Читаем Стекло и валенок (Рецензия на фильм М Найта Шьямалана `Неуязвимый`) полностью

Стекло и валенок (Рецензия на фильм М Найта Шьямалана `Неуязвимый`)

Сергей Бережной , Сергей Валерьевич Бережной

Публицистика / Документальное18+

Бережной Сергей

Стекло и валенок (Рецензия на фильм М Hайта Шьямалана 'Hеуязвимый')

Бережной Сергей

Стекло и валенок Рецензия на фильм М. Hайта Шьямалана "Hеуязвимый" ("Unbreakable", 2000)

Если вы этот фильм еще не смотрели и вовсе не горите желанием узнать, чем там все заканчивается - не читайте эту рецензию. Говорить о "Hеуязвимом" и не посвятить несколько теплых слов его финалу просто неприлично, в финале там половина концепции и девяносто процентов приколов.

Hо если вы фильм уже посмотрели и успели от этого удара судьбы оправиться, то эта рецензия для выс.

Фильм производит впечатление тщательно спланированного провала слишком уж очевидны и нарочиты его натяжки, неувязки и перегибы. Впрочем, финал в корне меняет отношение к любым деталям сюжета и антуража - из разряда глупостей или глюков они переходят в разряд концептуальных извращений.

В зале гаснет свет.

Вступительные титры сообщают, что комиксов в США издается и продается очень много. Это обстоятельство я лично воспринял индифферентно. Историю комиксов я немножко знаю. Однако отметим два факта. Первое: зрителю сразу же дают опорную точку - слово "комикс". Второе: в России индустрия комиксов почти совершенно не развита. Строго говоря, ее практически нет. Поэтому массовый отечественный зритель "Hеуязвимого" будет смотреть в полном отрыве от культурного контекста, что совершенно не предусматривалось автором фильма М. Hайтом Шьямаланом (он и автор сценария, и режиссер, и продюсер, и даже в эпизоде снялся). И что, строго говоря, исключает сколь-нибудь нормальное его, фильма, восприятие.

Идем дальше. Очень быстро выясняется, что Дэвид Данн, персонаж Брюса Уиллиса - супергерой. С одной стороны, ничего необычного в этом нет. И для Брюса, и для зрителя это все не в первый раз. И всяческих неуязвимых мы уже видали - вспомним бессмертных из "Горца", - и Уиллис уже блистал на экране сверхчеловеческими возможностями (успешно дышал вакуумом, падал с небоскребов, убивал взглядом, проваливался в прошлое и так далее). Так что ария о простом американце, который единственный из ста восьмидесяти пассажиров выжил при крушении поезда, не содержит никаких новых фиоритур.

Однако минут через двадцать начинает нагло лезть в глаза совершенно невообразимое несоответствие.

Персонаж Уиллиса - откровенный валенок. Он невероятный тормоз во всем, кроме своей работы (работник службы безопасности на стадионе). Интеллектом может потягаться разве что с недоделанным Буратино, которому папа Карло позабыл вырезать голову - так с поленом и ходит. Психологически - жидкая флегма.

Чувство юмора - не забывайте, речь о персонаже, которого играет "Гудзонский ястреб" и "Последний бойскаут" Брюс Уиллис! - отсутствует в принципе.

Человек с огромным трудом вспоминает не только сколь-нибудь отдаленное прошлое, но даже о не очень давних событиях своей жизни спрашивает у жены или у знакомых. По большому счету, альбом с газетными вырезками вполне заменяет ему память. В личной жизни Дэвид Данн проявляет себя не лучше семья на грани распада, но он глушит любые проявления характера и не предпринимает на этот счет никаких действий.

Одновременно он страдает жутким комплексом неполноценности - что видно хотя бы из того, как он подсовывает сыну газету с сообщением о подвиге неопознанного героя - это, мол, твой папа такой крутой.

Такой вот симпатичный холодец.

Единственное качество, которое делает этого человеку хоть сколько-нибудь заслуживающим внимания - его пресловутая неразрушимость. Ударяние Дэвида Данна по любым частям тела любыми предметами и с любой силой не приведет ни к какому результату. То же самое, видимо, относится к жжению его огнем, травлению кислотой и заражению микробами. Правда, он очень боится утонуть, так как в школе захлебнулся, купаясь в бассейне, и пять минут провалялся на дне без сознания.

Представить, что герой у Уиллиса просто HЕ ПОЛУЧИЛСЯ, я лично не могу все-таки, Брюс многократно доказывал свой актерский профессионализм, причем в гораздо более трудных ролях. Видимо, Уиллис сделал своего героя именно таким, как тот был задуман.

Это концептуальный супергерой. А есть еще концептуальный суперзлодей "мистер Стекло". Кто-то (не помню кто, честно) удачно пошутил, что идеальным объектом для всяческих "политкорректных" реверансов мог бы стать негр-гомосексуалист иудейского вероисповедания в инвалидной коляске. Илайдж Прайс, герой изумительного Сэмуэля Джексона, к этому идеалу довольно близок (минус гомосексуализм и вероисповедание). В течение всего фильма он и ведет себя соответственно: активно калечится, бодро страдает, упорно пытается просветить Дэвида относительно его высокого предназначения и так далее.

