Позади них, вдалеке, Уэйн слышал ясный, ровный, успокаивающий голос Табиты Хаттер, расспрашивавшей, как кого зовут, говорившей детям, что с ними все будет в порядке, что она о них позаботится. У него возникла мысль, что если он сейчас обернется, то увидит, может быть, дюжину из них, а остальные еще выбираются из деревьев, покидая статику. Он слышал, как некоторые из них рыдают. Человечность: это, очевидно, заразно.
— Пап, — сказал Уэйн. — Если ты не против, можем мы пропустить Рождество в этом году?
Лу сказал:
— Если Санта попытается спуститься по нашему дымоходу, я отправлю его обратно пинком под зад. Обещаю.
Уэйн рассмеялся. Это было очень похоже на рыдание. Это было нормально.
С шоссе долетел свирепый рев приближающегося мотоцикла. Уэйну пришла в голову мысль — отчаянная, ужасная мысль, — что это его мать. Все дети возвращались из состояния, похожего на смерть, и, возможно, настала ее очередь. Но это был просто какой-то чувак на дороге, решивший прокатиться на своем «Харлее». Тот пронесся мимо с оглушительным грохотом, сверкая хромом на солнце. Начинался октябрь, но в сильном, прямом свете утреннего солнца было еще тепло. Наступала осень, сразу за ней придет зима, но сейчас еще оставалось несколько погожих деньков, чтобы погонять на мотоцикле.
Начато 4 июля 2009.
Завершено во время Рождества-2011.
Джо Хилл, Эксетер, Нью-Гемпшир