Читаем Стартует мужество полностью

Мы принялись натягивать тугие резинки, прицеплял их прочными крючками к петлям клапанов. Кажется, очень простая работа, но стоит перепутать крючки, и ранец в воздухе не раскроется. Инструктор лично проверил зарядку каждого парашюта. Потом он отвел нас в сторону, напомнил, кому за кем прыгать, и сказал, что сам пойдет первым.

Подрулил самолет. Серегин надел основной и запасной парашюты. В этом облачении он показался нам ниже ростом. Мы уважали этого спокойного черноглазого парня, смелого и отлично подготовленного спортсмена. Про него рассказывали такой случай. Однажды два новичка в самый последний момент сробели и отказались прыгать с самолета. Решив доказать надежность парашюта, Серегин распустил его на земле и без укладки, с куполом в руках, взлетел. И в этих условиях он совершил прыжок мастерски.

Вот и теперь инструктор первым поднялся в воздух. Когда набрал нужную высоту, он вылез из кабины на плоскость и скользнул вниз. С восхищением мы следили за его свободным падением и в то же время тревожились. Мне показалось, что время остановилось. Хотелось, чтобы его парашют раскрывался как можно быстрее. Наконец в небе появилось ярко-белое облачко купола, а под ним плавно закачался на стропах человек.

Серегин приземлился метрах в десяти от «квадрата». Ловко освободившись от подвесной системы, он бодрым голосом распорядился начинать прыжки.

Один за другим взлетали самолеты, роняя в небе белые купола. Ребята приземлялись возбужденные и радостные.

Подошла и моя очередь. В груди почему-то защемило. Неужели боюсь? Иду к самолету, почти не чувствуя под собой ног. Парашют связывает движения. Неуклюже взбираюсь на плоскость и устраиваюсь на непривычном переднем сиденье. Взлет. Высота шестьсот метров, внизу промелькнули ангар и ровное поле аэродрома.

Летчик убрал газ, самолет начал терять скорость: до прыжка осталось несколько секунд.

 — Приготовиться! — слышу голос летчика.

 — Есть, приготовиться, — отвечаю срывающимся от волнения голосом и выхожу на плоскость. Стою у самой кромки крыла, как над пропастью. Только теперь по-настоящему чувствую высоту.

 — Пошел! — крикнул летчик.

 — Есть, пошел, — отвечаю громко и прыгаю, как на тренировке, «солдатиком».

Лечу в бездну, подавляя отчаянное желание вырвать кольцо. Считаю: три… пять… шесть. Пора! Дергаю вытяжное кольцо, но оно не поддается. С силой повторяю рывок. Какое-то мгновение кажется, что я не вытяну кольцо и парашют не раскроется. Сердце тоскливо замирает. И вдруг меня встряхивает, падение приостанавливается, наступает блаженная тишина. Внизу земля, надо мной шелковый купол и ровный конус натянутых строп. Я плавно спускаюсь на зеленое поле аэродрома. Захлестывает искрометная волна радости, хочется петь и кричать во весь голос.

По мере снижения бег земли ускоряется. Вот она уже стремительно несется навстречу.

Толчок. Падаю, как учили, на правый бок. Быстро встаю и, отстегнув карабины, собираю парашют. Возникает желание прыгнуть еще раз, чувствую прилив бесшабашной удали.

После нас начинает прыгать вторая смена. Мы с интересом наблюдаем за товарищами. Все идет гладко. Но вот один из парашютистов завис в воздухе, словно зацепился за что-то. Такого еще не было! Постепенно парашютиста относит в сторону Енисея. На старте началась суета, кто-то вскочил в дежурную «санитарку» и помчался к реке. А парашютист все на той же высоте продолжает удаляться от аэродрома.

 — Кто бы это мог быть? — задаем друг другу вопрос. — Почему не снижается?

Парашют раскрылся полностью, и непосредственной опасности для товарища не было, но все же нас охватило беспокойство. Наконец парашютист начал снижаться, по нашим расчетам, над Енисеем.

Посадка на воду — это здорово! Мне почему-то захотелось быть сейчас на месте того парашютиста, я ему завидовал.

Через час привезли «счастливчика». Им оказалась маленькая светловолосая девушка. Что же с ней случилось?

А вот что: попав в сильный восходящий поток над нагретой землей, парашютистка парила в воздухе. Но стоило ей оказаться над прохладной водной поверхностью, как она начала снижаться. Приводнение произошло на середине реки. В таких случаях рекомендуется отстегнуться от подвесной системы, но девушка не сделала этого. К счастью, ее не накрыло куполом: помог ветер. Парашют наполнился воздухом и, подобно парусу, вытащил девушку на остров.

В первых числах июля кроме плановых учебных полетов и прыжков парашютной группы начались тренировки планеристов и групповые полеты инструкторов. Летали с утра до вечера в две смены. Аэроклуб готовился ко Дню Воздушного Флота.

Мы, участники торжества, успели до праздника совершить по десять прыжков, получить удостоверения и значки «спортсмен-парашютист». Праздничная программа состояла из многих интересных номеров, исполнителями были инструкторы и учлеты.

В День Воздушного Флота на аэродром с раннего утра начали сходиться жители соседних деревень и поселков, рабочие верфи и заводов. К девяти часам у нас собралось множество народа.

