Читаем Стамбул. История. Легенды. Предания полностью

Множество легенд связано с историей выбора места для основания города. Одна из них гласит, что сначала мегарцы обратились за советом к оракулу, и он ответил, что город следует возводить «напротив слепых». Мегарцы под предводительством своего храброго вождя, охотника и воина Византа (сына бога Посейдона и нимфы Кероссы) прибыли к Босфору, и тот, увидев Халкидон, сказал своим спутникам: «Основатели этого города и есть те слепые, так как не поняли преимуществ Золотого Рога, предпочтя ему место, где построен Халкидон». Таким образом, местом, указанным оракулом, был Серайский мыс, где мегарцы и построили город, назвав его Византии — по имени своего вождя Византа.

Так повествует широко распространенная легенда, которую приводит в своих сочинениях древнегреческий географ Страбон, но существует и другая версия. Дельфийский оракул посоветовал мегарцам построить город на фракийском мысу, где в изобилии водятся олени и рыба. Прибыв в указанное место, Визант и его спутники расположились между устьями рек Кидарис и Барбисса. Воды их действительно были богаты рыбой, а в прибрежных лесах бегало много оленей. Когда колонисты начали приносить полагавшееся в таких случаях жертвоприношение, налетевший коршун схватил жертвенное животное и отнес его на конец мыса, вдающегося в Босфор. Находившийся неподалеку пастух указал Византу место, куда коршун отнес добычу. Все случившееся Визант и его товарищи восприняли как знак свыше и заложили город на холмистой оконечности Босфора.

Есть и другие легенды об основании Византия, но одно ясно без сомнения: греки населяли эти места, как указывалось выше, еще около VIII в. до н.э. Сначала в городе поселились рыбаки и торговцы, но выгодное географическое положение привело к быстрому росту Византия, и вскоре он занял видное положение среди других греческих полисов. Однако жизнь новых поселенцев не была безмятежной, и грекам долгое время приходилось вести борьбу с местными племенами. Фракийцы нападали на поселения первых колонистов, а также на их суда, которые они пытались заманить в ловушку, для чего выставляли на берегах Босфора и Золотого Рога ложные сигнальные огни. К тому же они славились умением вести ночные бои, и это было тяжелым испытанием для греков. Иногда фракийцам даже удавалось захватить их поселения, но греки выстояли.

Жители обнесли свой город крепкими стенами, сложив их из огромных каменных блоков, увенчали их сторожевыми башнями й вырыли вокруг глубокий ров. Особенно мощными были стены со стороны суши, откуда в любой момент можно было ожидать нападения. Город, располагавшийся на границе Европы и Азии, много страдал от греко-персидских войн. Так, персидский царь Дарий во время своих военных походов переправился через Босфор в наиболее узком месте пролива, где тогда располагался храм Зевса. Персидское войско, переправлявшееся по мосту, составленному из судов, заняло Византии и его окрестности[2]. Жители покинули город, который был разрушен до основания. Византии оставался в руках персов более десяти лет; здесь разместился сильный персидский гарнизон, контролировавший путь через проливы.

В битве при Платеях в 479 г. до н.э. персы были разбиты войсками 24 греческих городов-полисов, во главе которых стояли Афины и Спарта. Командовал войсками предводитель спартанцев Павсаний. Он приказал сделать на памятнике надпись, в которой приписал победу себе, но по требованию греческих полисов она была уничтожена. В заново сделанной надписи перечислялись все полисы, воины которых сражались при Платеях. В 478—477 гг. до н.э. во главе союзного греческого флота (50 кораблей) Павсаний завоевал большую часть острова Кипр, после недолгой осады освободил Византии и стал правителем города. В плен к грекам попали многие персидские вельможи, в том числе и царские родственники.

