбэ-ле-дёз-Эглиз некоторых бывших соратников военных времен, среди которых был и Сустель. Генерал объявил им, что намерен создать объединение, целью которого будет борьба против политических институтов Четвертой республики. По его поручению Сустель и другие верные голлисты совершили ряд многочисленных поездок по Франции. Они оповестили бывших сподвижников Свободной Франции и участников движения Сопротивления о том, что генерал готовит создание нового политического объединения, и попытались подать это событие как повторение призыва 18 июня.

Так весной 1947 года в несколько этапов было провозглашено создание Объединения французского народа (РПФ), своеобразной оппозиционной режиму партии, требующей коренной конституционной реформы. РПФ буквально вихрем ворвалось в политическую жизнь Франции. Объединение развернуло активнейшую пропагандистскую деятельность. Голлисты постоянно организовывали по всей стране митинги и манифестации. РПФ добилось небывалого успеха на муниципальных выборах в октябре 1947 года, собрав около 40 процентов голосов избирателей. В первый год существования РПФ насчитывало в своих рядах почти миллион человек. Возглавлял объединение сам де Голль, он был его председателем. А пост генерального секретаря генерал сразу предложил Сустелю. Таким образом, ученый-этнограф, ближайший соратник де Голля времен войны и Временного правительства, стал фактически вторым лицом в партийной иерархии и одним из главных руководителей голлистского движения периода Четвертой республики. Некоторые друзья Сустеля, которых он знал еще до войны, упрекали его в том, что он принес в жертву свои левые политические убеждения ради удовлетворения амбиций одного человека. Сустель каждый раз отвечал им: «Да. Но какого человека!» Де Голль давно вызывал у него чувство некоего «зачарованного восхищения»[22].

Итак, для Жака Сустеля опять начались интенсивные рабочие будни. Теперь он ежедневно осваивал роль профессионального политика в мирное время. Очевидцы вспоминали, что ему это удавалось хорошо. Пожалуй, главной отличительной чертой РПФ была его авторитарность. Председатель движения осуществлял руководство, сосредоточив в своих руках всю полноту власти. Он формировал в общих чертах стратегию и тактику объединения. А вот их детальной разработкой и «запуском» в жизнь занимался генеральный секретарь. Товарищи Сустеля по РПФ утверждали, что он «с ходу мог предугадать намерения де Голля и с блеском воплотить в жизнь его замыслы»[23]. О конкретной повседневной деятельности генерального секретаря РПФ Сустель поведал сам: «Я работал по двенадцать часов в сутки. Я исколесил всю Францию, чтобы наладить работу местных комитетов, я председательствовал на собраниях, я пытался играть роль арбитра при мелких внутренних ссорах… Но я ко всему привык. Я знал, что нельзя терять самообладания. И хочу признаться, что пользовался полным доверием Генерала»[24]. Добавим к этому, что Сустель также выступал на проходивших раз в год съездах РПФ с основным докладом.

Перейти на страницу:

Похожие книги

100 Великих Феноменов
100 Великих Феноменов

На свете есть немало людей, сильно отличающихся от нас. Чаще всего они обладают даром целительства, реже — предвидения, иногда — теми способностями, объяснить которые наука пока не может, хотя и не отказывается от их изучения. Особая категория людей-феноменов демонстрирует свои сверхъестественные дарования на эстрадных подмостках, цирковых аренах, а теперь и в телемостах, вызывая у публики восторг, восхищение и удивление. Рядовые зрители готовы объявить увиденное волшебством. Отзывы учёных более чем сдержанны — им всё нужно проверить в своих лабораториях.Эта книга повествует о наиболее значительных людях-феноменах, оставивших заметный след в истории сверхъестественного. Тайны их уникальных способностей и возможностей не раскрыты и по сей день.

Николай Николаевич Непомнящий

Биографии и Мемуары
Русская печь
Русская печь

Печное искусство — особый вид народного творчества, имеющий богатые традиции и приемы. «Печь нам мать родная», — говорил русский народ испокон веков. Ведь с ее помощью не только топились деревенские избы и городские усадьбы — в печи готовили пищу, на ней лечились и спали, о ней слагали легенды и сказки.Книга расскажет о том, как устроена обычная или усовершенствованная русская печь и из каких основных частей она состоит, как самому изготовить материалы для кладки и сложить печь, как сушить ее и декорировать, заготовлять дрова и разводить огонь, готовить в ней пищу и печь хлеб, коптить рыбу и обжигать глиняные изделия.Если вы хотите своими руками сложить печь в загородном доме или на даче, подробное описание устройства и кладки подскажет, как это сделать правильно, а масса прекрасных иллюстраций поможет представить все воочию.

Владимир Арсентьевич Ситников , Геннадий Федотов , Геннадий Яковлевич Федотов

Биографии и Мемуары / Хобби и ремесла / Проза для детей / Дом и досуг / Документальное
Клуб банкиров
Клуб банкиров

Дэвид Рокфеллер — один из крупнейших политических и финансовых деятелей XX века, известный американский банкир, глава дома Рокфеллеров. Внук нефтяного магната и первого в истории миллиардера Джона Д. Рокфеллера, основателя Стандарт Ойл.Рокфеллер известен как один из первых и наиболее влиятельных идеологов глобализации и неоконсерватизма, основатель знаменитого Бильдербергского клуба. На одном из заседаний Бильдербергского клуба он сказал: «В наше время мир готов шагать в сторону мирового правительства. Наднациональный суверенитет интеллектуальной элиты и мировых банкиров, несомненно, предпочтительнее национального самоопределения, практиковавшегося в былые столетия».В своей книге Д. Рокфеллер рассказывает, как создавался этот «суверенитет интеллектуальной элиты и мировых банкиров», как распространялось влияние финансовой олигархии в мире: в Европе, в Азии, в Африке и Латинской Америке. Особое внимание уделяется проникновению мировых банков в Россию, которое началось еще в брежневскую эпоху; приводятся тексты секретных переговоров Д. Рокфеллера с Брежневым, Косыгиным и другими советскими лидерами.

Дэвид Рокфеллер

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука / Документальное
50 знаменитых царственных династий
50 знаменитых царственных династий

«Монархия — это тихий океан, а демократия — бурное море…» Так представлял монархическую форму правления французский писатель XVIII века Жозеф Саньяль-Дюбе.Так ли это? Всегда ли монархия может служить для народа гарантией мира, покоя, благополучия и политической стабильности? Ответ на этот вопрос читатель сможет найти на страницах этой книги, которая рассказывает о самых знаменитых в мире династиях, правивших в разные эпохи: от древнейших египетских династий и династий Вавилона, средневековых династий Меровингов, Чингизидов, Сумэраги, Каролингов, Рюриковичей, Плантагенетов до сравнительно молодых — Бонапартов и Бернадотов. Представлены здесь также и ныне правящие династии Великобритании, Испании, Бельгии, Швеции и др.Помимо общей характеристики каждой династии, авторы старались более подробно остановиться на жизни и деятельности наиболее выдающихся ее представителей.

Валентина Марковна Скляренко , Мария Александровна Панкова , Наталья Игоревна Вологжина , Яна Александровна Батий

Биографии и Мемуары / История / Политика / Образование и наука / Документальное