Читаем Спутанные параллели (СИ) полностью

- Череп, ну, подумаешь, одного маменькиного сыночка оставил без обеда, - схлопотав от зеленоволосого панка увесистую затрещину, Всадник благоразумно попятился назад. - Эка невидаль... Сам ведь не так давно подобным образом промышлял!

- Ага, ровно до того момента, как Никита Олегович меня от тюряги спас, - презрительно выплюнул Савочкин, снова наступая на товарища. - Артём, последний раз предупреждаю: ещё одна такая выходка и мы с тобой окажемся по разные стороны баррикад!

Изумлённо вытаращившись на Черепа из положения "Сидеть!" (даже не предполагала, что в Вороне запрятано такое количество не излитой любви к ближнему своему), лишь удивленно рот открыла, не в силах выдавить из себя ни звука. Вместо меня коридор огласила истошным воплем госпожа Шпак, явившаяся на панковскую разборку собственной персоной.

Она неслась по школьному коридору, что ледокол "Арктика", и все, кто не успевал отпрыгнуть в сторону или вжаться в стену, рисковали быть затоптанными преподавательницей русского языка и литературы.

- Немедленно прекратите драку! - громко верещала Ирина Петровна, приближаясь к нам с невероятной для своего тучного тела скоростью. - Прекратите, кому гово... - Тут её взгляд споткнулся о мою скромную персону, восседающую на полу, и неприятные серо-голубые глазки женщины налились кровью. - Ну, конечно, Радуга, без тебя тут не обошлось!

Справедливо рассудив, что на выпад женщины можно не реагировать, лишь невнятно пожала плечами, мол, понимайте, как хотите. Ирина Петровна понимать ничего не хотела, она мечтала найти виновных в школьном беспорядке, и она таки нашла такого человека... И им стала почему-то я!

- Радуга, поднимайся и следуй за мной к директору! - даже находясь на расстоянии трёхсот метров, я кожей ощущала злорадство, изливаемое русичкой на несчастную меня. - Думаю, Олег Витальевич с радостью подпишет приказ о твоём отчислении!

- Знаете, уважаемая Ирина Петровна, ещё нужно доказать, что драку затеяла я, - без мыла полезла в бутылку, задетая до глубины души неприязненным отношением Шпак ко мне.

- Идиотка, - рядом со мной приземлился Череп, старающийся не попадаться на глаза обозлённой преподше. - Двигаем отсюда! - и он с такой силой дёрнул меня на себя, что удивительно, как руку мне не вывихнул.

- О, да тут и Савочкин, - проявила остроту зрения женщина, заметив моего новоявленного друга. - И по тебе приказ об отчислении уже сколько месяцев плачет!

Перейти на страницу:

Похожие книги

1. Щит и меч. Книга первая
1. Щит и меч. Книга первая

В канун Отечественной войны советский разведчик Александр Белов пересекает не только географическую границу между двумя странами, но и тот незримый рубеж, который отделял мир социализма от фашистской Третьей империи. Советский человек должен был стать немцем Иоганном Вайсом. И не простым немцем. По долгу службы Белову пришлось принять облик врага своей родины, и образ жизни его и образ его мыслей внешне ничем уже не должны были отличаться от образа жизни и от морали мелких и крупных хищников гитлеровского рейха. Это было тяжким испытанием для Александра Белова, но с испытанием этим он сумел справиться, и в своем продвижении к источникам информации, имеющим важное значение для его родины, Вайс-Белов сумел пройти через все слои нацистского общества.«Щит и меч» — своеобразное произведение. Это и социальный роман и роман психологический, построенный на остром сюжете, на глубоко драматичных коллизиях, которые определяются острейшими противоречиями двух антагонистических миров.

Вадим Кожевников , Вадим Михайлович Кожевников

Детективы / Исторический детектив / Шпионский детектив / Проза / Проза о войне
Дом учителя
Дом учителя

Мирно и спокойно текла жизнь сестер Синельниковых, гостеприимных и приветливых хозяек районного Дома учителя, расположенного на окраине небольшого городка где-то на границе Московской и Смоленской областей. Но вот грянула война, подошла осень 1941 года. Враг рвется к столице нашей Родины — Москве, и городок становится местом ожесточенных осенне-зимних боев 1941–1942 годов.Герои книги — солдаты и командиры Красной Армии, учителя и школьники, партизаны — люди разных возрастов и профессий, сплотившиеся в едином патриотическом порыве. Большое место в романе занимает тема братства трудящихся разных стран в борьбе за будущее человечества.

Георгий Сергеевич Березко , Георгий Сергеевич Берёзко , Наталья Владимировна Нестерова , Наталья Нестерова

Проза о войне / Советская классическая проза / Современная русская и зарубежная проза / Военная проза / Легкая проза / Проза