Я знаю о холодильнике только то, что его дверца открывается на себя.
— Не надо громких звуков! Я так невыносимо хочу спать!
— Спи стоя!
— Я тебе не лошадь! У меня колени не защелкиваются!
Тому, кто считает, что бабушки пятидесяти двух лет должны ходить в платочках и весь день колдовать у плиты, пора сдать свое воображение на свалку.
Вот все пишут «Запасной выход». И хоть бы одна собака написала «Запасной вход».
Пара пожелтевших плакатов с автографами мух и знаменитостей.
— Девушка! Вы хоть смотрите, куда падаете!
— Извините.
— Ничего-ничего. Можете оставаться там, где упали.
Но, увы, гора не ходит к мудрецу на чашечку чая. Придется мудрецу самому ловить такси и ехать к горе.
Он смотрит на меня, как на дохлую собаку.
Даже нет: как на очень давно дохлую собаку.
Я просто обожаю этого мальчугана! Он такой симпатяга! С кашей бы съела, да каши жалко.
Самый тупой карандаш лучше самого большого склероза.
— Ты на меня собак не спускай! Мне начхать!
— А мне начхать, что тебе начхать!
— А мне начхать, что тебе начхать, что мне начхать.
Характер у Золушки был прескверный. От ее дурного глаза дохли мухи и мыши. Родной фатер ее боялся, а бедную мачеху и ее дочек она просто со свету сживала. Да и принц был так себе.
Он был сутулый, а его белый конь хромал.
Да и вообще это была кобыла.
Нет смысла копить деньги. Хоронят все равно без бумажника.
И как только суккубы работают с женщинами? Ни за что бы не согласился. Будь они ведьмы или валькирии — один шут! Едва сойдутся вместе, сразу начинаются свары, разборки и бардак!
Кто к нам с мечом, того мы кирпичом!
Детка, ты поставлен в угол! Сопи носом в стенку и думай над своим поведением!
Мы их таперя с цветами встречать будем!
С куриной слепотой, с белладонной! Усе, как дохтырь прописал!
О, никаких формальностей! Зовите меня просто: повелитель.