В дальнейшем борьба за Византии развернулась между Афинами и Спартой. Слава вскружила Павсанию голову, и он захотел власти над всей Грецией. Для достижения своей цели он пытался заручиться помощью персидского царя: вступив в тайные сношения с персами, он отпустил из плена знатных вельмож и завел переписку с персидским царем Ксерксом. Надменность и своеволие Павсания оттолкнули от него и от Спарты союзников-греков, а когда его отношения со Спартой сильно обострились, в ситуацию вмешались Афины. В 470 г. до н.э. их флот захватил Византии и присоединил его к Афинскому союзу городов, созданному в 477 г. до н.э.

Византии был совсем еще молодой колонией и мог бы не раз погибнуть во время междоусобных войн, например, когда македонский царь Филипп осадил город, оказавший помощь перинфянам. И тогда греки послали византийцам войско, которое и спасло их. В то время города Греции, разоренные и истощенные внутренними раздорами, находились в упадке. Только Византии сохранил былой блеск, благодаря своим крепким стенам, но в особенности своей политике — всегда держать сторону сильного.

Перейти на страницу:

Все книги серии Тайны знаменитых городов

Замки баварского короля
Замки баварского короля

Людвиг II Баварский — трагичная, величественная, оболганная фигура… Зачем он возводил непостижимо прекрасные замки, тратя на это колоссальные средства? Потому, что был безумен? Автор этой книги доказывает, на материалах личного исторического расследования, что заключение о психической неполноценности было лишь жалкой клеветой на венценосного монарха, основанной на ложных донесениях слуг. Людвиг II, с детства одаренный талантом архитектора, постигший орденские предания о Святом Граале, духовный сподвижник Рихарда Вагнера, созидал своими замками Небесную Баварию — земное воплощение сокровенных таинств, завещанных ему подвижниками прошлого. И сами обстоятельства жестокой гибели «лебединого рыцаря», как называл себя Людвиг II, фальсифицированные современниками и похороненные в закрытых архивах, предстают на страницах этой книги совсем иными, чем принято считать.

Мария Кирилловна Залесская

История / Образование и наука

Похожие книги

Образы Италии
Образы Италии

Павел Павлович Муратов (1881 – 1950) – писатель, историк, хранитель отдела изящных искусств и классических древностей Румянцевского музея, тонкий знаток европейской культуры. Над книгой «Образы Италии» писатель работал много лет, вплоть до 1924 года, когда в Берлине была опубликована окончательная редакция. С тех пор все новые поколения читателей открывают для себя муратовскую Италию: "не театр трагический или сентиментальный, не книга воспоминаний, не источник экзотических ощущений, но родной дом нашей души". Изобразительный ряд в настоящем издании составляют произведения петербургского художника Нади Кузнецовой, работающей на стыке двух техник – фотографии и графики. В нее работах замечательно переданы тот особый свет, «итальянская пыль», которой по сей день напоен воздух страны, которая была для Павла Муратова духовной родиной.

Павел Павлович Муратов

Биографии и Мемуары / Искусство и Дизайн / История / Историческая проза / Прочее
Николай II
Николай II

«Я начал читать… Это был шок: вся чудовищная ночь 17 июля, расстрел, двухдневная возня с трупами были обстоятельно и бесстрастно изложены… Апокалипсис, записанный очевидцем! Документ не был подписан, но одна из машинописных копий была выправлена от руки. И в конце документа (также от руки) был приписан страшный адрес – место могилы, где после расстрела были тайно захоронены трупы Царской Семьи…»Уникальное художественно-историческое исследование жизни последнего русского царя основано на редких, ранее не публиковавшихся архивных документах. В книгу вошли отрывки из дневников Николая и членов его семьи, переписка царя и царицы, доклады министров и военачальников, дипломатическая почта и донесения разведки. Последние месяцы жизни царской семьи и обстоятельства ее гибели расписаны по дням, а ночь убийства – почти поминутно. Досконально прослежены судьбы участников трагедии: родственников царя, его свиты, тех, кто отдал приказ об убийстве, и непосредственных исполнителей.

А Ф Кони , Марк Ферро , Сергей Львович Фирсов , Эдвард Радзинский , Эдвард Станиславович Радзинский , Элизабет Хереш

Публицистика / История / Проза / Историческая проза / Биографии и Мемуары