Перейти на страницу:

Все книги серии Военные мемуары

На ратных дорогах
На ратных дорогах

Без малого три тысячи дней провел Василий Леонтьевич Абрамов на фронтах. Он участвовал в трех войнах — империалистической, гражданской и Великой Отечественной. Его воспоминания — правдивый рассказ о виденном и пережитом. Значительная часть книги посвящена рассказам о малоизвестных событиях 1941–1943 годов. В начале Великой Отечественной войны командир 184-й дивизии В. Л. Абрамов принимал участие в боях за Крым, а потом по горным дорогам пробивался в Севастополь. С интересом читаются рассказы о встречах с фашистскими егерями на Кавказе, в частности о бое за Марухский перевал. Последние главы переносят читателя на Воронежский фронт. Там автор, командир корпуса, участвует в Курской битве. Свои воспоминания он доводит до дней выхода советских войск на правый берег Днепра.

Василий Леонтьевич Абрамов

Биографии и Мемуары / Документальное
Крылатые танки
Крылатые танки

Наши воины горделиво называли самолёт Ил-2 «крылатым танком». Враги, испытывавшие ужас при появлении советских штурмовиков, окрестили их «чёрной смертью». Вот на этих грозных машинах и сражались с немецко-фашистскими захватчиками авиаторы 335-й Витебской орденов Ленина, Красного Знамени и Суворова 2-й степени штурмовой авиационной дивизии. Об их ярких подвигах рассказывает в своих воспоминаниях командир прославленного соединения генерал-лейтенант авиации С. С. Александров. Воскрешая суровые будни минувшей войны, показывая истоки массового героизма лётчиков, воздушных стрелков, инженеров, техников и младших авиаспециалистов, автор всюду на первый план выдвигает патриотизм советских людей, их беззаветную верность Родине, Коммунистической партии. Его книга рассчитана на широкий круг читателей; особый интерес представляет она для молодёжи.// Лит. запись Ю. П. Грачёва.

Сергей Сергеевич Александров

Биографии и Мемуары / Проза / Проза о войне / Военная проза / Документальное

Похожие книги

100 великих героев
100 великих героев

Книга военного историка и писателя А.В. Шишова посвящена великим героям разных стран и эпох. Хронологические рамки этой популярной энциклопедии — от государств Древнего Востока и античности до начала XX века. (Героям ушедшего столетия можно посвятить отдельный том, и даже не один.) Слово "герой" пришло в наше миропонимание из Древней Греции. Первоначально эллины называли героями легендарных вождей, обитавших на вершине горы Олимп. Позднее этим словом стали называть прославленных в битвах, походах и войнах военачальников и рядовых воинов. Безусловно, всех героев роднит беспримерная доблесть, великая самоотверженность во имя высокой цели, исключительная смелость. Только это позволяет под символом "героизма" поставить воедино Илью Муромца и Александра Македонского, Аттилу и Милоша Обилича, Александра Невского и Жана Ланна, Лакшми-Баи и Христиана Девета, Яна Жижку и Спартака…

Алексей Васильевич Шишов

Биографии и Мемуары / История / Образование и наука
10 гениев науки
10 гениев науки

С одной стороны, мы старались сделать книгу как можно более биографической, не углубляясь в научные дебри. С другой стороны, биографию ученого трудно представить без описания развития его идей. А значит, и без изложения самих идей не обойтись. В одних случаях, где это представлялось удобным, мы старались переплетать биографические сведения с научными, в других — разделять их, тем не менее пытаясь уделить внимание процессам формирования взглядов ученого. Исключение составляют Пифагор и Аристотель. О них, особенно о Пифагоре, сохранилось не так уж много достоверных биографических сведений, поэтому наш рассказ включает анализ источников информации, изложение взглядов различных специалистов. Возможно, из-за этого текст стал несколько суше, но мы пошли на это в угоду достоверности. Тем не менее мы все же надеемся, что книга в целом не только вызовет ваш интерес (он уже есть, если вы начали читать), но и доставит вам удовольствие.

Александр Владимирович Фомин

Биографии и Мемуары / Документальное
100 знаменитостей мира моды
100 знаменитостей мира моды

«Мода, – как остроумно заметил Бернард Шоу, – это управляемая эпидемия». И люди, которые ею управляют, несомненно столь же знамениты, как и их творения.Эта книга предоставляет читателю уникальную возможность познакомиться с жизнью и деятельностью 100 самых прославленных кутюрье (Джорджио Армани, Пако Рабанн, Джанни Версаче, Михаил Воронин, Слава Зайцев, Виктория Гресь, Валентин Юдашкин, Кристиан Диор), стилистов и дизайнеров (Алекс Габани, Сергей Зверев, Серж Лютен, Александр Шевчук, Руди Гернрайх), парфюмеров и косметологов (Жан-Пьер Герлен, Кензо Такада, Эсте и Эрин Лаудер, Макс Фактор), топ-моделей (Ева Герцигова, Ирина Дмитракова, Линда Евангелиста, Наоми Кэмпбелл, Александра Николаенко, Синди Кроуфорд, Наталья Водянова, Клаудиа Шиффер). Все эти создатели рукотворной красоты влияют не только на наш внешний облик и настроение, но и определяют наши манеры поведения, стиль жизни, а порой и мировоззрение.

Валентина Марковна Скляренко , Ирина Александровна Колозинская , Наталья Игоревна Вологжина , Ольга Ярополковна Исаенко

Биографии и Мемуары / Документальное