Читаем Стальная Руина (СИ) полностью

Омон Ра


(Человек без Имени)


25 ноября 2014 г.




"Стальная Руина"


(Природа Вещей)



Недавно познакомился с Девушкой. Тоже таракашки в голове, прикольно встречать в Пути своём всяких Людей интересных с нестандартным мышлением.


ЕЁ увлекают «заброшки» - заброшенные Здания. Утверждает, что чувствует ауру покинувших свои Дома Людей.


Интересная философия. Но не Новая.


Где-то вычитал в своё время историю о том, что Древние Шумеры верили в Души Неодушевлённых Предметов. Верили, к примеру, в то, что ваятель Кувшинов может вложить в очередной свой шедевр кусочек Души и тогда уже Живой Кувшин становится словно членом семьи, радуя домочадцев холодной чистой водой в жаркий день, успокаивает горе стаканом терпкого финикового вина, а пережив своих Хозяев, этот Кувшин непременно расскажет о них потомкам, сохранив для тех на своих выпуклых боках славные Картинки Былых Побед… А главное, этот Кувшин надеялся человеческими чертами - умением Сострадать, Любить, Ненавидеть, Презирать или Уважать…


Египетские Фараоны тоже верили в Душу Вещей. Били тяжёлыми молотами кузнецы и с трепетом передавали заготовку будущего Меча Жрецу, который с молитвой Асирису на устах втыкал раскалённый добела Хопеш в тело могучего раба, закаляя сталь прямо внутри чрева извивающегося в предсмертных конвульсиях человека. И Душа того пленного воина переходила в Меч и несла она Победы на давно уже заросших Стеклянными Небоскрёбами Полями Древних Битв…


Всегда стараюсь понять Людей. Попытался и тут , влезть в шкуру Девушки той,  представить себе «Заброшку», понять магнетизм этого места.


И вдруг вспомнил. Но моя «Заброшка» была другой.



В тот день я долго гонял по кроссовому треку в Кожухово. Нарезал круги длинной витиеватой трассы с высокими крутыми столами до дрожащих от напряжения рук и мокрых под шлемом волос. После этих гонок я долго лежал в траве, на вершине Холма как на Вершине Мира и смотрел как муравьи носят деловито всякий важный для них мусор.


А потом я поднял глаза и увидел в Поле, в самом его пыльном центре, замерший навечно Экскаватор с надписью «ЭО» на ржавом боку.


Имея дело по своей Строительной Специальности с многими единицами самой современной Спецтехники, атавизм этой Старой Советской Модели просто убивал. Наши «Катерпиллеры», «ДжиСиБишки» и «Хитачи» смотрелись по сравнению с его угловатыми простенькими чертами просто Космическими Челноками.


Брезгливо бросил я первый взгляд на останки разворованного и вросшего в землю Экскаватора.


«Слава Богу, что не вернёмся мы никогда к советскому рабству за неудобными рычагами душного отечественного агрегата» - подумал я и вспомнил кондиционер в кабине нашего довольного экскаваторщика Юры.


А потом вдруг мне стало стыдно.


Я представил, что Он Живой, этот Советский Полуразобранный Ржавый Экскаватор «ЭО».  Живой.



Это похоже на обделённого лаской Детдомовца.



Я помню те Времена. И я знаю как всё это Происходило.



Этот Экскаватор наверняка ненавидели ещё со стадии Проектирования. Сотрудники НИИ с мизерной зарплатой и грязными белыми халатами поверх серых безликих костюмов торопливо чертили на ватмане неаккуратные углы ненавистного «ЭО», торопясь скорее сдать шабашку и лежать дома перед чёрно-белым телевизором с бутылкой бессменного «Жигулёвского» пива в руке и с прокуренными до желтизны от дешёвой «Примы» пальцами.


А потом, ругая длинными матерными выражениями Проектировщиков, снабженцы подбирали все эти универсальные что для Спецтехники СССР, что и для Военных Машин, гидроцилиндры, шторки, рычаги и всякие сальники - колпачки - приборы по пространству Великой Безликой Страны, где всё всегда делалось на «отъебись»…


И вот, морозным челябинским утром в промёрзшем насквозь Заводском Цеху, похмельного вида рабочие с угрюмым видом вкладывали Ненависть стыкуя неподходящие по размерам детали воедино. Матюки и стук молотка по болту. «Ах ты ж, блядина! Гришань, а ну ёбни по этой хуйне блять! Не идёт, сука!»


