15. Карандаши простые, книги, брошюры.
16. Мундштуки, трубки, кисеты, чемоданы, портмоне.
17. Махорка и дешевые сорта легкого табака и сигарет.
18. Спички.
19. Алюминиевые и эмалированные миски, кружки и деревянные ложки.
20. Шахматы, шашки, домино.
Б. Продовольственные товары
1. Бутерброды.
2. Повидло, джем,
3. Масло сливочное, сало шпиг.
4. Колбасные изделия.
5. Фрукты разные: свежие и сушеные, ягоды.
6. Картофель.
7. Огурцы, помидоры, лук, чеснок, квашеная капуста, свекла, редька, грибы.
8. Рыба свежая, копченая, вяленая и соленая, сельдь.
9. Сыр, брынза, молоко, сметана, кефир.
И. о. начальника ГУЛАГа МВД СССР
полковник БУЛАНОВ
Начальник ГУВС МВД СССР
генерал-майор инт. службы ГОРНОСТАЕВ».[131]
]А если внимательно прочесть документы, становится ясно, что лагерными ларьками и буфетами дело не ограничивалось.
Например, из доклада прокурора В. Гулякова начальнику Управления по надзору за местами заключения Прокуратуры СССР о режиме и условиях содержания заключенных в Кунеевском ИТЛ можно узнать о «слабом надзоре за их (заключенных) поведением вне лагеря», что приводит, в частности, к «хулиганству, связи с вольнонаемными, пьянству и проносу водки в жилые и производственные зоны» (выделено Д.Л.)[132]
.Или, к примеру, из жалобы заключенного Н.П. Яныша в Верховный Суд СССР: «…У меня были деньги, я решил купить водки, выпив привезенную мне водку – я пил один, – направился к своему рабочему месту в нижнюю часть котлована, где работала моя бригада…»[133]
Не сильно похоже на атмосферу чудовищного террора и истребления узников лагерей?
Глава 45. Эксплуатация мифа: склероз совести
Основная «фактура» черного мифа о сталинских репрессиях была выплеснута в общество в период перестройки и первые годы российской независимости. Сегодня можно констатировать снижение интереса людей к «лагерным откровениям». Многие устали от потока чернухи и стремятся отгородиться от этой информации. Соответственно, меняются принципы ее подачи. Больше внимания уделяется поддержанию мифа в массовом сознании. Дальнейшая демонизация сталинского периода представляется совершенно избыточной, основные силы брошены на напоминание гражданам об ужасах 30–50-х годов.
При этом тема репрессий может быть «пристегнута» к любому событию или информационному сообщению. Типичным примером такого муссирования можно считать появляющиеся в печати с завидной регулярностью сообщения об обнаружениях все новых и новых захоронений жертв сталинских «чисток». Так, 3 октября 2007 года рабочие, проводившие реконструкцию зданий «Шереметьевского подворья» в Москве, обнаружили при углублении фундамента останки 34 человек. Неподалеку в земле был обнаружен пистолет. СМИ мгновенно облетела информация об обнаружении на останках следов огнестрельных ранений.
Уже сутки спустя, 4 октября, в СМИ прошло опровержение этой информации: «Следов насильственной смерти у останков 34 человек, обнаруженных при реконструкции “Шереметьевского подворья” в центре Москве, не обнаружено. Об этом ИТАР-ТАСС сообщил руководитель следственного отдела по Тверскому району Москвы Следственного управления Следственного комитета при прокуратуре РФ по Москве Сергей Балучевский. По его словам, в связи с этой находкой начата доследственная проверка».
Но маховик раскручивания темы уже запущен, радиостанция «Эхо Москвы», игнорируя опровержение, в то же время сообщает:
«Страшная находка в самом центре Москвы, почти у Кремля. На Никольской улице, 8, рабочие реставрировали дом и при углублении подвала наткнулись на останки. По предварительным сведениям, в этом массовом захоронении было 34 человека. Как сообщалось, все они были убиты выстрелами в голову, причем с близкого расстояния. Те, кто осматривал останки, сразу предположили, что речь идет о так называемой “расстрельной комнате” и о том, что люди погибли в 30-х годах прошлого века во время сталинских репрессий».
Ком новых «подробностей» разрастается. В сообщении радиостанции люди уже убиты выстрелами в голову, в сюжете впервые появляется «расстрельная комната» и упоминания о сталинских репрессиях. Сюжет продолжается комментарием специалиста: «В центре Москвы, без сомнения, обнаружены останки репрессированных в советские годы», – сказал «Эху Москвы» историк, научный сотрудник «Мемориала» Никита Петров.
Он отметил, что для 30-х годов больше «характерен массовый характер репрессий и некая технология захоронения в загородной зоне либо кремирование на Донском кладбище». Вместе с тем историк не исключил того, что «единичные случаи закапывания прямо тут же могли быть». «Этот адрес довольно близок к зданию Военной коллегии Верховного суда, где, как известно, приводили приговоры в исполнение», – заметил Н. Петров. Он добавил, что наверняка это «не единственное место в Москве, где еще будут обнаружены жертвы советского тоталитаризма».