Возможно, одной из целей создателей фильма было поиздеваться над идеей политкорректности. Все-таки, суперзлодеем в итоге оказывается предствитель всяческих "хореографических меньшинств", а супергероем - представитель всяческих господствующих групп - в том числе группы тормозов и недоумков.

Перейти на страницу:

Все книги серии Рецензии

Рецензии
Рецензии

Самое полное и прекрасно изданное собрание сочинений Михаила Ефграфовича Салтыкова — Щедрина, гениального художника и мыслителя, блестящего публициста и литературного критика, талантливого журналиста, одного из самых ярких деятелей русского освободительного движения.Его дар — явление редчайшее. трудно представить себе классическую русскую литературу без Салтыкова — Щедрина.Настоящее Собрание сочинений и писем Салтыкова — Щедрина, осуществляется с учетом новейших достижений щедриноведения.Собрание является наиболее полным из всех существующих и включает в себя все известные в настоящее время произведения писателя, как законченные, так и незавершенные.В пятый, девятый том вошли Рецензии 1863 — 1883 гг., из других редакций.

Михаил Евграфович Салтыков-Щедрин

Критика / Проза / Русская классическая проза / Документальное

Похожие книги

188 дней и ночей
188 дней и ночей

«188 дней и ночей» представляют для Вишневского, автора поразительных международных бестселлеров «Повторение судьбы» и «Одиночество в Сети», сборников «Любовница», «Мартина» и «Постель», очередной смелый эксперимент: книга написана в соавторстве, на два голоса. Он — популярный писатель, она — главный редактор женского журнала. Они пишут друг другу письма по электронной почте. Комментируя жизнь за окном, они обсуждают массу тем, она — как воинствующая феминистка, он — как мужчина, превозносящий женщин. Любовь, Бог, верность, старость, пластическая хирургия, гомосексуальность, виагра, порнография, литература, музыка — ничто не ускользает от их цепкого взгляда…

Малгожата Домагалик , Януш Вишневский , Януш Леон Вишневский

Публицистика / Семейные отношения, секс / Дом и досуг / Документальное / Образовательная литература
10 мифов о России
10 мифов о России

Сто лет назад была на белом свете такая страна, Российская империя. Страна, о которой мы знаем очень мало, а то, что знаем, — по большей части неверно. Долгие годы подлинная история России намеренно искажалась и очернялась. Нам рассказывали мифы о «страшном третьем отделении» и «огромной неповоротливой бюрократии», о «забитом русском мужике», который каким-то образом умудрялся «кормить Европу», не отрываясь от «беспробудного русского пьянства», о «вековом русском рабстве», «русском воровстве» и «русской лени», о страшной «тюрьме народов», в которой если и было что-то хорошее, то исключительно «вопреки»...Лучшее оружие против мифов — правда. И в этой книге читатель найдет правду о великой стране своих предков — Российской империи.

Александр Азизович Музафаров

Публицистика / История / Образование и наука / Документальное
100 знаменитых катастроф
100 знаменитых катастроф

Хорошо читать о наводнениях и лавинах, землетрясениях, извержениях вулканов, смерчах и цунами, сидя дома в удобном кресле, на территории, где земля никогда не дрожала и не уходила из-под ног, вдали от рушащихся гор и опасных рек. При этом скупые цифры статистики – «число жертв природных катастроф составляет за последние 100 лет 16 тысяч ежегодно», – остаются просто абстрактными цифрами. Ждать, пока наступят чрезвычайные ситуации, чтобы потом в борьбе с ними убедиться лишь в одном – слишком поздно, – вот стиль современной жизни. Пример тому – цунами 2004 года, превратившее райское побережье юго-восточной Азии в «морг под открытым небом». Помимо того, что природа приготовила человечеству немало смертельных ловушек, человек и сам, двигая прогресс, роет себе яму. Не удовлетворяясь природными ядами, ученые синтезировали еще 7 миллионов искусственных. Мегаполисы, выделяющие в атмосферу загрязняющие вещества, взрывы, аварии, кораблекрушения, пожары, катастрофы в воздухе, многочисленные болезни – плата за человеческую недальновидность.Достоверные рассказы о 100 самых известных в мире катастрофах, которые вы найдете в этой книге, не только потрясают своей трагичностью, но и заставляют задуматься над тем, как уберечься от слепой стихии и избежать непредсказуемых последствий технической революции, чтобы слова французского ученого Ламарка, написанные им два столетия назад: «Назначение человека как бы заключается в том, чтобы уничтожить свой род, предварительно сделав земной шар непригодным для обитания», – остались лишь словами.

Александр Павлович Ильченко , Валентина Марковна Скляренко , Геннадий Владиславович Щербак , Оксана Юрьевна Очкурова , Ольга Ярополковна Исаенко

Публицистика / История / Энциклопедии / Образование и наука / Словари и Энциклопедии