И ехали из Москвы на Низкорамной Платформе Трале двое. Тральщик с категорией «Е» в советских водительских правах и Экскаваторщик в промасленной телогрейке. Хмурились по дороге, вспоминая, как в прошлый раз Новый Экскаватор даже на Платформу заехать не смог, напустив целое Озеро трансмиссионного масла под себя. Ненавидели его заранее. «Снова блеять соляры на дне будет как в прошлый раз! Ну всё спиздят, ёбаный рот!»


Не было в этой жизни ни одного человечка, кто полюбил бы этот «ЭО»...


А вот возьмите, к примеру, любой «Мерседес»: да он Любви и Тёплых Слов видел зачастую больше, чем иная Девушка в своей жизни. И как только его не называли ласково: и «Ласточка» и «Ну давай, Детка!». Сколько раз мыли шампунем, полировали. Вешали пахучки всякие. Да что там «Мерседес»! Даже «Жигули» и «Москвичи» порой граждане СССР награждали такой большой Любовью и Вниманием, что до сих пор бегают иные экземпляры как Новые.


А Экскаватор… Ну кому он нужен?…Рутинная и однообразная Работа с бесконечными поломками…


Я смотрел на него и мне почему-то было очень стыдно…


Перейти на страницу:

Похожие книги

12 великих трагедий
12 великих трагедий

Книга «12 великих трагедий» – уникальное издание, позволяющее ознакомиться с самыми знаковыми произведениями в истории мировой драматургии, вышедшими из-под пера выдающихся мастеров жанра.Многие пьесы, включенные в книгу, посвящены реальным историческим персонажам и событиям, однако они творчески переосмыслены и обогащены благодаря оригинальным авторским интерпретациям.Книга включает произведения, созданные со времен греческой античности до начала прошлого века, поэтому внимательные читатели не только насладятся сюжетом пьес, но и увидят основные этапы эволюции драматического и сценаристского искусства.

Александр Николаевич Островский , Иоганн Вольфганг фон Гёте , Оскар Уайльд , Педро Кальдерон , Фридрих Иоганн Кристоф Шиллер

Драматургия / Проза / Зарубежная классическая проза / Европейская старинная литература / Прочая старинная литература / Древние книги
Отверженные
Отверженные

Великий французский писатель Виктор Гюго — один из самых ярких представителей прогрессивно-романтической литературы XIX века. Вот уже более ста лет во всем мире зачитываются его блестящими романами, со сцен театров не сходят его драмы. В данном томе представлен один из лучших романов Гюго — «Отверженные». Это громадная эпопея, представляющая целую энциклопедию французской жизни начала XIX века. Сюжет романа чрезвычайно увлекателен, судьбы его героев удивительно связаны между собой неожиданными и таинственными узами. Его основная идея — это путь от зла к добру, моральное совершенствование как средство преобразования жизни.Перевод под редакцией Анатолия Корнелиевича Виноградова (1931).

Виктор Гюго , Вячеслав Александрович Егоров , Джордж Оливер Смит , Лаванда Риз , Марина Колесова , Оксана Сергеевна Головина

Проза / Классическая проза / Классическая проза ХIX века / Историческая литература / Образование и наука
Оптимистка (ЛП)
Оптимистка (ЛП)

Секреты. Они есть у каждого. Большие и маленькие. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит. Жизнь Кейт Седжвик никак нельзя назвать обычной. Она пережила тяжелые испытания и трагедию, но не смотря на это сохранила веселость и жизнерадостность. (Вот почему лучший друг Гас называет ее Оптимисткой). Кейт - волевая, забавная, умная и музыкально одаренная девушка. Она никогда не верила в любовь. Поэтому, когда Кейт покидает Сан Диего для учебы в колледже, в маленьком городке Грант в Миннесоте, меньше всего она ожидает влюбиться в Келлера Бэнкса. Их тянет друг к другу. Но у обоих есть причины сопротивляться этому. У обоих есть секреты. Иногда раскрытие секретов исцеляет, А иногда губит.

Ким Холден , КНИГОЗАВИСИМЫЕ Группа , Холден Ким

Современные любовные романы / Проза / Современная русская и зарубежная проза / Современная проза / Романы